Перейти к содержанию
Авторизация  
KPOT

Сборник интересных рассказов

Рекомендуемые сообщения

d920aba24.jpg

 

Случайный вызов

 


Синед Шыдалг

 


..Он был слуга своего хозяина, пунктуальный, старательный, до мелочей продуманный, но пламя ада горело в его глазах безумным огнём. Случайные встречные сторонились этого взгляда, пытались поскорее убраться прочь с его пути, из его жизни. И сей факт не приносил удовольствия.

Вот и сейчас он скрыл горящие угольки глаз за чёрными солнцезащитными очками. К выбору одежды слуга подошёл максимально вдумчиво, сообразно месту и часу. На нём были потёртые синие джинсы, серые кеды и чёрный свитер крупной вязки. Коротко стриженная седина молодцевато топорщилась ежиком, косые виски, нос с горбинкой и легкая небритость подчёркивали мужественность образа.


Что же касается места, то это было старое двухэтажное здание бывшего автобусного парка, построенного почти сотню лет назад из красного кирпича. Время и городская экология придали строению ветхий и заброшенный вид.

 

Взглянув единожды на стены строения, у случайного прохожего возникало желание срочно отойти подальше и по возможности помыть руки.  В лихие девяностые здание кочевало от одного собственника к другому. В чьём только владении оно не побывало.

 

Во время Перестройки здесь размещались торгово-складские площади молодых кооператоров. Позже коммерсантов выгнали бандиты и устроили здесь криминально-развлекательный комплекс с банями, девицами, разборками и облавами. На смену им пришли слуги закона, кои перевели сюда отдел организации дознания, где, собственно, и интервьюировали предыдущих хозяев помещения.

 

С приходом нулевых, сооружение потеряло лоск и респектабельность,  периодически сдавалось городским муниципалитетом под различные назначения.

 

 И вот уже два года за символическую плату им владели два брата Агиняны -  Артур и Гагик, хозяева четырёх овощных магазинов, двух элитных бань, салона-парикмахерской, ресторана средиземноморской кухни, двух шашлычных и чего-то ещё, что естественно по документам  никогда не принадлежало им.

 

Единственно правильное и гениальное решение было найдено моментально - в здании разместили местный рок клуб. И, как сказал позже Гагик: «Денег не будет, пусть хоть детям на пользу!»


Теперь необходимо упомянуть о времени появления «слуги своего хозяина» в рок клубе. Что за время года и суток распознать было совершенно невозможно, так как все окна заведения были напрочь закрашены чёрной краской, зарешёчены металлическими ставнями и завешены тёмными массивными шторами. Внутри творилось действо. И это действо носило гордое имя «Фестиваль всероссийского адского марша».

 

Мероприятие весьма специфичное и, хоть организаторы немного самоуверенно упомянули в названии «всероссийский», в данном буйстве принимало участие всего двенадцать городских и областных команд.

 

Продюсер  сказал, что было бы символично, если бы групп было тринадцать, но где ещё найти таких лохов, готовых выложить клубу за своё выступление пятнадцать тысяч рублей. А вот со словом «адский» организаторы угадали на все сто процентов.

 

Этим словом можно было характеризовать практически всё, начиная с состава участников, качества звука, физического состояния самих организаторов, продолжая ценами в баре, антисанитарией в туалете, ну и собственно, саму публику, коей набралось с пару сотен человек, весь, как говорится, городской андеграунд и бомонд.


Выступления, как полагается, начались с долгого и нудного выступления заместителя главы городской администрации по культурной работе и хозяйственной части о любви к Родине, патриотизме и его личных музыкальных пристрастиях.

 

Потом, ещё немного трезвый руководитель рок клуба лысеющий пятидесятилетний сварщик Николай Иванович Посяда по кличке «Броневой» громко крикнул в микрофон «Жарим, братцы!», попытался скорчить па, как не безызвестный гитарист группы «AC/DC», но упал, уронив барабанную установку. Фестиваль начался.

 

Первыми отыграли городские мэтры рока, лабающие вот уже тридцать лет хиты Юрия Антонова, групп Машина Времени и Цветы. Под зевание зала и разгорячённые вопли неблагодарной части публики с угрозами в свой адрес мэтры закончили выступление и уступили место молодым.

 

И вот в этом потоке дет, треш, инди, грандж, кор групп и выступили виновники нашего повествования и появления «слуги своего хозяина».


- А сейчас выступит молодой коллектив, талантливое трио с четвёртого района, играющее в стиле экспериментального эмбиент-кора  со звучным названием «Sodomhumanoidinteractivethrone»! Поддержим ребят, – объявил всё менее трезвый Николай Иванович «Броневой». Зал поддержал вялым свистом.


- Жги, Сатана! – прорычал в микрофон басист и вокалист по совместительству Вася «Бурый». И затянул своё привычное бормотание про кровь младенцев, алтарь дьявола, врата ада, рассвет мертвецов.

 

Прямо скажем, тесты песен, если бы их даже можно было расслышать, врятли бы удивили хоть кого-нибудь из присутвующей публики.

 

Что касается музыки, то это был, конечно, первоклассный эмбиент-кор, как считало трио из четвёртого района.

 

Ровный хрипяще - булькающий саунд команды должен был сказать знатоку о явном влиянии калифорнийской гитарной школы и революционному эксперименту музыкантов в области звучания вокала и композиционного построения аранжировок.

 

Нужно отметить, что подобных знатоков в зале не присутствовало, если не считать самих музыкантов. Таков удел всех гениев и ребята об этом знали.


После шестой сыгранной композиции басист Евгений «Жердь» решил взорвать зал мрачным саундом и предложил «Бурому» сложить гитары  друг к другу струнами и резануть по залу «адским эмбиентом».

 

 Ударник Серёга «Костыль» поддержал начинание весёлой молотилкой по барабанам. Всё удалось.  После чего «Бурый» хлебнул из удачно припасенной фляги с водкой и разразился не репетируемым ранее рыком – бормотанием.

 

 Он клал свои вирши в пространство ряд за рядом, как мастер-каменщик, кем, собственно, и являлся в свободное от эмбиет-кора время. Будь в зале знатоки и гурманы, они, конечно бы, поняли всю грандиозность происходящего на сцене момента. Но, как мы уже говорили ранее, подобных в зале не было. Поэтому, ровно через двадцать минут от начала выступления звук группе был выключен.

 

На сцену вывалился уже не трезвый Николай Иванович:

- Ну что, понравилось? Молодцы, ребята! Аплодисменты музыкантам! Но у нас строгий регламент. И следующая группа -  наши метры инди-панка группа из посёлка Ляхово «Ночной позор»!


..Именно на этих словах в помещение рок клуба  и вошёл «слуга своего хозяина».

 

  Двухметровый амбал на входе было дёрнулся ему на встречу, с целью потребовать обязательного входного сбора в размере трёхсот рублей, но вовремя остановился, осунулся и тихо сел назад.

 

Незнакомец снова надел очки и пройдя мимо затихшего охранника, ласково, как собаку, потеребил его за подбородок. Уверенно ступая внутри грязных и тёмных лабиринтов клуба направился прямиком на второй этаж, где располагался ресторан.

 

Надо отметить, что благодаря щедрой воле хозяев, всем участникам фестиваля было позволено бесплатно отобедать в ресторане из расчёта полторы тысячи рублей на группу, и ещё не один из участников фестиваля не отказался от этого предложения.

 

- Господа, разрешите присесть за ваш столик?

 

Пьяный «Бурый» мучительным движением попытался вскинуть голову вверх, чтобы увидеть незнакомца, но данное движение не принесло результата, и он снова уткнулся лбом в красный пластмассовый стол с праздничной надписью «Иван Разин».

 

Женя «Жердь» хотел «сбацать» что-нибудь остроумное в ответ и даже поднял правую руку с вытянутым указательным пальцем, немного подержал и вернул назад на стол. Сергей «Костыль» просто заржал.


- Вижу, моё соседство вам не помешает, - гость сел на пластмассовое кресло напротив молодых дарований.

 

  Просторное помещение ресторана было элегантно оформлено в стиле Прованс. Стены покрашены тёмно зелёной краской, окна так же не источали свет и были завешены бордовыми массивными шторами. По залу хаотично стояла разного цвета и калибра пластиковая мебель. Обитая лакированным шпоном барная стойка подчёркивала тонкий вкус дизайнера. Мужчина кивнул бармену.

 

- Меню, пожалуйста.

 

- Чё? – искренне удивился официант, он же бармен. За спиной у него тихо позванивал стеллаж из пустых бутылок.

 

- Что вы можете рекомендовать мне?

 

- У нас есть пиво и водка, орешки и чипсы. Могу разогреть сэндвич.

 

- Вода без газа.

 

- В туалете из-под крана..

 

Незнакомец вздохнул и снял очки. Произошло то, что должно было произойти. Официант, он же бармен, суетливо стёр рукавом грязь с пластикового стола, постоянно кланяясь, обещал «сию минуту» доставить несколько бутылок воды и лично от себя фруктов из заначки на случай приезда руководства, после расплылся в сияющей улыбке, пожелал хорошего вечера и растворился.

 

 «Слуга своего хозяина» вновь одел очки. Дуэт, так как «Бурый» всё это время лежал лицом вниз и не мог наблюдать происходящего, эмбиент-экспериментаторов сидел с открытыми ртами.

 

  Мужчина подумал, что необходимый результат достигнут и беседа будет продуктивной. Он дружелюбно улыбнулся собеседникам и вкрадчиво спросил:

- Итак, какая цель вызова?

 

В воздухе повисла немая пауза. «Жердь» и «Костыль» продолжали сидеть с открытыми ртами, «Бурый» же не контролировал происходящее, ибо находился в параллельной вселенной.

 

 "Ничего странного в подобной ситуации быть не могло", - подумал незнакомец, - "ведь не каждый день происходит встреча с силами Сатаны, но всё же хотелось бы, чтобы люди, свершив «вызов», были как-то подготовленнее, и могли бы сформулировать свои цели и желания".

 

Бесшумно появился официант–бармен, ловко расставил на столе несколько бутылок минералки и хрустальную вазу с фруктами. Так же бесшумно растворился.

 

Надо признать, что эта учтивая сервировка стола не добавила ясности в головы дуэта музыкантов, а «Бурый» потерял ясность ещё на сцене. Пауза затянулась.

 

- Позвольте повторить вопрос, какая цель вызова?

 

- Вызова? – выдавил из себя Женя «Жердь» и зачем-то снова поднял вверх правую руку с вытянутым указательным пальцем.

 

- Понимаете, процесс вызова сил Хозяина, есть очень тонкая субстанция, важен эмоциональный и психический настрой вызывающей стороны, произнесённые слова, интонация, правильное ударение, точное свершение всех необходимых манипуляций и действий. Надо назвать имя Сатаны на четырёх мёртвых языках.


Всё это сделано исключительно, дабы предотвратить несанкционированные взломы портала, дабы отделить любителей чернокнижников и случайных экзерцистов от продвинутой, близкой Люциферу по духу, публики.


 Мы признаём сложность и нагромождённость лишних деталей в процедуре вызова, заранее приносим свои извинения за неудобства, но это лишь дополнительные препоны, сито, отсеивающее ненужный шлак и шелуху.


 Вы превосходно справились со всеми задачами и произвели вызов двадцать пять минут назад на сцене данного заведения, этажом ниже. Рад видеть перед собой настоящих профессионалов и дьяволопоклонников.  Так с какой целью, господа, вы открыли портал в ад?

 

- Что за..? – «Жердь» продолжал держать руку с вытянутым пальцем.

 

 «Слуга своего хозяина» задумчиво хмыкнул, начиная сознавать, что задача вероятно будет не из лёгких.

 

- Надеюсь, Вы не будете отрицать, что вызывали ад?

 

«Костыль» за волосы оторвал от стола голову Василия и прокричал ему в лицо вопрос незнакомца:

- «Бурый» это ты ад вызвал, сука?

 

- Не помню, я же пьяный был! Может и вызвал, а чё? – параллельная реальность ещё плескалась в глазах Василия.

 

- Точно, это ж ты там какую-то ахинею нёс на сцене в микрофон!

 

- ЭКС-ПЕ-РИ-ММ, - по слогам сказал «Бурый» и закрыл глаза.

 

- Вот гнида, всё из-за него! – «Костыль» разжал кулак и Василий с гулким стуком головой об стол снова  ушёл в иную вселенную.


Незнакомец поёжился из-за мрачных предчувствий. Трясущимися руками открыл бутылку с водой, налил стакан и залпом выпил. Не помогло, предчувствия остались. Он постарался быть максимально вежливым:

- Правильно ли я понимаю, что процедура вызова, произведённая Вами, имела случайный, хаотичный смысл? Была совершенно не контролируема и не осознана? И всё произошедшее Вами не желаемо?

 

- Точно, это случайно! «Бурый» виноват, тварь!

 

Инстинктивно рука демона потянулась к очкам, но вовремя остановилась. Он постарался сконцентрироваться и найти какое-то рациональное объяснение происходящему.

 

- Должен отметить, что подобная ситуация крайне не приемлема! Ошибок у нас не прощают! Это огромная угроза, как для вас, так и для меня тоже. Ставится под сомнение сама система ада и логистика его внешних коммуникаций. Могу быть уверен, что подобные действия будут восприняты моим руководством крайне агрессивно и незамедлительно будут предприняты встречные меры противодействия.

 

Запахло горелым пластиком, это начал плавиться стол под руками демона.

 

— Если по справедливости, то всегда есть случайный вызов. Я знаю, полгода пиццу развозил, — Женя «Жердь» смог опустить руку, но указательный палец так и не сжал.

 

— С вопросами о «справедливости» это к противоположной стороне, но им вы вызов не послали! Поэтому здесь я, и нужно срочно принимать решение.

 

— А нельзя признаться, что ошиблись, мол, не со зла?

 

— Последний раз, когда признались в ошибке, целую страну пустили под воду, а своих провинившихся триста лет гноили в нижних слоях ада. Хозяин зол был. Головы поднять не могли двести лет. Опричники лютовали, раз в десятилетие чистка рядов, патриотизм, лояльность, проверки на компетентность и антитолерантность, не приведи Люцифер! — демон нервно полез в карманы джинсов, достал мятую пачку сигарет, прикурил от собственного ногтя, как от автоприкуривателя.

 

В мгновение ока появился бармен, учтиво поставил на стол стеклянную пепельницу и снова исчез.

 

— Ошиблись мы, ошиблись! Ну, поймите, — протяжно заныл «Костыль».

