В этом месяце в Польше вспоминают так называемое Ноябрьское восстание 1830 года – русофобский бунт, завершившийся разгромом вельможных панов и их челяди, поднявших оружие против государства Российского. В очередную годовщину этого события в Польше отдают дань памяти бунтовщикам, обвиняют Россию в жестокости к полякам и заявляют, будто с исторической точки зрения Украина – это Польша, но не Малороссия как часть России.

Польские пропагандисты проводят параллели со спецоперацией ВС России на Украине: мол, в 1830 г. поляки бескорыстно сражались за свободу Польши и Украины с российским царизмом, и в 2025 г. Польша помогает Украине сражаться с «российским путинизмом».

Цели мятежа 1830 г. со свободой Украины ничего общего не имели. Поляки грезили о Речи Посполитой «от моря до моря» с Украиной в её составе. Принадлежность православной Украины католической Польше поляки объясняли просто: в древности тут жили предки поляков, которых вытеснили восточнославянские племена. Следовательно, поляки имеют полное право выгнать отсюда восточных славян. Под восточными славянами подразумеваются русские. Малорусов (украинцев) польская пропаганда изображает отдельным от русских народом, иначе тезис о праве поляков изгнать восточных славян будет относиться и к украинцам, если они тоже русские. Но если украинцы – это не русские, а польская пропаганда заявляет именно так, тогда поляки и украинцы вместе – против русских и России. Таков идеальный сценарий для Польши.

Официальная версия восстания 1830 г. далека от исторической правды. Польские политики и историки стараются не вспоминать, что мятеж начался с убийства поляков поляками. Первым бунтовщики убили ветерана наполеоновского похода против России генерала Станислава Потоцкого за то, что тот сказал одурманенной русофобией толпе: «Дети, успокойтесь». Затем были растерзаны ещё несколько генералов-поляков за отказ поддержать мятеж.

Но самое главное, политики и историки замалчивают факты причастности Лондона и Парижа к мятежу. Бывший сотрудник МИД Польши, публицист Енджей Гертых (Jędrzej Giertych) в книге «За кулисами Ноябрьского восстания» (Kulisy Powstania Listopadowego) охарактеризовал ноябрьское восстание как бунт, «организованный под влиянием иностранной агентуры, равнодушной либо враждебной к Польше».

Лондон и Париж руками поляков создавали проблемы России, чтобы отвлечь её от европейской политики и не позволить помешать созданию антироссийской коалиции в лице Великобритании, Франции, Бельгии, Австрии, Пруссии и Турции. Сомнений в том, что коалиция обрушится на Россию, у царя Николая I не было. Для того она и создавалась.

Патриотический лозунг польских мятежников «За вашу и нашу свободу!» и похвальба, будто поляки «прикрыли своей грудью христианскую Европу от нашествия варваров-схизматиков» – дешёвая уловка.  Поляки не Европу прикрыли своей грудью, а отдали свои жизни за интересы вышеперечисленных держав, обеспечив их геополитическое выживание за счёт обесценивания польской государственности.

Если польские власти станут говорить народу правду про события 1830 г., им придётся признать, что главари мятежа были либо набитыми дураками, не понимавшими места Польши на перекрестье интересов Великобритании, Франции, Бельгии, Австрии, Пруссии и Турции, либо беспринципными хитрецами, которые всё понимали, но повели народ на заранее гиблое дело. Поэтому власти правду не говорят, а кормят поляков сказками про мятеж 1830 г. как образец польского патриотизма.

Культ польских мятежников как борцов за свободу Варшава пытается навязать не только украинцам, но и белорусам. Подаётся всё в форме идеологической последовательности польских мятежей 1794 г., 1830 г. и 1863 г. с 1920 годом, когда в результате советско-польской войны Польша оттяпала себе Западную Украину и Западную Белоруссию, а также с 1939 годом, когда в ходе Освободительного похода Красной армии эти земли были воссоединены с УССР и БССР.