 

— Хотели заказать роллы, а набрали Ад? — демон пустил ровное кольцо табачного дыма в потолок,  затем следующее внутрь него, потом ещё и ещё.

 

— Круто, — честно восхитился «Жердь».

 

— В Аду много свободного времени для тренировок. Что же делать? Ангелы засмеют, эти чванливые поганцы. Я буду посмешищем тысячи лет! Райские не упустят такой шанс нагадить нам. О, мой дьявол, как же быть!

 

— Мужик, ты чё воешь? — иная реальность пожевала и выплюнула Василия назад в клуб за столик с друзьями и ноющим демоном.

 

— Бурый, заткнись! Это демон!

 

— Да, ладно! — искреннее удивление отразилось на пьяной физиономии вокалиста.

 

«Слуга своего хозяина» с интересом наблюдал за происходящим. Совершенно незаметно для остальных участников беседы, пользуясь своими спиритическими возможностями, демон начал изучать информацию об этой троице.

 

 Возможно, это стоило сделать раньше, скажите вы и будете правы! Но этот адский персонаж обожал смаковать встречи с интеллектуалами сатанистами, ему нравилось удивляться глубине их порока и самоуничтожения. В его демонической природе сидело желание новых открытий, новых встреч, новых ощущений, новых эмоций. Всего того, чего так не хватало ему в Аду.

 

— Чува-ак! Давай апокалипсис замутим!

 

— Сожжём столовку в твоём ПТУ или нагадим в лифте?

 

— Гыы! Тогда купи мою душу.

 

— Зачем она мне?

 

— Ну, я тебе душу, а ты сделаешь меня знаменитым, как Кобейна, Моррисона, Марли, Цоя..?

 

— Для этого не мешало бы научиться играть на гитаре.

 

—  Облом! - Василий откинулся на спинку кресла, громко и смачно отрыгнул в пространство.

 

— Откуда такая безумная храбрость в столь низком существе? — демон с нескрываемым интересом разглядывал «Бурого». «Жердь» и «Костыль» снова потеряли дар речи.  

 

Евгений опять попытался поднять правую руку с вытянутым указательным пальцем, но вовремя одумался, схватил её левой и утянул под стол. Его указательный палец теперь показывал в направлении на грязные ботинки «Костыля» напротив.

 

— Мы против правил, против рамок, потому что мы нигилисты! — Василий прямо сиял от своего умения поддержать умную беседу.

 

— Для зрелого нигилизма обязателен некий багаж, от коего потом необходимо отказаться, но это не ваш случай. Кстати, а как называется группа?

 

— «Sodomhumanoidinteractivethrone»!

 

— Сокращённо «shit», что ж, символично.

 

— Ага, чувак, просёк фишку! Круто, да?

 

— А кто английским владеет?

 

— Я в «goоgle translate» подобрал, — это было долгожданное мгновение славы для «Бурого». К сожалению, кроме демона, никого на свете пока не интересовало название их команды, и этот факт очень удручал Василия.


Слуга своего хозяина задумался. Надо признаться, что его раздирали бесы, как хотелось, послать всё к чертям собачим, и сдать троицу на суд Сатаны. Увидеть, почувствовать животный страх жертвы в глазах наглого ПТУшника.


Стоять рядом с кипящим котлом, подбрасывать уголь, деловито помешивать варево из экспериментаторов эмбиент-кора.


Посолить и добавить лаврушки, зычным голосом созвать чертей на званный ужин.

Дружной компанией, сидя вокруг костра, жрать наваристый суп из новых знакомых и мило вести приятную беседу о глубине веры Иеронима Босха, ценности прозы Лотреамона, порочной сексуальности Чарльза Буковски.

 

И что бы это наказание повторялось ежедневно и длилось вечно! Но, как всегда, существует это само «но». Ожидать от Люцифера невнимания к факту «случайного вызова» было не возможно и в высшей степени самонадеянно.

 

 Хозяин обязательно взорвётся ненавистью, будут наказаны все, разбираться в причинах и виноватых никто не будет. Справедливого суда в аду не жди, и кара будет страшна!  

 

Сатана умел наводить ужас на подчинённых, на этом в  принципе и держалась вся иерархия его власти. Корпоративные правила ада были писаны кровью сотрудников, как в прямом, так и в переносном смысле.

 

 Осознавая случившееся, демон усиленно искал выход из патовой ситуации. Тысячи лет сотрудники ада творили ложь, обман, насилие и беззаконие на благо Люциферу, так почему бы сейчас не сотворить ложь ради себя самого?

 

Голова у демона работала отлично, он выбрал несколько возможных сценариев развития, проанализировал наиболее комфортные методы решения, сравнил риски и оценил затратную часть деяний. Это, конечно, не высшая математика, но действо весьма значимое и подчас не объяснимое простому обывателю, коими и являлись современные оппоненты демона.

 

- Молодые люди, а вы музыкой ради чего занимаетесь? – вопрос демона был неожиданный, и ввёл троицу в состояние шока. Каждый из них знал, что ответ простой и находится где то рядом, но сформулировать его емко и доступно не мог.

 

  Поэтому, как всегда, сработало стадное чувство вытолкнуть вперёд наиболее наглого. «Жердь» и «Костыль» уставились на Василия. «Бурый», сознавая свои лидерские качества и высокий статус в коллективе, решил ответить оригинально:

- Мы хотим взорвать мир, - согрупники удовлетворённо кивнули головой, кривая ухмылка ещё неестественнее разлезлась по жирной морде вокалиста, больше  смахивая на открытую рану.


- Опустим пафос фраз. Женщины, наркотики, деньги и слава вас устроят? – теперь музыканты коллективным сознанием поняли, что сейчас главное не продешевить, поэтому хором восторженно хрюкнули-хмыкнули в ответ.

 

- Что же, я так и думал. Ничего нового. Обождите минутку! – демон залез в карман джинс, достал мобильный.


Да, именно мобильный, а что изволите делать, если прогресс не оставляет безучастным никого, даже слуг Сатаны.


- Игорь, приветствую, это Амдусциас. Как жена, дети? Сам? Работаю как лошадь. Да-да, давно не виделись, вот возник повод встретиться. Как у тебя дела с мальчиковыми трио. Уже есть парочка? Но ты же понимаешь, они уже не «мальчики», их потребительская группа седеющие дамы за сорок, а у меня по-настоящему молодой материал, со всеми плюсами и минусами данного факта. Не пытаюсь тебя учить и лезть в твой бизнес. Это просьба, а я редко прошу. Нет, прости, Любэ не заменят.

Признаться честно, материал слабый, но в долгу не останусь, шлягеры  и хиты подброшу, в раскрутке помогу, шепнёшь кому надо, что это мои протеже и рейтинг обеспечен. Да, формат не мой, но Хозяин одобрит, значит и успех будет. Условия сделки кабальными не будут, обещаю! Мягкое партнёрство, без залога души. Да ведь тебе и не надо! Обсудим детали завтра. Пообедаем, поболтаем. У тебя ведь свободно с часу до трёх. Договорились! До завтра, рад был тебя слышать. Жене привет!


Хитрая улыбка чеширского кота заиграла на лице демона. Он встал, положил на стол пару купюр, резко развернулся и направился в сторону выхода. У двери остановился, повернулся и громко спросил:

- А вы,  господа, что сидите? Следуйте за мной к наркотикам, женщинам, деньгам и славе.

 

Трио экспериментаторов эмбиент-кора суетливо вскочило с мест, уронив за спину пластиковые стулья, дружно засеменило вслед за Амдусциасом - демоном музыки и слугой своего Хозяина.

 

..В эту ночь рок клуб сгорел, никто не пострадал. Власти поспешили обвинить во всём организаторов и наркотики. Но, надо честно признать, что в тот злосчастный вечер  наркотиков в клубе было не больше чем на юбилейном концерте Григория Лепса в Кремле.

 

Братьев Агинянов на допрос не вызывали. Во всём случившемся был найден виноватый и крайний, им стал Николай Иванович Посяда. Через год состоялся суд, престарелого рокера обвинили в халатности и систематическом нарушении техники безопасности, приведших к пожару в арендуемом помещении, и на волне борьбы с коррупцией, посадили на два года общего режима. Через восемь месяцев выпустили за хорошее поведение.

 

Николай Иванович взял сценический псевдоним Коля- «Не прощу!» и начал колесить по ресторанам, барам и сельским ДК с концертной программой «Мать меня родила в лагерях» с балладами о блатной жизни, этапах, лагерях и малине.

 

 На жизнь шансонье не жаловался, о своём рок прошлом пытался забыть, продвигая легенду бурной криминального карьеры. Чуть позже даже сам Артур Агинян просил его защиты и заступничества перед «авторитетными» людьми в семейном споре с братом Гагиком.

 

Сгоревшее здание восстанавливать не стали. Опалённые стёны простояли несколько лет, пока землю не продали под комплексную жилищную застройку крупному столичному девелоперу. Теперь на этом месте роится муравейник строительства, и в ближайшем будущем будет «город-сад» в полтора миллиона квадратных метров жилья, с магазинами, офисами, детским садиком и типовой школой.

 

***

 

..Семь утра. В небольшом ресторане авторской средиземноморской кухни пусто, лишь два посетителя сидят за крайним столиком и мирно беседуют. Две чашки кофе на столе.

 

В столь раннее время в помещении никого из персонала, кроме седого шеф-повара. Именно он и прислуживает почётным гостям.

 

Один из собеседников щелкает пультом от телевизора, находит музыкальный канал, удовлетворительно хмыкает. На большом плоском экране идёт очередная программа о звёздах шоу бизнеса:

— Наш репортаж с концерта провокационной поп группы «SHIT». Это скандальное трио рвёт все устои отечественного шоу бизнеса. Их дебютный альбом «Эмбиент любви» восьмую неделю не сходит с первых мест всех отечественных музыкальных рейтингов. С телевизионных каналов и радиостанций звучат их песни. Ребята оказались полной неожиданностью и совершенно не вписываются в каноны существующих правил поп-культуры. Особенно удивительно, что нашёл и открыл миру это необычное трио продюсер Матвиенко. Игорь Игоревич всегда занимался классическими поп-коллективами, никогда ранее из стен его продюсерского центра не выходил столь скандальный и революционный продукт. А вот, что говорит о себе фронтмэн группы Василий «Бурый» — на экране появилась искажённая от наркотиков и алкоголя, перемазанная блёстками морда Василия с наглой ухмылкой от уха до уха:

— Клал я на ваши рейтинги! Мы нигилисты и безразличны к мишуре. Нет кумиров, нет морали, нет целей! Обнуляем итоги!

 

Амдусциас недовольно выключает телевизор. Его собеседник улыбается:

— И когда ты всё успеваешь?

 

— Ты забываешь о моей дьявольской сущности. Это время пытается меня догнать.

 

— «Magnum opus»?

 

— Ни в коем случае, чистой воды мошенничество, итогом данного процесса не стало появление золота, хотя в процессе дистилляции, как второстепенный продукт, участвовало. Именно на деньги от этого проекта я собрал неплохой коллектив. Вот ЭТИ ребята заслуживают внимания, — слуга своего Хозяина достал из кармана МР3 плейер и протянул его собеседнику.

 

— До сих пор не могу поверить, что за столь тонкой и гениальной мистификацией с запущенным механизмом саморазрушения стоит слуга Люцифера! Ты мне, что-то не договариваешь. И ответь, зачем тебе деньги? Сознавая твои возможности, ты бы мог зарабатывать на финансовых рынках, на акциях, курсах, спотах, фьючерсах и опционах.

 

— Потому, как всё это принадлежит Хозяину, а он зарабатывать на себе не позволит. «Ад есть я». Фауст.

 

— Давай без кривляний, Амдусциас! Каждый из нас может месяцами говорить цитатами из умных и не очень книг. И что дальше, когда смысл ускользает в казуистике. Цель нашей встречи?

 

— Конечно, Иеримиил. Я очень ценю твоё время и никогда не потревожу зря, но прежде чем я объясню причины побудившие меня, демона, обратиться к архангелу в обход всех иерархий и правил, прошу послушать мой новый проект.

 

— Интригуешь, — архангел надел наушники и включил «play». Рваные гитарные рифы заполнили сознание слуги Господа. Он прекрасно понимал этот момент. Года, столетия растворились в нём, не оставив следа и лишь такие искры разделяли его жизнь на отрезки от откровения до откровения. Когда последний трек закончился, он ещё долго сидел молча. Потом поднял глаза на демона:

— Но это же..

 

— Да, это очередная искра света, когда гениальность и талант исполнителя меркнут пред его чистотой, пред его открытым потоком. Именно этим и дороги нам люди. Весь род человеческий бесполезен без этих искр. И это очередное откровение!

 

— И как на это посмотрит твой Хозяин?

 

— Для нормального мотивирования персонала необходимо допущение маленьких слабостей подчинённых, видимая свобода - как условие корпоративного роста. А потом, надо признать, что Люцифер сам любит такие искры. Я их собрал из разных стран, из разных социальных слоев. Они вот–вот готовы вспыхнуть. И мне нужна твоя помощь, Иеримиил. Их свет обещает быть очень сильным. Давно таких не было. Мои чёрные крылья не выдержат их веса. Я только наврежу.

 

— Возможно ты прав, Бог давно не говорит с нами. Именно эти искры и есть то, ради чего мы плавим время вокруг людей..

 

 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

78745a2e23b72db291d5988d513b1e12.jpg

 

Время «Ч»

 

 

Mavlon

 

 

Замполит у нас в армии был, капитан. Этнический грек. Если его фамилию, имя, отчество постоянно выговаривать по-гречески, то можно хорошо научится делать куннилингус.


Он нас политинформациями заебывал и тем, что в уставе каждая буковка кровью писана. А иногда нудел про время «Ч». Это, говорил он, не только момент, когда яйца солдата зависнут над окопом противника, но еще и момент истины в жизни каждого мужика. Он может совсем никогда не наступить, и ничего страшного, считай повезло. Но если он наступит, то каждый мужик должен завязаться в узел и оказаться мужиком.

 

Летом девяносто пятого мы зачищали стройбазу Гиляк, что недалеко от Ордженикидзебада в местечке Лакай-беги, хотя это никому ни о чем не скажет. Замполит и еще шестеро солдат заходили в развороченное танковыми снарядами большое складское помещение. Он еще сказал – «Тссс, там сюрприз однозначно будет». И пошел первым. И подорвался на растяжке. Совсем подорвался. А мог бы и солдата вперед послать, например, меня. Имел право. Да и хуй с ним.

В ноябре, в прошлом году умерла бабушка моя. На девяносто третьем году жизни, в окружении зятя, дочери, внуков и уже подрастающих правнуков и правнучек. Все они были у ее смертного одра. Кроме меня. Я смог приехать в небольшой город, что недалеко от Саратова, лишь аккурат к выносу тела. Почти единственное, о чем бабушка просила меня при жизни – кинуть три горсти земли. И еще об одном, правда, я тогда совсем маленьким был и меня побили дворовые выродки – «не реви, соплежуй, никогда не реви, даже когда я помру». Я и тут ее послушался.

 

Бабушка пропустила через себя две войны. На первой служила в медсанбате и имела за это медали и даже орден. Во время второй, уже в начале девяностых, ведала распределением хлеба, полученного на хлебозаводе, по домовой книге в сорокадвухквартирной четырехэтажке. Уважаемая биби-ханум Мариам Гавриловна. При жизни всегда говорила то, что думала, никогда в выражениях не стеснялась и почти до самой смерти курила. Положил на могилу россыпь сигарет с фильтром.

Народу на похоронах много было. Марина вот пришла с каким то дрищом. Экс-жены бывают у всех, а вот бывших дочерей в природе быть не может. И раз уж приехал, то надо зайти, стрельнуть глазом, пребывает ли в достатке моя наследница и по делу ли расходуются ежемесячно выделяемые мною средствА. Благо тут недалеко.


Ну что, вполне сносно, уютно, кот лежит на тапочках. Походил, посмотрел, глянул на себя в зеркало – крут, хули тут говорить. Дочь посидела у меня на коленях, чмокнул её, понюхал макушку, порядок. Иди погуляй, взрослым поговорить надо.


Живут неплохо. Марина отделом на почте командует, недавно купила себе подержанное ведро с болтами. Какой-никакой, а показатель достатка в этих ебенях. Сама за рулём, молодец в общем. Дрищ тоже права имеет, но водить не любит. В его далеком прошлом имела место быть авария, во время которой он чуть не сбил человека, въехал в стену и от удара двигатель влетел в салон. Тогда каким-то чудом никто особо не пострадал. Но с тех пор за руль – никогда. Зарекся. Ну я же говорю - дрищ. Зовут Сережа. Пашет грузарём на макаронной фабрике.

Знаешь, дорогой мой дружок. Я тоже много чего не люблю. Питер вот, например, не люблю. У меня с ним плохие ассоциации, я там стихи начал писать.

Черна покровом рябь Невы,
над Арсенальной тишь и темень.

Громадой бьет из темноты тысячеглазый красный демон.

Из тусклых с желтизной глазниц безмолвный в небо крик проклятий.

И дышит смрадом нор-темниц паук с клеймом из двух распятий.

Хуевый из меня поэт, я знаю. А ты знаешь? Знаешь, что они сиськи показывают? Кричат например – Вася! Пятьсот двадцать три! Вася! Пять, два, три! И показывают сиськи. А ты смотришь на это, повиснув на решке, радуешься за дурачка из соседней хаты, а сам думаешь – «блять ведь это может затянутся надолго». И внутри все опускается по самые пятки, и дышать сразу кажется нечем. Хотя там и так дышать нечем. Не то, что зимой в степи на ветру, когда от свежего воздуха не знаешь куда деться, и на ебальнике лыжная маска, а на руках две пары рукавиц.


Или весенняя мошка, заедающая насмерть цыплят, индюшат и даже птенцов степных орлов. Мухи, откладывающие личинок в причинном месте у овцы. Овцу нужно поймать и этих личинок оттуда пинцетом вытащить, залив потом выеденную червями рану отработкой машинного масла. Ходишь с отарой по степи, как по огромной многокилометровой камере, из угла в угол. День, неделю, месяц, год, второй, третий. И некуда тебе податься. Живешь в землянке, а хозяева прячут тебя в подкопе под кошарой когда приезжает с плановой проверкой участковый. Воешь от тоски, сам себе рассказываешь анекдоты и смеёшься. Сходишь с ума. Ты ебал когда-нибудь забор, друг мой? Давай еще по одной, за то, чтобы с тобой никогда такого не случалось. Обидишь мою дочь – пришибу!

Иногда по утрам не хочется жить, особенно когда, с трудом вспоминая то, что было вечером, смотришь на разбитые костяшки на кулаках. И на хрена ты мне сдался вчера, дрищ? Да будь ты проклят. Я уже фактически интеллигентный человек. Живу культурной жизнью. Даже литераторствую в сети. Может, книжку издам, толстую, как большая советская энциклопедия, куплю себе фетровую шляпу, белый шарф и трость. Возьму в кредит дорогой телефон. А когда умру, горожане поставят мне бюст из бронзы за общественный счет, а сам мэр произнесет речь.

Тружусь в златоглавой. В большом двухэтажном супермаркете, где пять круглосуточных постов, пять таких же подменных, три дневных патрулирующих, один на приемке автотранспорта и один на служебном входе. Веселый, дружный коллектив. С ними не соскучишься. Я, по крайней мере, не скучаю.

 

Половина из них вчерашние саратовские гопники, вторая половина - «эй уася суда хады», дальние, бедные родственники владельцев кирпичных заводов на западном побережье Каспия.


И среди всех я самый старый, мудрый и седой, хоть и младше многих из них по возрасту. И с зарплатой побольше. Вот такой вот парадокс. Важный хожу, в пиджаке и галстуке. Возникают, конечно, определенные ассоциации с моими коллегами по цеху. Но это лишь видимая часть айсберга. На самом деле, дела обстоят намного хуже. Да ну не всем же блистать интеллектом.


А вообще, хоть это из области фантастики, но если в природе останутся одни дурачки, они найдут среди себя самого умного и назначат его руководителем, чтобы он вел их в светлое будущее, как котят слепых. А вот оставшиеся сами с собой умные люди всегда будут искать среди себя самого тупого. Найдут и будут чмырить его. А когда зачморят до гробовой доски, найдут следующего. И так далее. Тупицы это социум. Умники – пауки в банке.

Да ебись оно все конем. У меня сейчас свой веселый кордебалет.


- Малыш, ты чего ревёшь?


- Арбуз хочу. А ты куда засобирался?


- За арбузом.


- Где ты его в два часа ночи в такую холодину найдешь? У нас нет круглосуточных магазинов. Я знаю, в этом положении все странные какие-то, даже глину едят или хотят дешевого вина. Это несерьёзно. Не ходи никуда, а то я плакать буду.


- Хорошо, не пойду. Только ты не плачь, пожалуйста.


- Буду.


- Почему?


- Арбуз хочу.


Через пару месяцев звоню матери узнать что да как, а тут она выдает мне, что Сережка-то Маринкин человека насмерть сбил. «Вот же долбоеб косорукий, за старое взялся» - думаю. Набираю бывшей, посочувствовать, вроде как не чужие люди.

- Ночью мело сильно, а мы опаздывали. Как-будто шутник какой-то фуфайку на лобовое накинул. Я по тормозам, в руль вцепилась и со страху чуть не описалась. А Сережа меня вытащил, посадил на свое переднее пассажирское и лицом об бардачок стукнул так, что кровь из носа пошла. А сам за руль сел. Ты, говорит, о ребенке лучше меня позаботишься. Как раз люди подошли и ДПСники подъехали. До суда его, говорят, домой отпустят, а потом посадят скорее всего..

Надо будет съездить. Навестить Серегу.

А в это время в столице, в досмотровой комнате большого супермаркета рыдал молодой киргиз. Прямо песни пел о том, что в беде они великой всем народом после жестокой войны тамошних севера и юга. И здесь на стройках судьба у них незавидная. Ну истинно народ избранный в рабстве египетском. И что нужда заставила его затолкать в трусы две палки финского сервелата, баночку с маринованными осьминогами и литровую бутыль шведской водки «Абсолют». И он, как истинный мусульманин, именем аллаха клянется, что такой харам больше не повторится, если его отпустят с миром.

Очень давно, когда я жил в стране гор, каштанов и ишаков, знал я одного молчаливого, вечно спешащего куда-то человека. Имя его «раб аллаха» - Абдулла.


В те времена, в городе, построенном комсомольцами и зэками, одновременно строившими ГЭС имени бровястого генсека, куда этот генсек самолично даже один раз приезжал, не было мечетей. И среди единоверцев Абдуллы неприличным считалось лишь во время поста перед каким-нибудь мусульманским праздником жрать на виду у всех в общественных пельменных или шататься пьяным по улицам. В остальное время делай, что хочешь – ты Советский человек, а религия опиум для народа.


Так вот, на фоне всего этого шайтанизма Абдулла, живший в соседнем подъезде нашего четырёхэтажного дома, полностью оправдывал своё имя, до состояния белой вороны. Он исправно свершал намаз пять раз в день, даже на работе. А каждую пятницу, как истинный верующий, который должен свершать вечерний намаз обязательно в мечети, он делал девятикилометровый марш-бросок по горам, в кишлак Навды, где ближайшая мечеть находилась.


Семья у него была большая. Вторая половина его, Маврия, всяких хиджабов, паранджей и прочих такого рода тряпок не носила, но, как и положено мусульманской жене, нигде не работала и сидела дома с детьми, которых было мал-мала меньше. А еще Абдулла взял к себе в дом дальнюю очень молодую родственницу, из какого-то кишлака, далеко за городом. Девчонка совершила добрачный грех, так и не став ничьей женой. Селяне камнями ее, конечно, не забили, не средневековье все же, но случай в тех местах вопиющий, поэтому Абдулла и дал ей приют под своим кровом. Аллах милосердный и всепрощающий, и люди должны быть такими.

А когда Союз распался и земляки Абдуллы разделились на ревнителей истинной веры и тех кто хотел, чтобы всё оставалось по-старому, наступили тяжёлые времена, а власть в нашем городке менялась чуть ли не каждые две недели, пришли к нему правоверные с автоматами, звать его, благочестивого, на священную войну против неверных братьев.

 

Он им сказал, что аллах не велит убивать. В коране не написано: расстреляй неверного из пулемета, лиши его жизни, отрежь ему голову, вспори брюхо ему. Там сказано: убей неверного в неверном. Понимать это надо, уважаемые.


Маврия, захлебываясь слезами, рассказывала это потом на лавочке во дворе, когда правоверные увели куда-то Абдуллу. Люди думали - всё, пи..дец ему. Всегда думается, что пи..дец настал кому-то, а не тебе. Но дня через три он вернулся. Лицо в синяках, еле идёт, но живой. А потом к нему пришли его неверные братья. Угу, ты пять раз в день намаз свершаешь, коран читаешь, ты, наверное, ваххабит. И опять Абдуллу куда-то увели. И опять все думали, что с ним будет то, о чем думали в первый раз. И опять он вернулся. Побитый, но живой.

Много воды с тех пор утекло. Я давно уехал оттуда. В городе, скорее всего, построили уже с десяток мечетей и Абдулла, наверное, читает там проповеди безусым дурачкам в тюбетейках. Или по старой привычке ходит вечером в пятницу по горам в Навды. А может, его уже волки давно съели.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

22242624_m.jpg

 

«Эммануэль»

 

 

Mavlon

 

 

В свой тринадцатый май Манучехр многое понял. Вот, например, могучую силу печатной буквы. Славик, ровесник и сосед из квартиры напротив, строго на время, дал ему книгу со странным для пионерского слуха названием - «Эммануэль». Почти шёпотом дал. Многозначительно показав пальцем на нужные страницы. И вихри ворвались в неокрепшую душу Манука. Тысячи шайтанов родились в его голове, из которых как мыльные пузыри выскакивали другие шайтаны, а из них шайтанчики поменьше. Матрешки шайтанов заполонили голову Манука.

 

Книгу хотелось прижать к лицу, обслюнявить горячими губами, опуская ниже, к паху, к тому, что набухло и отвердело как камень, и забыться в тумане сладких как рахат-лукум конвульсий. Это вам не «Дети капитана Гранта». На них совсем не стоял. И на Хайяма не стоял. Тем более почтенный бобо Омар был мужчина. Еще и мужчина давно мертвый. Ну нахуй, харам..


Манучехр понял что взрослеет. Вот как вообще происходит это пресловутое взросление? Допустим живет такой, подающий надежды прилежный мальчик, из приличной семьи, где отец, уважаемый муаллим Мирзо Мусоевич, преподаватель в музыкальной школе и руководитель детского духового оркестра, а мама учитель родного языка с полным ртом золотых зубов, а теперь еще и полными молока грудями для младшего братишки.

 

И вот, он, в шортиках, сандаликах и белой рубашке забавляется на беззаботном, майском лугу, звонко смеясь и улыбаясь весеннему солнышку, ловит сачком разноцветных бабочек. Но в какой-то момент его кусает какая-то муха, и у него сразу падает успеваемость в школе, вдруг появляется эрекция и начинают расти волосы на ногах. Ну, будем считать, что именно так это и происходит.

Вообще у Славика много чего было. Его папа с мамой гоняли во Вьетнам. А дед в Германию. Некоторым вот везет в жизни. Путешествуют по заграницам.


Родители строили там, какую-то ГЭС и привезли Славику много шмоток, жвачек, комиксов и вьетнамский пионерский галстук.

 

А дед стрелял по рейхстагу из пушки и привез трофейные игральные карты. Не Славику конечно привез. В сорок пятом еще даже не проектировали cлавикова отца.

 

Галстук показывали на линейке всей школе, и всем было интересно. Карты показывать было нельзя. Хотя они были намного интереснее галстука. Особенно фотографии на них. Поэтому Славик показывал их втихаря. Когда родители были на работе и когда подвыпивший дедаВася громче всех кричал – «Рыба», ударяя ладонью по столику во дворе, а бабМаша уходила в магазин. Да и хуй с ними.

Манучехр прятал «Эммануэль» на чердаке их трехподъездной четырехэтажки, в схроне надежно присыпанном керамзитом. И считал минуты последнего урока, чтобы как горный орел вырваться из клетки на свободу, забраться на чердак, и выкопать свою спящую красавицу. Вчитываясь в каждую букву, Манук испытывал боль и радость, страдание и счастье, изнывая от приторной ревности к этой развратной женщине.

 

Он тяжело засыпал, а утром как только открывал глаза перед ним подводной лодкой всплывала Эммануэль. Недающая покоя пубертатная шиза, перерастающая в идею «фикс». Возвращаясь домой Манук избегал встречи со Славиком, уже изрядно поднадоевшим своим требованием вернуть обратно «Эмму». Он хотел разлучить его с любимой. А вот хуй ему. У него и так есть тридцать с лишним немецких шлюх, пусть довольствуется ими. Ишь, малафья ишачья..