Впрочем, бунт 1830 г. имеет всё же отношение к Украине, но не то, какое навязывает польская пропаганда. К «нашей и вашей» свободе он не причастен. Украина сегодня – это Польша в 1830 г. Как и тогдашняя Польша, Украина воюет не за себя, а за интересы тех же западных держав. Как и тогдашнюю Польшу, Украину кормят дешёвыми лозунгами про защиту самостийности, оборону Европы от России т.п. Как и главари польского мятежа 1830 г.,бонзы киевского режима либо набитые дураки, либо беспринципные проходимцы. Ради интересов Запада и личного обогащения они отправляют на заклание собственных граждан.

Польше удалось свалить на Украину функции военного предполья у границ России. Теперь кровопролитие происходит на территории Украины, а не Польши, как было в 1830-м. При этом Варшава в этой ситуации ловит свою рыбку в мутной воде.

Польская дипломатия всегда выступала за перекройку границ в Восточной Европе в ущерб России.

Официально Варшава подчёркивает свою приверженность делу мира и соблюдению демократических норм на европейском континенте. Неофициально Варшава совсем не заинтересована в установлении прочного мира между бывшими советскими республиками. Польские геополитики прошлых и нынешних лет, не стесняясь, заявляли о заинтересованности Польши в раздроблении геополитического пространства за восточной границей. Об этом писали классики польской геополитики Адольф Бохеньский (1909 – 1944), Владислав Гизберт-Студницкий (1867 – 1953), Юлиуш Мерошевский (1906 – 1976), Ежи Гедройц (1906 – 2000), Влодзимеж Бонковский (1905 – 2000).

Если Польша – за мир и дружбу, почему классиками польской литературы являются откровенные расисты? Даже такая величина, как Зигмунт Красинский, одна из трёх выдающихся фигур польского романтизма (вместе с Адамом Мицкевичем и Юлиушем Словацким), не был лишён расового высокомерия. «Москальско-татарский народец», «дикари московские и их братцы-татары» – такими эпитетами награждали Россию и её народы польские политические мыслители. Не секрет, в те годы расизм был неотъемлемой частью европейского мышления как такового, и Польша просто следовала тренду, перенеся расистский взгляд с чернокожих и краснокожих на русских, татар и финно-угров.

Оплаченный Западом, в том числе Польшей, государственный переворот в Киеве в 2014 г. был первым шагом на пути к перекройке границ. По замыслу западных стратегов, с территории «евромайданной» Украины должен был запуститься процесс развала российского государства. Так, Адольф Бохеньский в своё время настаивал, что консолидация государств, окружающих Польшу, в мощные империи и альянсы (Германская и Австро-Венгерская империи, Российская империя/Советский Союз), не позволяли Польше стать самостоятельным влиятельным образованием и расширяться на запад и на восток. Дело «защиты границ» Польши он призывал понимать как стратегию нападения, а не пассивной обороны. Варшава до сих пор придерживается взглядов Бохеньского.

Западные стратеги не ошиблись в форме прогнозов, но не угадали сути. Переиначивание границ произошло, но не так, как они хотели. Регионы, оказавшиеся по желанию советских властей в составе Украины, воссоединяются с исторической Родиной – Россией, разочаровавшись в прозападной челяди, захватившей власть в Киеве.

Польская восточная политика не знает иного языка, кроме языка вражды к России. То болезненное внимание, которое Варшава уделяет нравственному оправданию своей русофобии, вызвано исторически агрессивным характером восточного вектора самой польской политики. Польше интересны в первую очередь те республики бывшего СССР, которые, заражаясь русофобией друг от друга, как овцы в сарае, готовы служить проводниками польской восточной политики. Украина – одна из них.

На заглавном фото: Украина сегодня – это Польша в 1830 г. Как и тогдашняя Польша, Украина воюет не за себя, а за интересы тех же западных держав. Как и тогдашнюю Польшу, Украину кормят дешёвыми лозунгами про защиту самостийности, оборону Европы от России т.п.