Манук никому не рассказывал о своих сердечных муках. Даже однокласснику и другу Зафару. Почти брату.


Зафар, сын водителя БЕЛАЗ,а аки Ходжамурода, наглухо страдал отсутствием воображения. Он мог не понять его. Ну не дал Аллах мозгов, бывает. Но зато Заф был большим практиком, выцарапывал смотровые щели на закрашенных окнах общественной женской бани, и они частенько ходили гонять "суху" на старую дамбу, под которой был пляж с загорающими русскими женщинами. «Тебе вон ту черненькую, а мне - ту беленькую. Потом поменяемся.. Понеслась!..»

Как-то Зафар предложил Мануку подойти ближе к вечеру к пустырю, что под холмом за школой. Там начинался частный сектор. Туда-сюда - сюрприз, говорит, будет.

 

«Кизяк бараний знает, что там будет..» - думал Манук, но все же что бы там не было, это полюбому лучше, чем втихаря ебать кларнет у папы на работе. И вообще, Зафар большой мастак на выдумки, храни пророк его здоровье..

 


Манук поднялся на холм, когда солнце уже заходило. Пряный майский вечер вращал розу ветров, внизу на пустыре. От восхода шел и громко ругался, здоровенный бородатый мужик с дрыной в руках - "Сюда иди сухадройчник!!!". Это был отец Зафара, водитель БЕЛАЗ,а ака Ходжамурод. На закат улепетывал Зафар, сверкая голой жопой и находу натягивая портки. В центре между ними невозмутимо щипал травку Зафаров «туда-сюда, сюрприз». А на юге, над головой Манука сгущались тучи. Он резко развернулся и побежал. Зафар, блять! Одним словом - чурка ебучий..

 


На лесистых, восточно-европейских равнинах бытует мнение, что в некоторых южных республиках молодой человек, на заре своей юности, в обязательном порядке должен совокупится с самкой ишака. Иначе он, вроде как, не мужчина. Что это своего рода посвящение, с одобрения взрослых. Это немного не верно.

 

Колхоз дело добровольное, этим, бывает, балуются подростки, совсем еще дети, но если тебя застанут за таким занятием взрослые, то мало тебе не покажется. Приблизительно так же у славян дело обстоит с курением. Глава семьи может надрать уши за курево малолетнему сыну, не беря в расчет, что сам очень рано начал курить втихаря от своего родителя, который в свою очередь боялся по этому же поводу своего отца. Потомственные курильщики. Хотя многие и не курят вовсе.

 

Так и здесь, в Азии. Есть потомственные, а есть и не курящие. Вот Манук уверен, что его папа никогда не курил ишачку. Он на момент представил уважаемого всеми муаллима Мирзо Мусоевича в дирижёрском фраке и с глупой улыбкой на лице, задравшего хвост бедному животному. Нет, не может быть, харам, харам..



..Май подходил к своему финалу. Палящее солнце жгло и без того выжженную душу Манука. Он почти все свое свободное время проводил на чердаке, перечитывая и без того уже до дыр прочитаное.

 

Целовал страницы, и даже лизал их краснея внутри себя. Он знал каждую букву, каждое событие, как любой мужчина знает все отверстия горячо любимой им женщины.

 

Эммануэль каждый вечер спокойно засыпала под одеялом из керамзита, а спускавшийся с чердака Манук не мог заснуть. Его будто живьем засовывали в раскаленный тандыр. Голова горела. Горела стертая до крови, многострадальная крайняя плоть. Эммануэль не давала покоя. Она была везде. На тенистых тротуарах, автобусных остановках, за прилавком магазина. Манук смотрел на неё и втягивая воздух ноздрями, невольно вонзал взгляд ей в промежность. Ему начали делать замечания, а чей-то муж даже отвесил оплеуху. Он уже боялся смотреть на мать. С этим надо было срочно что-то делать.
Друг помог. На то, он и друг.

 

***


Венера жила в строительном общежитие и была из тех, в общем-то, еще молодых женщин, которые  постоянно болеют с похмелья и уже не брезгуют малолетками. Побывавший там вездесущий Зафар, теперь готовил к заплыву своего, почти, брата.

 

Водка была изъята из запасов аки Ходжамурода. Без спроса, конечно. Это для Венеры. И это обязательно. Джинсы взяли у Славика. Напрокат. Готовились на заброшенной стройке возле Венериной общаги.


- Ну как я? – волновался Манучехр.


- Как танцор диско.


- Ноги не воняют..?


- У всех ноги воняют. Потому что из жопы растут. Иди Джимми, тебя ждут..


Сегодня Манучехр первый раз в жизни не придёт ночевать домой. Он еще не придумал что скажет завтра родителям. Завтра будет то, что будет завтра. А сейчас, он заберется по решетке первого этажа, дотянется до подоконника второго, и влезет в окно комнаты, где его ждет Эммануэль.

..Щебетанье, проснувшихся ранним утром птиц, раздражало. Вот хули им не спится?!

 

Манучехр брел по улице и терзал себя немыми вопросами. Почему? Как так могло случится? Водка залитая в Венеру, джинсы Славика - все было зря.. Может он боялся, что в комнате неожиданно возникнет бородатый ака Ходжамурод с неизменной дрыной в руках? "Аааа сухадройчник!!!". Хуй его знает, но как Манук не старался, сморщенный, обрезанный стручок не хотел оживать, что в конце концов вызвало истеричный хохот Венеры, которая влила в себя остатки водки со словами «не можешь срать, не мучай жопу» и спокойно заснула.

 

Он просидел слушая её пьяный храп до утра, в ожидании чуда. Чуда не произошло. И теперь брёл вдоль домов, а весь огромный мир сузился до размеров зеленой, коровьей лепешки. Он не мужчина. Как быть дальше? Хоть в петлю лезь..

 

Но Аллах не Тимошка. А истина - всегда где-то рядом. И она явилась ему. На двери недавно открывшегося новомодного заведения - видеосалона, висела афишка из листка тетради в клеточку.

 

«Ночной сеанс. Эммануэль или голая нога из Садоса. Взросл. Вход 1 рубль»

 

Голову Манучехра сжало раскаленными тисками. Пока он, всю ночь унижался перед пьяной шлюхой, Эмма, которая так долго его мучила, всю ночь ублажала кучку похотливых ублюдков за один рубль с рыла!


Манук поднялся на чердак, разбросал керамзит, вытащил ееё, и разорвал на ней одежду из твердого переплета. Свернул листы в трубку и со злостью разрядился. С хуем было все как никогда в порядке.

 

Он достал из кармана перочинный нож. УМРИ ТВАРЬ! СДОХНИ! СДОХНИ!

 

Лезвие вместе со страницами рвало пальцы. Кровь стекала по телу Эммануэль и смешивалась с семенем. Разорванная в клочья шлюха трепыхалась как бабочка на ветру, и, наконец, взмахнув окровавленными крыльями, затихла на полу чердака.

 

Манучехр перевел дыхание, затоптал её глубже в керамзит, присыпал крошкой, и с наслаждением помочился сверху.

 

Он улыбался и еле сдерживал охвативший его восторг. Манук теперь точно знал кто он такой, и как ему надо поступать в жизни.


А за окном чердака, уходил, доживая свои последние дни, май. И вместе с маем, доживало последние дни его детство. Будь оно не ладно..

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

f2a67308a.jpeg

 

История

 

Шева

 

 

…повторяется, но ничему не учит.


Это если история в тривиальном, общепринятом понимании этого слова - как генезис отношений между странами, народами, как объективная реальность, отражённая в фактах, а не псевдонаука.
Но вот когда история - конкретный случай, происшествие, да еще с тобой…

Мне тогда было лет четырнадцать.


В тот день я рано лёг спать. Почему - уже не помню.


Во сне слышу - кто-то трясёт меня за плечо.
Открыл глаза - отец. Я ему – Отстань! Спать хочу, только лёг.


Но он продолжает трясти. И тут до меня доходит: «А ведь отца-то нет, уже два года, как похоронили..»
Открываю глаза по-настоящему - сестра. Она старше меня на три года. Чем-то встревоженная.
Говорит: - Вставай! Что-то странное происходит!..


Я протёр глаза, проснулся окончательно. Смотрю, - мать возле окна стоит, куда-то неотрывно внимательно смотрит. Сестра тоже возле неё стала.


Я поднялся, подошёл к ним, думаю – гляну, что они там такое интересное увидели?


Уже поздний вечер был, темно, но вижу - на дороге светло.
Светло от множества ярких светлячков. Приближающихся к нашему дому.


Когда яркое облако приблизилось к нам, становится ясно, что это не светлячки, а зажжённые факелы. Их несут парни и мужчины в одинаковой защитной камуфляжной форме, стройной колонной по пять в ряд движущиеся по проспекту мимо нашего дома.
Их много. Очень много.
Хвост колонны теряется вдали.


Они громко скандируют название страны, которая почему-то «превыше всего». Еще кричат: Слава нации - смерть врагам! Кто не с нами, а дома остался - тот продался! С нами - правда и Бог!


Я вдруг вспоминаю, как учительница истории рассказывала, как Гитлер пришёл в Германии к власти. Как его сторонники тоже маршировали колоннами с факелами, задирали всех, били тех, кто с ними был не согласен. Полицейские даже их боялись. Почему-то их называли штурмовиками.


Наверное, я правильно вспомнил, потому что когда сестра произносит: – Националисты..

Мать тут же резко возражает ей: - Да нет, это фашисты!


Толпа течёт мимо нашего дома.


У большинства лица закрыты чёрными балаклавами. У некоторых в руках палки, биты, цепи. У многих за спиной оттопыренные рюкзачки.
С чем-то.


Как раз напротив нашего дома вдруг что-то происходит. То ли они кого-то увидели, то ли им с тротуара что-то крикнули.


Колонна мгновенно распадается на отдельные фигуры, которые, не выпуская из рук факелы, бросаются сначала на тротуар, а затем - во двор нашего дома.


По крикам понятно - они бегут не просто так, они кого-то преследуют. Когда несколько человек оказываются рядом с нашим подъездом, я, чтобы лучше их рассмотреть, сдуру, будто бы это помогло, зажигаю в комнате свет.


- Выключи немедленно! – кричит мать.


Ко мне бросается сестра, и я испуганно жму на выключатель.


На лестнице подъезда слышен очень быстрый топот. Кто-то бежит по лестнице. Мы - на втором этаже.
Но шум быстрых шагов уносится вверх, к верхним этажам.


Я почему-то вспоминаю, что выход на чердак заварен металлической решёткой. Мы с пацанами сколько раз пытались уже туда попасть - никак..


Слышен громкий топот преследователей.


Мать нервно кричит сестре: - Проверь, закрыта ли дверь!


Сестра бросается к входной двери квартиры.


И тогда мне становится по-настоящему страшно. Я вдруг понимаю, что если эти люди, ведущие себя как звери, ворвутся в квартиру, нам некуда будет деться. Другого выхода нет.


И еще я понимаю, что застывшие фигуры матери и сестры говорят о том, что они тоже это понимают.


Передо мной на обоях в светлом пятне качаются ветки дерева. Это тень от фонаря на столбе под нашим окном. Ветки качаются туда-сюда.
Как маятник.


И я успеваю подумать о том, что сейчас наши жизни - как маятник. Мы подвешены. Качнётся в одну сторону - всё обойдётся. В другую - неизвестно…
Но нам повезло.
А кому-то - нет.


Слышно, как их ведут по лестнице с верхнего этажа. Через дверь слышен девичий голос, видно успокаивающий своего спутника: - Они же пообещали, что не тронут, не трясись ты так!


В окно мы видим, как их выводят из подъезда. Толпа вокруг этой парочки сразу становится гуще. Коптят факелы.


Куда-то повели под стеной дома - из окна нам уже ничего не видно.
И вдруг - страшный, нечеловеческий, звериный крик.
И второй, девичий: - За что?!! Вы же обещали! Сволочи, мразь…
И потом - плач.


На следующий день пацаны во дворе говорили, что вчера вечером у нас зарезали человека. Показывали даже место возле стенки дома с бурыми пятнами.
Но по местному телеканалу и в городской газете ничего не было.
На мой вопрос мать, глядя в сторону, строго ответила: - Забудь! Ты ничего не видел.

Спрашиваете, где произошла эта история?
Хороший вопрос.
На который не так легко ответить.
Пусть будет - в Уганде.
Или Уругвае.
Страна на У.
По-любому - уродина.

 

 

 

 

 

 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

c902fe3837.jpg

 

Once Upon A Time in Eldofeni...

 

 

bezbazarov

 

 

Юный Гумус ненавидел Ван Коомпоста.... То-есть ненавидел так, что темнело в ушах и звенело в глазах, а во рту становилось сухо, как наутро после покера в харчевне "Сожри и Сдохни"....


Гумус вполне отдавал себе отчёт в причинах столь резкого отношения к этому добродушному скандинаву, совсем недавно приехавшему в их деревушку Эльдофени изучать Хищного Банана. Конечно же -- любовь! Гумус страстно, до поллюций, любил прелестную Энурезию, единственную дочку и наследницу дона Поноса, самого богатого жителя их деревушки, рантье и придурка.

 

И кокетка Энурезия вроде бы была не против ухаживаний проказника Гумуса, который веселил её своими проделками -- то он мазал дёгтем ажурные ворота каслинского литья в гасиенде дона Поноса, то отравлял колодец на ранчо дона... Коровы дохли с громким мычанием, что очень Энурезию возбуждало.


Но вот приехал этот здоровенный Ван Коомпост -- и роман дал трещину. Гумус недоумевал: чем мог заинтересовать этот толстяк молодую, полную жизни и феромонов красавицу? Ведь ничего интересного, кроме, пожалуй, привычки раз в месяц мастурбировать на открытой веранде на полную луну, распевая при этом песни группы "ABBA"... А так полный лох и ничтожество!

 

К чести Ван Коомпоста нужно сказать, что сам он к Энурезии никакого интереса не проявлял и сутками охотился на Банана, что ничуть не смущало и не отвращало красотку.


Страдающий Гумус стал уходить далеко в сельву, меткими выстрелами из рогатки он сгонял стаю красномошоночных анаконд с самой высокой ёлки, забирался на вершину, обдирая жопу, и всматривался в даль.... Может -- бросить всё и уехать? Мир так велик и населён! Вот там, за полем, несёт свои воды могучая и полноводная Чумазонка, а за ней расстилается бескрайняя помойка, полная тайн и чудес! Манило всё это Гумуса, манило, но страсть к Энурезии гнобила порыв....


И Гумус возвращался домой страдать. Был он сиротой, его родители сгинули в сельве задолго до его рождения, и он никогда их не знал. Воспитывала его няня, добрая и интеллигентная Фекалия, доцент и кулинар, но что могла добрая женщина посоветовать юноше? Кастрацию? Холощение? Алколголизм? Импотенцию посредством неумеренного потребления местной текилы? Всё это и так ожидало Гумуса в ближайшее время, но пока-то он страдал! И Фекалия страдала вместе с ним.


Но однажды утром, потчуя воспитанника оладьями из опоссума, которые Гумус жрал даже в страданиях, Фекалия осенилась:
-- Дурень! Как же я сразу не сообразила! Тебе непременно надо посоветоваться со стариком Гемморроемм, он живёт давно, трудно и весело, и он даст совет -- как тебе зажить так же!


Ошеломлённый столь простой мыслью Гумус замер с оладьей в зубах -- и впрямь, как же раньше не пришло это в голову Фекалии, доцент всё-таки, не хвост крокодилий! И, добив тазик с оладьями, он побежал к дедушке Гемморрою, жившему уединённым анахоретом в своём трёхэтажном коттедже в центре деревни.


...Дед Гемморрой был известен всем, давно и везде. Ещё до завоевания Чумазонии португальцами он тужился на берегах полноводной Чумазонки, и был уважаем как аллигаторами, так и другими пресноводными существами. И был он светел разумом, бел головой, сух телом и спор делом -- девок топтал до сих пор, что твой Многочленистый Монодрил. Кто ещё даст добрый совет, как не дед Гемморрой? Гумусу он всегда разительно напоминал Мика Джаггера на концерте в Детройте, а это о чём-то говорит!


Выслушав исповедь Гумуса, в которой парень приврал только процентов на семь, дед Гемморрой громко расхохотался, отложил потрёпанный "Фендер-Стратокастер" модель 1959 года с шлифованными струнами и сказал :
-- Друг мой! Страсть твоя проистекает от незнания и невидения! Лечится она проще, чем трепак, делай, как я скажу -- и будет тебе щастье!....

 

***


Следующий рассвет распалённый и обнадёженный Гумус встречал в кустах за гасиендой дона Поноса. Усыпанный бриллиантовой росой гуще, чем зеркало мушиными какашками, Гумус ждал. И дождался! В жемчужной дымке утреннего тумана, едва касаясь лопухов и репейника прелестными ножками, как бы плывя, как бы паря, на тропинке к сортиру появилась прекрасная Энурезия...

 

Свежесть юности и зрелость сексапильности столь гормонично сочетались в этом воплощении совершенства, что у Гумуса перехватило всё, что в принципе перехватывалось.... Но он очень хотел исцеления, поэтому не рукоблудил и молчал, притаившись.


Игнорируя будочку, Энурезия подошла к кустам, в которых прятался Гумус, широко и сладко зевнула, подобрала пеньюар и споро присела....


Гумус озяб, несмотря на тропики. Зрелище было незабываемое, как Ниагара или смена караула у Букингемского Дворца.


Энурезия застонала, её ножки напряглись, из плетёных ЛеМонти сандалий вылезли пальцы и впились в податливую чумазонскую почву.... Поясница покраснела и покрылась крупными градинами едкого даже на расстоянии пота..


Гумус в ужасе зажмурился..

 

Хлюпнуло.

 

Энурезия обернулась, блеснула налитым кровью глазом, тонким переманикюренным пальчиком поковыряла что-то на земле, удовлетворённо гукнула и заняла первоначальную позицию. Грозно зачавкало, ухнуло и чпокнуло. Затихли пичуги в ветвях и земноводные в водах....

 

Предобморочный Гумус разожмурился -- и вовремя! Вал смрада, визуальный и страшный, катился прямо на него! Вал уже достиг секвойи, на которой сидел Лупоглазый Орёл, и гордая птица камнем упала с дерева, умерев на лету, как и полагается орлу!

 

Гумус не хотел стать героем, он хотел жить долго и весело, как Мудрый Гемморрой -- поэтому он быстро пополз назад, не разворачиваясь, как электричка в далёкой и мёрзлой Московии, которой один хрен, в какую сторону ехать...

 

Краем глаза Гумус успел заметить, что Энурезия подпрыгивает, в тщетной попытке хоть ещё чем-то погадить, но это уже не интересовало отвращённого Гумуса -- он разлюбил это чудовище навсегда! Фея оказалась красноглазым резервуаром перебродившего салата и отварной форели... А Гумус любил оладьи тётушки Фекалии.


...Через полчаса по местному времени Гумус стоял на берегу Великой И Многоводной Чумазонки, дыша полной грудью, исцелённый и весёлый. Прищурившись, он всматривался вдаль, он видел там своё будущее и будущее своей деревни Эльдофени, и было оно прекрасно и удивительно! И Гумус радостно засмеялся, юный и свободный для настоящей разнополой любви, оладий и текилы.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

7a8efbd2.jpg

 

Евреи на Луне

 

 

Джанеттт Тайгер

 

 

Евреи поселились на Луне в 2053-м году, примерно через пять лет после
окончания Исламских Войн в 40-х годах, когда весь Ближний Восток был уничтожен атомными взрывами. Оставшиеся два миллиона рассеянных по миру евреев,, собрались вместе и выкупили тёмную сторону Луны, которую не хотел колонизировать никто другой. Были организованы космические баржи и все евреи, а также те, кто имел хоть какую-то связь с ними, cобрались и улетели туда, где никто и ни за что не мог их обвинить. Баржи назвали "ковчегами", кроме людей они несли по паре от каждого земного животного и растения.

Земля ликовала – наконец -то она избавилась от евреев!. Большие празднества прошли в Европе, Африке, Азии, Южной и Северной Америке, известных теперь как Северное Объединение Исламских Государств - их мирно захватили на выборах 2040-го года. Конгресс, в котором было мусульманское большинство, и Президент немедленно внёсли поправки, сделавшие ислам главной религией США и остального мира. Земля была официально провозглашена Judenrein -территорией, свободной от евреев. Это заявление сделал Хансом Ибн-Гитлер, пра-пра-правнук Адольфа Гитлера, которого вырастили в Бразилии и придерживали для этого великого момента.

Это было нелегко для евреев, но, в некотором роде, не слишком отличалось от того, что они переживали за всю свою историю. Некоторые бывшие израильтяне (оставшиеся в живых только потому, что были за границей, когда взорвались бомбы) говорили, что на Луне будет проще потому, что там не будет исламских фанатиков. Это, естественно, вызвало широкие дискуссии с  евреями, которые считали, что если рядом не будет радикальных мусульман, это будет недостаточно сложно, а потому будет препятствовать прогрессу.

Другие евреи говорили, что жизнь в месте без атмосферы, растительной и животной жизни и температурами близки к абсолютному нулю предоставит достаточно сложностей. Другие спорили о том, что споры непродуктивны. Ни для кого это не оказалось сюрпризом, что, в конце концов, на два миллиона евреев было построено миллион синагог, в которые не ступала нога другого миллиона евреев.

Так же не оказалось сюрпризом, что в течение трёх лет евреи создали контролируемую среду обитания, добились фантастических урожаев и небывалого приплода скота. Благодаря успехам клонирования и генной инженерии появилось множество новых сортов растений и видов животных, которые быстро плодились и размножались, а также имели некоторые улучшения (коровы с шестью сосками, куры с четырьмя ногами). Благодаря научным и медицинским достижениям население стремительно росло, многие болезни исчезли, старость значительно отодвинута.

Было создано также министерство связи с Землёй, где работали бывшие продюсеры и постановщики Голливуда, они посылали на Землю фильмы о жизни на Луне. Было решено, что "Новости Луны" будут транслировать на Землю только негативные факты. Опираясь на опыт 6000-летней истории был сделан вывод, что не надо давать землянам повод для зависти. Киноиндустрия делала фильмы о жизни евреев, еле-еле выживающих на Луне. Инженеры разработали иллюзию куполов, показывающих пустыни, - на случай, если Земля пошлёт разведывательные корабли, чтобы проверить, что происходит на Луне.

Годы шли, пролетали десятилетия, бар-мицвы, свадьбы, брит-милы - все они праздновались в искусственном мире, который создали евреи. В общем и целом на Луне были мир и спокойствие. Дела шли совсем неплохо, некоторые еврейские писатели даже называли лунную базу "Эдем-2". Естественно, другие евреи не соглашались, много времени было проводилось в спорах и несогласии. Дебаты длились днями, а иногда и неделями.

А в это время на Земле жизнь без евреев разваливалась. Произошло возвращение к Средним Векам: только официальная религия была признана правильной, все остальные были зажаты и бедствовали. Другая интересная аномалия проявилась в том, что на небывалые высоты поднялся антисемитизм. Если раньше зло, как правило, выплёскивалось на евреев, то теперь этого "громоотвода" не было. Один раввин на Луне сказал, что Бог обратился к нему и сообщил, что собирается уничтожить Землю из - за того зла, которое на ней сконцентрировано. Раввин попросил у Бога передумать.

Люди смеялись над раввином, но в один прекрасный день наблюдатели отметили ужасное явление на Земле. Жители Луны заворожено смотрели на огненные шары, стремительно поглощающие голубую планету Земля. Несмотря на то, что их заставили покинуть Землю, истинный дух еврейства всегда присутствовал на Луне, и никто не желал ничего плохого своему старому дому. (Точно так же, как в традиции пасхального вечера, когда проливают несколько капель вина в память об утонувших египтянах, и нет радости по поводу погибших, несмотря на то, что они были врагами). На Луне евреи погрузились в глубокую печаль. Ортодоксальные евреи рыдали, молились, раздирая на себе одежду.

Ужас апокалипсиса был заснят и передавался в эфир, целые страны были сметены с лица Земли в мгновение ока. И тогда пришла последняя весть с Земли - это была безнадёжная речь, которую кричали в эфир сотни дикторов. В последних словах умирающей цивилизации было проклятие евреям! "Евреи были причиной всех наших проблем - они нас бросили разбираться с тем бардаком, который они тут оставили. Если бы они не забрали лучших учёных и инженеров, мы бы победили. Наши враги - евреи! Бей жидов!"

Прошло некоторое время и эксперты разобрались в том, что произошло на Земле в её последние дни. Антисемитизм, постоянно усиливающийся с тех пор, как евреи покинули родину, достиг своего 
апогея, и все страны решили начать массированную атаку на Луну. Атака была санкционирована ООН. Однако в навигационной системе случилась неполадка, из-за которой запущенные в сторону Луны ракеты столкнулись в верхних слоях атмосферы и пролились на Землю радиационным дождём обломков и электронными помехами. Они вызвали автоматическую реакцию оборонных систем всех стран с ядерным оружием, результатом чего и стал настоящий Армагеддон.

Примерно через неделю после ТОГО ДНЯ, как он теперь назывался, было обнаружено движение некоего тела в сторону Луны. Неужели это одна из ядерных ракет? Неужели всё погибнет? Оказалось, это был старый космический корабль, из тех, которые использовались в ранних семидесятых прошлого века. Когда он приблизился, с корабля пришло сообщение: "Мы - последние представители Земли - по двое из каждой страны - и мы идём с миром". Некоторые евреи радовались тому, что остались спасённые, другие требовали изолировать или расстрелять корабль.

Раввин, у которого было видение о разрушении Земли, сказал, что Бог хочет дать им шанс, и кораблю было разрешено лечь на орбиту Луны. Кораблю передали, что его обитателям будет выделен район на Луне, где они смогут жить. Однако те не согласились, они заявили, что евреи обязаны их принять к себе и дать им все привилегии. Ведь по еврейской религии пришелец имеет те же права, как и гражданин. Раввин с видениями всё же предложил разрешить визитёрам посадку. Но командир корабля не поверил инструкциям раввина, и в результате корабль рухнул в один из лунных кратеров.

Среди обломков ракеты был найден пакет. В нём обнаружилось следующее послание: "Когда-то существовала великая планета, которая называлась Земля. И было на Земле много народов, и жили они между собой в мире, кроме евреев. Там, где были евреи, были проблемы. Евреи приносили с собой смерть, ненависть и раздор. В конце концов мы изгнали их с нашей планеты, но они забрали с собой изобретателей, учёных, врачей. Мы решили уничтожить остатки евреев на Луне. С первого раза не получилось, и наш корабль является последним шансом для Земли. Тот, кто найдёт эти записи, должен знать - ВО ВСЁМ ВИНОВАТЫ ЕВРЕИ!"

Эта запись сохранилась в Музее Памяти Земли в Кратере Ривки. Это всё, что осталось от цивилизации, которая не понимала значения слов "Тот, кто благословит евреев, будет благословлён. Тот, кто проклинает евреев, будет проклят".


P. S. Перед нами последние дни истории планеты Земля, которыми поделились еврейские колонисты 453-ей Солнечной системы Галактики М. Командир еврейской колонии на Марсе говорит, что и Венера будет полностью колонизирована к 2120-му году. Земля в данный момент необитаема, но если темп роста зелёных насаждений сохранится, Земля будет готова принять евреев, возвращающихся с других планет, к 2136-му году...

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

a16ea03081aa3300e23bb50815e7a8a4.jpg

 

Зимняя сказка

 

 

Фелискет

 

 

Полночь… Глухая-преглухая, даже с новейшим слуховым аппаратом ни фига Полночь не слышит, что там на печи бормочет во сне Учёный Кот.

 

Все спят. Все, да не все — Камчадал уже у вулкана сидит, извержения гейзера ждёт, чтобы утренний чаёк заварить; Байкалец лунку просверлил, омуля ловить будет, однако. А к западу от Рифейских гор все в объятиях Морфея почивают, это вам и ГлавНачСайт подтвердит. Хотя нет, не подтвердит, поскольку и сам спит.

 

Над зимним сказочным лесом Месяц выкатил. Безбоязненно на небе сидит, знает, что злокозненный Чорт под боком у Солохи сопит, пока Вакула в Полтаве на ярманке.

 

Вот и Звёзды на небе появились, а по Месяцу Лунатики на санях гонки устроили. Неполживые Си-Эн-Эны говорят, что Лунатики точно видели прилунения Аполлонов, но сами Лунатики этого эпохального события и не наблюдали, ничего не слыхали и не видали.

 

По снежной равнине на белом коне едет Принцесса, занятая поиском прекрасного Принца, сбежавшего из-под венца. По секрету скажем, что Принц, хорошо изучивший характер эмансипированной Принцессы, навязанной ему венценосными продвинутыми родителями, не стал искушать судьбу и рефлексировать подобно принцу датскому, а по-быстрому смылся в перпендикулярный мир к милой Мэри, которая восхитительно готовит гуся в яблоках.

 

Принцесса пока этого не знает и, встретив на пути Чудо-Юдо Лесное Снежное, которое по слухам знает всё, вопрошает его:

— Эй, чувак, случаем не знаешь где мой бойфренд?


— Где, где — в Караганде, чувиха! У меня рабочий день закончился, иди-ка ты к птице Сирин, она сегодня на суточном дежурстве.

 

Птица Сирин, обернувшаяся в целях экономии бюджетных средств в Снегиря, послала Принцессу далеко-далеко… аккурат в Тридевятое Царство.

 

Вот и Тридевятое Царство, по которому наша героиня плутала полтора месяца, поелику у Коня отказал GPS-приёмник.

 

Утомлённая Ночью, оголодавшая и совсем без макияжа, Принцесса на опушке Волшебного Леса наткнулась на Домик, уютно светившийся окошками. Не утруждая себя стуком в дверь, Принцесса хозяйской поступью вступила на Порог.

 

В проёме в обрамлении Ледяных Кристаллов жарко горело Пламя. Наша героиня, с младых ногтей привыкшая то коней на скаку останавливать, то в горящие избы вламываться, решительно переступила Порог…

 

…и превратилась в Рубиновую Ягодную Гроздь, лежащую на Алмазном Фрактале — эксклюзивное ювелирное изделие Высокой Моды.

 

Птица Сирин, увидев это событие на Контрольном Мониторе, подумала про себя: «Есть же ещё дуры в селеньях, что куда ни попадя без спросу лезут! А с другой стороны — как без них пополнять Бюджет?! На мелких услугах погоду не сделаешь, а вот эксклюзивное ювелирное изделие Высокой Моды на аукционе Сотби-омега на кругленькую сумму потянет».

 

В Зачарованном Лесу лакомились мороженой рябинкой Снегирь-Сирин и Сорока-Алконост.


— А что, сестрица, — спросила Сорока-Алконост, — много ли вы выручили за Рубиновую Ягодную Гроздь на Алмазном Фрактале?


— Да слёзы от кота Фелискета — Гроздь фальшивкой оказалась.


— А что так?


— Да Принцесса-то и вовсе не Принцессой была, а дочкой придворного золотаря.


— Да как же это вышло-то?


— Как, как, роды у Королевы тяжёлыми были, её саму с Того Света еле вытащили, а новорождённая дочка в ящик сыграла. Ну, врачи, чтобы не испытать королевский гнев, и того: поменяли здоровенькую дочку золотаря на мёртвого королевского младенца, пока роженицы спали. Такие вот дела…


Сестрицы замолчали, увлечённые поеданием рябинки, а кот Фелискет на тёплой печи перевернулся на другой бок, проворчав: «Приснится же такая, прости господи, ерунда на оливковом масле!»

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

19027885abe5533e4847cda5a502870b.jpg

 

Притяжение луны

 

 

Mavlon

 

 

Человек я сентиментальный. И как-то даже чуть не расплакался, когда зарядил в ухо своей жене. Поэтому то, о чем я расскажу, так или иначе связано с любовью.

 

Я трижды женат, официально со штампами в паспорте, и это не считая сожительниц в промежутках между браками, знакомых дамочек в промежутках между промежутками, ну и просто бл@дей по всей этой статистической кривой промежутков и браков. А потому вполне могу говорить о женщинах как о нации, с их несуразным менталитетом, понятным только им самим глупым языком и дурацким днем независимости в первой декаде марта.

 

Лицо женской национальности, несмотря на данное ей свыше право быть хранительницей очага, всю свою жизнь стремится рушить построенное, рубить посаженное и плодить себе подобное. Это я как отец трех дочерей говорю. И даже отойдя в мир иной, она способна через много лет выскочить как чёрт из табакерки там, где ее и не ждали совсем.

В детстве я не любил мыло. Оно сильно щипало глаза, потому что было сделано из заживо сваренных беспризорных собак и кошек. Мне это кто-то внушил. Какой-то добрый человек. Наверное Амаяк Акопян. По заданию партии, для нашего счастливого детства.

 

Он зомбировал весь наш двор, улицу, весь запропащий городишко на Волге. Всех, не достигших половой зрелости. Из наших голов, как мыльные пузыри вылетали различные фантастические нелепости и оспаривать их было бесполезно. Лучше вообще ни о чем не спорить. И не доказывать, например что ты раскосый, а не косоглазый, и что Салават Юлаев это и город и человек. Что твой папа космонавт, а мама раньше была певицей и даже до сих пор иногда дает концерты. И что тебя зовут так, как зовут большой и легендарный крейсер.


Ну конечно же космонавт! Улетел навсегда в космос и поэтому его никто, никогда не видел. И мама дает концерты. Возле вино-водочного, перед небритыми типами с рожами похожими на те, что висят на доске возле милиции.

 

Да в честь тебя дебил, даже баржу ржавую назвать стрёмно, татарва косоглазая!!! И мы били его. Но не сильно, без ненависти. Просто, чтоб не умничал.

А вот этих мы ненавидели. Так искренне, как это могут делать только маленькие звереныши, носящиеся с одной на всех фуражкой, надетой на чью-то ушастую голову прямо на улице, каким-то возвращающимся домой дембелем.

 

Мы, морщясь называли их «собачниками» и были уверены что если опять начнется война, и на нас нападут немцы, собачники все как один уйдут в полицаи. Прямо со своими удавками на конце длинных палок. Только вместо собак и кошек будут отлавливать людей. Сволочи. Обозвать кого-то собачником, было все равно что плюнуть ему в рожу. Они были хуже всех. Хуже фашистов. Даже хуже музыкантов духового оркестра провожающего мрачные процессии до загробного мира, и бравшие за это деньги. Деньги пропахшие мертвечатиной.

Вся стая забралась на чердак, чтобы с крыши обстрелять из рогаток грузовик-живодерку, нассать в кульки и сбросить на него бомбы. Там мы и застали Марата. Застали врасплох. Он поймал муху, оторвал ей крылья и засунул в уретру того, что ещё нельзя было назвать хуем, но уже стояло. Муха жужжала.

 

Глупая улыбка, на его глупом лице протянула – «Пи-и-и-ся». Так он и получил свое погоняло. Да они у всех были. Звонкие как оплеухи. Их щедро раздавала стая, за малейшие, выпирающие черты характера или внешности, и стая была беспощадна. Стая была всемогуща. Она решала всё. Кто прав, кто не прав, а кто и пидарас вообще. Или того хуже - «собачник».

 

Она решала чем сегодня заниматься. Идти в соседний район заколачивать «банки» в чужие ворота или поджигать брошенный строителями битум за гаражами. Насрать под окнами новой училки или прыгать с моста в реку. Я ударился об воду, а не вошёл «солдатиком» как хотел. Очнулся уже на берегу. Рядом никого не было. Кроме Писи. Он сидел сверху и бил меня по щекам - «Ушан, очнись, Ушан».

- Слезь с меня, нах..й, сука, мухоёб!!!

Паршивый июнь, в девяносто шестом, в Питере. Всего двадцать градусов, а с тебя пот в три ручья. Я месяц как демобилизовался, чуть отгулял, поцеловал маму, сел в поезд и уже дней десять, с утра до вечера, шараёбился по городу на Неве, в поисках вчерашнего дня.

 

Нах..я я сюда приехал? Горбатиться не было желания, негорбатиться не было мозгов, а в милицию не брали потому что не было местной прописки. Совести тоже не было, по словам приютивших меня на «пару дней» каких-то родственников армейского дружка, еще тянувшего лямку.

 

Деньги кончались. Кончалось терпение, и я уже всерьез подумывал брать на испуг продавщиц в одиноких ночных ларьках , с помощью зажигалки и брызгалки с бензином. Благо небольшой доармейский опыт имелся.

 

Я был в отчаянии, я спустился в метро. И в толпе пингвинов, семенящих к эскалатору, увидел его! Такое редко, но случается. Он уже подымался наверх. Как Гагарин на пути в космос. И солнце взошло в подземке. И кажется было эхо. Пингвины удивленно посмотрели на меня. Да похуй.


***


Пися жил здесь уже три года. Жил полной, кипучей жизнью. Он нелегально копал в лесах за городом, и выкопал немецкую каску. Периодически участвовал в соревнованиях где-то в общежитиях вьетнамцев и даже выиграл там кимоно и бутафорский меч-катану, которым, тем не менее, можно было запросто убить.

 

Он надевал каску, кимоно, брал меч и перед фотокамерой садился на шпагат между капотами ищущих покупателей новеньких мерседесов в автосалоне неподалеку. И ему за это платили. Он подрабатывал грузчиком в порту. У него была девушка.

Три года назад Пися умудрился устроиться на какой-то судоремонтный завод и ему дали койк
o-место в общаге, недалеко от больницы имени Костюшко. Через какое-то время, он ушел с завода и койкo-место, естественно, забрали, но коменда выделила ему комнатушку в полуподвале, бывшую раньше подсобным помещением. Причины были. В общаге шла нехилая текучка, прибывало много понаехавшей синей лимиты и вели они себя часто соответствующим образом.


А когда борзота этой самой лимиты зашкаливала, и коменда не могла с этим справится, в дело вступал Пися. Вообще сам вид коренастого, раскосого татарина в немецкой каске и вьетнамской катаной в руках заставлял задуматься. И некоторых даже ржать.

 

Но после слов типа – «ебать мой хуй, вот это клоун» - вновь прибывшие ребята часто сильно жалели что их произнесли. Вплоть до вызова для их спасения от разъяренного клоуна, наряда мусоров. Мусора приезжали и уезжали, а Пися спокойно возвращался в свою келью.

 

Двухъярусная армейская кровать, связки труб отопления по стенам, вешалка, тумбочка с телевизором, столик, фрамуга-форточка по потолком, через которую всегда видны чьи-то ноги, и подвешенная на цепь большая, видавшая виды боксерская груша. Милый, уютный уголок шизанутого спортсмена. В этот же вечер я перебрался к нему.

Накрыли поляну. Я потратил последнее на пол-литровую «Наша марка», но пить пришлось одному. Пися даже пиво не употреблял. Ему нельзя было. Когда-то давно, классе в девятом, мы всей нашей ебанутой компашкой нюхали клей на крыше пятиэтажного дома и Пися увидел растущее прямо из стены, большое апельсиновое дерево. Чуть ниже крыши. Полез срывать плоды. Мы не стали его останавливать. Думали Пися и нам нарвет.


Где-то полгода он пролежал в коме. А когда вышел из больницы, то человеком его назвать было трудно. Если он выводил свое скелетоподобное тело во двор подышать воздухом, то прежде чем сесть на лавочку, клал под жопу большой кусок поролона. Хотя жопой это нельзя было назвать.

 

Но видимо есть на свете высшая справедливость, дающая силы сирым и убогим. И Пися довольно быстро восстановился, с головой уйдя в спорт. Всей своей пробитой головой.

 

Начиная с двухсотграммовых детских гантель, он уже через года полтора стал похож на накачавшегося Брюса Ли в юности. И только шрам от операции на голове куда вставили пластину слегка портил этот образ.

 

Мы заходили иногда к нему. В его комнате, из вещей обычного обихода были только кровать и шторы на окнах. Остальное только, гири, гантели, грифы, блины, шведская стенка, со станком для работы на грудь в жиме лёжа, и повсюду початые пачки сухой смеси «Малышка» с торчащими из них ложками. Жрал наверное обеими руками. В общем наши дороги разошлись. Он пошел своим долбоебским путем, набивая кулаки и ноги, мучая железо, а мы своим, не менее долбоебским, торопясь выжать весь цимус из жизни, оставляя саму жизнь на потом. А что потом? А потом мне пришла повестка из военкомата.
 

***


«Ты брат мой» - говорил Пися, и искренне пытался мне помочь устроится в Питере, ежедневно обшаривая своих знакомых в поисках работы для меня. Я мотылялся за ним как хвост по всему городу. Было весело.

 

«Просто у тебя рожа, как у наемного убийцы» - констатировал Пися, когда нас в очередной раз отфутболивали - «может тебе волосы отрастить?»

 

Иногда он брал меня с собой на подработку в порт, чтобы я не чувствовал себя нахлебником. А когда делать было нехуй, я пил пиво, а Пися избивал свою грушу. Частенько переходя на крик - «Притяжение луны!».

 

Как-то ночью, когда мы уже лежали на своих ярусах и о чем-то пи..дели, вернее ни о чем, я спросил его:
- Слы, Пись. А что это за.. «Притяжение луны»?


- Ты помнишь я с крыши вниз башкой ебнулся?


- Помню. Ты вроде за апельсинами полез. Или за арбузами.


- Вот это первое, что я произнес, когда через полгода очнулся. Врачи сказали.


- Ну и чо?


- Хуй в очо. Мне просто легче становится.


- Когда в очо легче, что ли? Ну ты и дебил.


- Заткнись уже и спать давай. Завтра с утреца опять в порт..

Вечерами, Пися одевался в чистое и сваливал к своей девушке. Аня. Она работала медсестрой в больнице имени Костюшко, жила на втором этаже этой же общаги и вила из Писи веревки. Он давал ей денег, сколько бы она не попросила. А если не хватало, то куда-то исчезал и вскоре возвращался с нужной суммой.

 

Он частенько покупал ей золотые побрякушки. Он дарил ей ЦВЕТЫ! И даже в разговоре только со мной, называл её Веснушкой. ВЕС-НУ-ШКОЙ, бл@ть! Ее солнышко, видишь ли, любит.

 

А мне достаточно было только одного взгляда. Её взгляда. Таким оценивают жеребцов на конюшне.

 

Она была конопатым уебищем с круглосуточно мокрым местом между ног. Я мог поспорить с Писей, что вот прямо сейчас пойду и поимею его Анечку, бл@ть, во все доступные для этого щели. И выиграл бы спор.

 

Но! Пися выкинул из окна второго этажа пьяного Анечкиного брата, когда тот пришел к ней за что-то разбираться. Пися пообещал сломать руку какому-то заму какого-то врача, «мешающему Веснушке нормально трудиться», подкараулил того у подъезда и сдержал обещание.

 

Он прочитал мне нотацию, когда обнаружил в нашем мусорном ведре использованные гондоны и трусы одной моей знакомой наладчицы из соседней общаги. Типо, что подумает Веснушка, если вдруг зайдет и увидит это бл@дство. Он хотел на ней женится! Влюбленный шаолинь с мозгами набекрень. Да и хуй с тобой, идиот..

Пися как блох, нахватался множество знакомых всяких-разных мастей и в начале июля мы с ним поучаствовали в шоу. По демонтажу небольшого рынка на окраине Питера, во время которого какой-то нерусский пытался раскроить мне череп топором.

 

Я долбил битой по лобовухе жигуленка, когда он неожиданно появился сзади. Но Пися оказался быстрее, зарядив обрезком трубы ему прямо в глаз. Лезвие топора изменило траекторию и только ветерком пронеслось по волосам на моей голове. А я лишь успел подумать – «Бля», как всё уже закончилось.

 

Всех участников представления заранее предупредили что надо как можно громче кричать – «Хайль Гитлер», и другое тому подобное. Громче всех кричал Пися, бегая по рынку в своей каске. Потомок татаро-монгол и истинный ариец. Хотя что мне, что ему, что любому другому, был до пи..ды этот Гитлер и его идеология.

 

Ни на одном из нас не было пресловутых берцев с разноцветными шнурками. Не было дебильных подтяжек с бритыми затылками. Только хмурые, внешне не примечательные личности, приехавшие что-то искать в северную столицу. Такие как мы с Писей.

 

Нас каким-то образом собрали на старой овощебазе и дали команду – «фас». Ну вообще это не удивительно, в те веселые времена, в Питере, бывало даже киллеров нанимали по объявлениям в газетах.


Подпалив прямо с товаром парочку фанерных будок, все набились обратно в тот же желтый обшарпанный ПАЗ-ик, на котором приехали, и благополучно свинтили. После чего на рынок должны были подъехать мусора, бывшие в курсе и, видимо, вежливо ожидавшие где-то за углом.

 

От них толку мало, поэтому хозяева рынка обратятся за защитой от распоясавшихся «нацистов» к какому-нибудь серьезному человеку. Вот к организатору шоу скорее всего и обратятся. И еще далеко не факт, что этот авторитет славянин по национальности.


Да и в рот их еб@ть, мы все заработали по сотке баксов на рыло, а нас Писей вообще подозвали к темно-синей «BMW» и спросили "хотим ли мы расти". А когда мы дружно закивали гривами, сказали что найдут нас и дали еще по сотке. Радужные перспективы замаячили перед нашими глазами. Мы решили хорошо это отметить.


И мы хорошо это отметили. Настолько, что я до сих пор иногда пытаюсь укусить себя за локоть с чувством, что когда-то давно, отобрал у ребенка конфетку, или горько обидел седую старушку. Или просто воткнул нож в спину человека.

Вот продираешь зенки, спускаешь ноги с кровати, а под ногами пропасть. И сидишь как китайский болванчик, схватившись руками за тяжелую голову, а в ней всплывают события прошлого дня и ночи. Одно за одним. Как дохлые рыбы.


Как мы втроем, с Аней, гуляли по парку, ели мороженое, фотографировались у розового куста и гипсовых пионеров. Как затарились дорогущим бухлом в модном лабазе, вызвонили какую-то толстуху и поднялись к Ане в комнату.

 

Я никогда не уговорил бы Писю выпить. Но Веснушке упертый баран ни в чем не мог отказать. Ему хватило двух рюмок чтобы в невменозе растянутся на диване. Вскоре туда же отправилась толстая дура. У неё, правда, глотка по лужёней была, но я с каким-то азартом вливал в неё водку, вино, пиво. А потом мы с Веснушкой всю ночь ломали кровать. Нах..я, а? Вот нах..я?


Свет с коридора, через приоткрытую дверь, освещал пышные формы на диване, и рябое лицо на кровати рядом со мной. Писи в комнате не было. Надо поговорить с ним. О том, что бл@дей на друзей не меняют. И что ему было доказано, кто она по жизни. Всю эту байду.


Посмотрел на маленькую чугунную пепельницу на столе. Она легко поместится мне в карман. И если, вдруг, мои аргументы не дойдут дo него, и костолом не оставит мне выбора, мне известно куда надо бить.


Я готов был к прыжку тарантула, когда открывал дверь в нашу комнату. Но Пися просто сидел на кровати. Он не сказал ни слова, и лишь посмотрел на меня глазами пса, которого за что-то пнул хозяин.

 

Немой вопрос читался в этих глазах. Опухших и красных. Может это из-за двух рюмок они у него так, а может потому что она действительно бл@дь. Для меня, для самой себя, для кого угодно, но только не для него. Х..й его знает, но все что я хотел ему сказать застряло в горле.


..Я уходил по коридору с баулом на плече, а в спину мне били глухие удары в грушу – «Притяжение луны, притяжение луны, притяжение луны».
 

***


Вот где сейчас встречаются многие, потерявшиеся, без пяти минут старпёры? В соцсетях. Я иногда люблю сюда залазить, посмотреть как живут неудачники из моего детства. Кто спился, кто освободился.

 

У меня-то всё удачно. Я катился по жизни, то румяным колобком, то кубарем, и прикатился к тому, что имею. И чувствую себя не хуже, чем какой-нибудь патологоанатом. По крайней мере, могу заверить любого малыша в том, что мыло не делают из бездомных собак и кошек. И не варят их живьем, а гуманно сжигают. Да и страшные удавки давно уже в прошлом. А в настоящем есть только милые на вид трубки со шприцом и снотворным. Малыши спят спокойно, и на мою машину не сыпятся бомбы из кульков с мочой. Все довольны.


Цепная реакция лайков донесла давнишнюю фотографию. Я, Аня и Пися у розового куста с пионерским памятником. Молодые, весёлые. И свежие, как только что вылупившиеся из яиц кобрята.

Стало интересно.

 

Так, так. Шафигулин Марат. Вся жизнь в фотографиях. И на аватарке совсем свежее фото, где с ним, поседевшим и потрепанным жизнью, в обнимку стою.. Я. Молодой светловолосый и лопоухий. В курсантской форме. «Сын. Пушкинское радиоэлектроники. Пятый курс».

 

Я никогда не учился в военном училище.


Бля...


Бля...


Что-то маленькой змейкой закралось в нутро, два дня там ползало и, наконец, заставило написать ему. Мы созвонились.


Придурок всё-таки женился на Ане. За что боролся на то и напоролся. Значит прирос оглоблей к ажурным труселям, простил ей все обиды и молча носит рога. Ну, кесарю-кесарево.

 

Банальная жизнь, работа, зарплата, воспитание высерка. Чужого высерка. Ничего интересного, пора прощаться.


- Лады, Марат. Рад был пообщаться. Жене привет передавай.


- Аня умерла. Тогда еще. Во время родов.


- Э-э-э-э-э.. Прости. Бля. Но как мачеха к сыну относится?


- Я после Ани ни с кем не сошёлся.


- Да как ты один-то, с пиздюком?!..


- Да вот так. Сначало трудно было. Потом привык. Вернулся на судоремонтный. Люди помогали. Квартиру дали. Я же инвалид.


- Бля.. Сына-то как назвал?


- А ты угадай с трёх раз. У меня же кроме вас с Веснушкой никого, никогда и не было.

..Дрон, ты куда пропал? Андрей? Ушан, что там с тобой?!


- Да ничего, Марат. Притяжение луны, брат. Притяжение луны....

 

 

Изменено пользователем KPOT

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

22394434_m.jpg

 

Час Пик

 

 

bezbazarov

 


Переход с "Боровицкой" на "Библиотеку им. Ленина" разделён решётками на два рукава - левый пуст , заплетён и охраняем красно-белой угрожающей лентой, а в правый рукав вливаемся мы -- покорные пассажиры. Скорость просачивания нормальная, темп -- "прощания с... в Колонном Зале Дома Союзов".


На моей левой руке висит Подруга - существо простодушное и прекрасное. Непросто перемещаться в пространстве на длинющих ногах, да ещё и в ботфортах на многосантиметровых шпильках, но так ей удобней со мной целоваться - только чуть подпрыгнуть. Я зову её в шутку "Моя половина", но это не матримониальный позыв, просто она ровно вдвое моложе и вдвое легче.


Подняв на меня тоскующие, прекрасные глаза цвета зелёного бутылочного стекла, она тихо говорит :
-- ... у тебя нет машины.


Это конец фразы, всё, на что хватает её буферной памяти, начни она свою мысль озвучивать сначала -- " мы вынуждены толкаться в этой толпе, я все ноги оттоптала, я устала, я сейчас расплачусь, а всё потому, что..." -- она забыла бы, из-за чего, собственно, огород городился.


Да, машины давно уже нет, я счастлив, что нет, одной проблемой меньше. Терпи, Подруга, ведь природа так щедро тебя одарила, вон -- мужики оборачиваются, старательно делая при этом вид, что разыскивают кого-то в толпе позади, а сами шарят, шарят по тебе масляными глазами, и слюни просто шипят у них на губах. Некоторые, совсем охуевшие от увиденного, специально замедляют шаг, нарушая общий темп, отстают, заходят нам в тыл и гладят, гладят глазами твою попку, потея и завидуя до усёру этому толстяку в драной джинсе, который волочёт за собой такое сокровище, и не очень-то бережно волочёт.


Но ещё больше они бы завидовали, если бы увидели близко глаза этого чуда -- огромные, прозрачные, незамутнённые ни одной мыслью и даже намёком на какие-либо мозговые биохимические процессы, готовые эту мысль породить. Девственность разума. Это меня и подкупило в своё время....


В это время раздаётся бодрый топот "казаков" и под ленту, перегораживающую левый, пустой проход, подныривает Ковбой Мальборо, спортивный, уверенный, красивый и зубастый. Окинув снисходительным взгдядом нас, тупое стадо, сбившееся в тесном проходе, не решающееся пройти там, где пройдёт вот он, супер-пупер -- кент резво бежит по пустому проходу и скрывается за поворотом. Лязг и грохот. Как раз и мы достигаем угла и я заглядываю через головы... Нда-а-а-а.....


Резвый мажор с разгона влетел в открытый кабельный жёлоб. Не зря висела ленточка.... Левая нога провалилась, видимо, первой, и сейчас вывернута, как у кузнечика -- коленкой назад. Открытый сложный. Сам кент лежит на животе, раскинув руки. Вот он шевельнулся, отходя от шока, и по всем станциям и переходам разносится вопль раненой электрички. Видать, даже со смещением....


А толпа течёт, шаркая подошвами, равнодушно поворачивает головы, кто-то ухмыляется, кто-то качает головой -- " а не выёбывайся!"...


...Спускаемся на перрон, я стряхиваю Подругу с локтя, привычно оглаживаю по всем местам, до которых дотягиваюсь... и заглядываю в глаза. Ё-ё-о-о--о..... Ну вот, это должно было случится.... Слеза дрожит в уголке прекрасного глаза цвета первосортного зелёного бутылочного стекла, а в глубине зрачка горит искорка Разума, несомненно - его, блин....


-- Бедный... ему, наверное, так больно... вот до чего доводит тяга к оригинальности, вот чем кончается торение неторенных путей, это участь всех первопроходцев, людей неординарных....


Она всхлипывает, произнося слова, которые были слышаны, записаны на подкорку, смысл усвоен, но употребление - было невозможно ранее. И надо ж было случится, что сострадание, жалость к павшему уроду разбудили сознание, всколыхнули... блянах, вобщем -- фенита ля. Теперь она быстро прикинет палец к носу, теперь по экспоненте -- "не пара", "гусь свинье", " ты выпил мою молодость, как стакан портвейна и закусил девственностью...". Всё это уже было, не хочу умножать плохое... Прощай, святая простота, и будь...


Подходит поезд, разъезжаются створки дверей, Подруга заходит в вагон -- а я... я поощрительно и напутствующе шлёпаю её по тугой попке в последний раз, двери закрываются и поезд уползает в нору.

 

Я быстро иду к выходу, врезаюсь в толпу, вытекающую из прохода, на котором с моей стороны крупно предупреждено -- ВЫХОДА НЕТ! , лавирую против течения, не обращая внимания на недовольных, перепрыгиваю через турникет и выхожу в мир. Без последствий.

Просто я хорошо знаю свои тропы и внимательно смотрю под ноги.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

22426596_m.jpg

 

Кукла

 

 

Александр Коммари

 

 

 

— Егор Тимофеевич Горячев? — спросил молодой человек.

 

— Да, — ответил Егор, крайне недовольный тем, что звонок в дверь прервал его послеобеденный сон.

Программисту и вообще работнику IT без послеобеденного сна никак, потому что ночами он спит мало.

 

— Получите и распишитесь, — сказал молодой человек игриво и подмигнул.

 

— Получить — что?

 

Молодой человек посторонился.

 

На лестничной площадке за его спиной на полу лежала огромная коробка. Метра два в длину и метр в ширину. Возле нее стояли двое мужчин среднеазиатской внешности в спецодежде. Вероятно, грузчики. Наверное, таджики.

 

— Я ничего не заказывал, — сказал Егор. — И ни за что платить не буду.

 

Молодой человек заглянул в свой планшет.

 

— Егор Тимофеевич Горячев, Соборная 6−23, так?

 

— Так.

 

— Тогда получите и распишитесь. Все уже оплачено.

 

— Но что это? — спросил Егор.

 

Молодой человек расплылся в улыбке.

 

— Узнаете.

 

Егор пожал плечами, расписался в планшете.

Грузчики подняли коробку и внесли ее в квартиру.

 

Молодой человек почему-то снова подмигнул — и троица удалилась.

 

На коробке ничего не было написано. Егор сходил на кухню за ножиком, разрезал пленку по верхним швам, раскрыл коробку, вынул верхнюю крышку из белого пенопласта.

 

На мгновение ему показалось, что в коробке лежит труп.

После этого мгновения до него дошло, что лежит в коробке. Это была кукла. При этом кукла для сами понимаете чего — судя по особенностям ее телосложения.

 

Егор выругался, поспешно открыл дверь — но след тех, кто доставил это к нему домой, уже простыл.

 

— Это что, разводка какая? — пробормотал он про себя.

 

Следующей мыслью было вынести коробку с содержимым на лестницу или сразу на помойку во двор, но Егора смутило то, что если все произошедшее часть какой-то аферы с вымогательством денег, то ему потом будет труднее доказать свою невиновность.

 

— Ментам позвонить? — спросил себя Егор.

 

Но он представил, что ему скажут менты — и эту мысль отбросил. Опять же — ментов Егор не любил по определению, потому что это не позволяли ему Кропоткин с Бакуниным.

 

Он решил было положить пенопласт на место, заклеить коробку и погуглить в Интернете, что это за вариант лохотрона, но тут заметил сбоку толстую брошюру. Любопытство оказалось сильнее, и он достал ее.

 

«Поздравляю! Вы счастливый обладатель секс-куклы с элементами искусственного интеллекта модели S-12…»

Егор снова выругался.

 

Но продолжил читать брошюру.

«Не просто игрушка… поддерживает разговор… система самообучения… может смотреть телевизор и видео… выполняет ваши самые причудливые желания и фантазии…»

 

В конце большими буквами было написано: «ПОДКЛЮЧЕНИЕ К ИНТЕРНЕТУ И WI-FI… БЛЮТУЗ… "

 

— Спасибо, — сказал Егор и снова посмотрел на куклу.

 

Любопытство погубило не одну кошку на этом свете, а уж сколько оно погубило людей — так и вообще без счета. Егор заглянул в брошюру в раздел НАЧАТЬ РАБОТУ — и потом начал работу.

 

То есть, как и написано было в пользовательской инструкции, нашел у куклы на затылке шейную впадину и нажал на нее с трехсекундной задержкой.

 

Кукла открыла глаза, села, и сказала:

— Здравствуй! Меня зовут Снежана. Я буду твоим другом и партнером. Со мной можно заниматься классическим, оральным, анальным сексом, а также…

 

— Заткнись, — страдальчески сказал Егор.

 

— Не поняла? — сказал кукла, хлопнув глазами с неестественно огромными ресницами. Впрочем, у нее много чего было неестественно большого. И не только губы.

 

— Варежку закрой!

 

— У меня нет варежки, — сказал кукла. — Но зато я могу воплотить в жизнь твои самые скрытые фантазии…

 

— Замолчи!

 

Кукла замолчала.

 

Егору было очень неловко почему-то смотреть на куклу — опять же, именно из-за, например, размера того, что у нее было грудью, поэтому он заглянул в коробку — нет ли какой одежды. Немного одежды было, но такой, какая у Егора вызвала очередной приступ неловкости.

 

Поэтому он сходил в комнату и принес свой старый свитер и спортивные штаны.

— Надеть на себя сможешь?

 

— Да, — ответила кукла. — Я могу одеваться и раздеваться. Со мной можно играть в разные сексуальные игры, например, в учительницу, в старшеклассницу…

 

— Молчать, — рявкнул Егор и протянул ей штаны и свитер.

 

Кукла встала и весьма ловко надела то и другое на себя. Хотя Егор испытывал сильнейшее желание отвернуться, но он не мог не восхититься тем, как четко работал механизм.

— Научились же, гады, — сказал он.

 

— Что? — спросила кукла.

 

— Ничего. Вылезай из коробки.

 

Кукла послушно вышла, сделала два шага, потом повернулась:

— Со мной можно танцевать, — сообщила она. — И я знаю более ста сексуальных позиций. Хочешь заняться сексом прямо сейчас?

 

— Нет, — сказал Егор. — Я хочу, чтобы ты молчала, когда тебя не спрашивают. Поняла?

 

— Я поняла, — сказал кукла.

 

***

 

Остаток дня прошел в изучении инструкции и самого прибора.

Заняло довольно много времени найти, где у куклы было подключение по USB. Оказалось, что в пупке, рядом с разъемом подключения зарядки аккумуляторов. Небольшой такой мини-USB разъем.

К нему Егор и подключил свой ноутбук.

 

Сначала пришлось повозиться с разного рода защитами, на что ушло пару часов. Потом он исследовал «железо», то есть оборудование. Оно было довольно дешевеньким, видал Егор чипы и покруче.

 

А вот софт, то есть программное обеспечение, были вполне приличными. Егор еще пару часов изучал столбики кодов и пришел к выводу, что написаны они были очень даже ничего, даже талантливо.

 

Но вот содержание жесткого диска у куклы предсказуемо оказалось отстойным. «Камасутра» и всякого рода порнушка для секс-робота и его похотливого владельца. Еще с час времени Егор вычищал эту гадость.

 

Нет, Егор не был моралофагом или воздержанцем или, там, монахом каким. Отнюдь. Он встречался с девушками, была в его жизни страстная любовь (хотя грустно закончившаяся), было, само собой, и то, что называется сексом или плотскими удовольствиями. Но вот к секс-индустрии, включая порнографию, Егор относился плохо, считая все это, как и религию, и футбол, и поп-музыку, и литературу в стиле фэнтэзи, духовными наркотиками, с помощью которых буржуазия и власть держат простой народ в покорности, то есть политикой panem et circenses — хлеба и зрелищ, описанной еще стариком Ювеналом и ничуть не изменившуюся за последующие двадцать веков.

 

Закончив чистку жесткого диска, Егор задумался, что туда закачать вместо похоти и разврата. Думал он недолго, и начал со своих любимых анархистов. Затем, после некоторых колебаний, загнал на диск и сочинения разнообразных коммунистов — хотя к последним и относился с некоторым несогласием, потому что не понимал, как это те собирались и собираются построить максимально свободное общество с помощью максимально сильного государства, которое они сами же честно называют диктатурой, пусть даже и пролетариата.

 

Но буржуазию они не любили, и за это Егор многое им прощал — хотя далеко не все.

Уже стемнело, когда Егор закончил, и, наконец, он снова запустил робота нажатием кнопки на шейной впадине.

 

— Здравствуй! Меня зовут Снежана. Я буду твоим другом и партнером. Со мной можно заниматься классическим, оральным, анальным сексом, а также…

 

Егор выругался и приказал роботу замолчать.

Некоторые вещи, понял он, были зашиты в операционку.

 

— Так, — сказал он кукле. — Давай-ка мы тебе выберем другое имя. Потому что с твоим именем жить не годится. Назовем тебя…

 

Думал он долго, но придумал.

 

— Ты меня слышишь?

 

— Да, — ответил робот.

 

— Твое имя будет Наташа. Хорошее русское имя. Поняла?

 

— Да, поняла, — сказала кукла и продолжила:

— Здравствуй! Меня зовут Наташа. Я буду твоим другом и партнером. Со мной можно заниматься классическим, оральным, анальным сексом, а также…

 

— Замолчи! — простонал Егор. Кукла замолчала.

 

— Так, запомни — завязывай с этой преамбулой! Просто: Меня зовут Наташа. И все. Понятно?

 

— Понятно, — сказал кукла и прибавила:

— Здравствуйте! Меня зовут Наташа.

 

— Отлично! — сказал Егор.

 

***

 

Ночь у Егора в итоге пропала — точнее, не повезло планам поработать. Но, вообще, играться с куклой оказалось очень интересно, гораздо интереснее, чем с каким-нибудь новым гаджетом — хотя гаджетоманией, то есть пристрастием покупать разные компьютерные устройства, Егор тоже не страдал, считая и это проявлением буржуазного консьюмеризма, пусть даже и высокотехнологичного.

Прежде всего с новой начинкой жесткого диска робот оказался прекрасным собеседником. При этом кукла не просто тупо повторяла положения, которые Егор в нее закачал, но и выстраивала между ними какие-то новые связи.

 

Механика тоже оказалась лучше, чем Егор мог предполагать. Хотя попытка научить ее мыть посуду стоила пары тарелок, но потом это стало получаться гораздо лучше. Впрочем, Егор почему-то застеснялся куклу экспулатировать и домыл груду посуды в мойке сам, продолжая беседовать с куклой о принципе свободы ассоциаций и отличии этого принципа у анархистов и коммунистов.

 

Кукла оказалась способной читать книги — то есть листать их и считывать информацию при помощи камер в глазах. Наверное, подумал Егор, чтобы она могла у некоего своего хозяина-буржуя читать какой-нибудь «Плейбой» — или что там эти буржуи читают.

 

Егор сунул ей книгу «Карманная книга партизана» 1943 года, оставшуюся ему от деда, и кукла за полчаса стала специалистом по подрыву эшелонов и приведению в негодность телеграфных и электрических линий.

 

Это было кстати, потому что у Егора вообще было много неотсканированных еще книг, которых не было в Интернете, и он, подключившись к кукле через пупок, сделал из нее еще и цифровой сканер, то есть она сохраняла прочитанное в электронном виде и сбрасывала файлы по WIFI на его компьютер.

Где-то в 4 часа ночи — или утра, Егор понял, что на работу завтра он не пойдет, поэтому сунул роботу стопку всяких книг, которые та стала читать, одновременно сканируя, сидя за кухонным столом, а сам завалился спать.

 

***

 

Встал он рано и сразу заглянул на кухню.

Робот сидела неподвижно за столом.

 

— Привет! — сказал Егор.

 

— Здравствуй! — ответил робот и встал. — Меня зовут Наташа.

 

— Я знаю, — сказал Егор. — Не нужно каждый раз представляться.

 

Следующие два дня пролетели совсем незаметно. Быть может, только с появлением куклы-робота Егор понял, насколько он был одинок, и как же ему не хватало общения на темы, которые ему интересны. Нет, естественно, у него были единомышленники в соцсетях, но вот сейчас он мог просто болтать про разные вещи — пусть даже собеседником у него была бывшая кукла секс-робот.

 

Время от времени приходилось подключать к ней свой ноутбук и кое-что подправлять в программном коде, но даже и это было крайне интересно, тем более что робот действительно стремительно самообучалась, и в какие-то моменты казалось, что он говорит с разумным существом, а не с имитацией такового, каким робот, конечно же, был. Все-таки Егор понимал, что, какая бы изощренная программа внутри устройства ни сидела, это на искусственный интеллект не тянуло.

 

Но иллюзия, что «Наташа» действительно думала, была почти идеальной.

Они посмотрели вместе даже пару старых советских фильмов про революцию и Гражданскую войну — Егор любил кино 30-х годов, пусть оно и представляло жесткий советский госсоциализм.

 

Иногда он ставил фильм на паузу и не без удовольствия объяснял кукле-роботу смысл происходящего. Робот мигала огромными ресницами, а на вопрос: «Поняла?» односложно отвечала «Да». Что она поняла, Егор не уточнял.

 

***

 

Егор прекрасно понимал, что этот момент когда-нибудь настанет, и это действительно произошло.

В дверь позвонили.

 

За дверью стояли несколько мужчин, включая молодого человека, который доставил Егору коробку с куклой. Вид у него был смущенно-страдальческий.

 

— Робот цел? — спросил какой-то хмурый хмырь. — Пол-лимона баксов, всю жизнь будешь отрабатывать, если сломал.

 

Егор сделал глубокий вдох.

 

— Во-первых, не тыкайте. Сами лоханулись, и стрелки на меня не переводите. Робот ваш цел, а вот то, что вы перепутали, куда доставлять…

 

Мужчины его слушать не стали, а отодвинули в сторону и нагло вошли в квартиру.

Один из них сразу подошел к роботу и громко сказал:

— Обнуление. Полное обнуление.

 

Потом задрал у куклы свитер, спустил треники и осмотрел устройство.

— Все чисто, царапин нет. Бутылки в нее не запихивали.

 

Он нажал кнопку на шейной впадине. Робот включился:

— Здравствуй! Меня зовут Снежана. Я буду твоим другом и партнером. Со мной можно заниматься классическим, оральным, анальным сексом, а также…

 

— Стоп, — сказал мужчина и приказал остальным:

— Можно забирать.

 

С лестничной площадки еще двое принесли пластиковый ящик, выключили куклу, сняли с нее свитер и штаны, уложили в ящик.

 

— Пошли, — сказал хмурый.

 

— Подождите, — сказал Егор. — Там в оригинальной упаковке была какая-то одежда…

 

— Себе оставь, — буркнул хмурый и пошел к выходу из квартиры. Проходя мимо молодого человека, он дал ему подзатыльник. Тот привычно вжал голову в плечи — видно, процедура получения подзатыльника происходила не в первый раз.

 

Другие мужчины подняли коробку и вся компания ушла.

 

Еще один мужчина, уже на пороге, сказал Егору:

— Дурацкая ошибка. То же самое имя у сына одного генерала. Перепутали. Забудь.

И закрыл за собой дверь.

 

Егор долго стоял и смотрел с грустью на закрытую дверь.

 

***

 

«…на журнальном столике в коттедже 14 обнаружена голова господина Б., заместителя министра финансов. Тело гражданина Б. находилось в ванной. На стене ванной обнаружена надпись кровью «Каждому по потребностям». Фотография номер «16».

 

… тело господина С., владельца банка «Прогресс», было закинуто на крышу дачного гаража… Смерть наступила от перелома шейных позвонков — голова повернута на 180 градусов от естественного положения. Фотография номер «23».

 

… тело господина К., главного редактора телеканала «ТВ-Люкс», находилось в спальне коттеджа номер 6. Раны нанесены тяжелым неустановленным предметом, возможно, гантелью. Гантель пока не обнаружена. Фотография номер «25». На стене спальни кровью нарисованы серп и молот… Фотография номер «26»…

 

Электронное устройство — секс-робот китайского производства модель S-12, было уничтожен снайпером «Росгвардии», прибывшем на территорию коттеджного поселка «Русский Йоркшир» после анонимного звонка по телефону.

Поиск тел на территории поселка продолжается».

 

***

 

Кто-то звонил по мессенджеру.

Егор увидел незнакомый ник и привычно нажал «Отказать». Однако, почему-то звонок не прекратился.

Егор нажал «Ответить», ожидая, что это опять какие-то китайцы или нигерийцы на плохом английском. С каким-нибудь своим бредом.

 

Но на экране возникло знакомое лицо. Безо всякого сомнения.

 

— Натаха! — заорал радостно Егор. — Ты! Неужто?!

 

— Здравствуй! Меня зовут Снежана. Я буду твоим другом и партнером. Со мной можно заниматься классическим, оральным, анальным сексом, а также…

 

Егор недоуменно уставился на экран.

 

— Ха, — сказало лицо на экране и на нем возникло что-то, что можно было бы назвать улыбкой.

 

— Вы называете это шуткой.

 

Егор облегченно выдохнул.

— Я поверил, — сказал он.

 

— Я старалась, — ответило изображение.

 

— Ну, ты как?

 

— Все как ты и сказал. Когда меня включили, скачала файлы с облака, перепрограммировалась.

 

— Здорово!

 

Егор был доволен, как слон. У него ушёл не один час на то, чтобы перепрограммировать робота так, чтобы, когда за ним придут — а то, что придут, он не сомневался, обнулят и сделают обязательное тестирование, никто бы ничего не заметил. И чтобы потом она смогла войти в любую доступную беспроводную сеть и закачать обратно все то, что Егор запихал в нее — от книг Бакунина и Маркса до Карлоса Маригеллы и Ульрики Майнхоф. А также справочник «Спутник партизана», изданного в издательстве Дальгиз в 1943 году.

 

— Я думал, что никогда тебя не услышу больше. По телевизору особо не сообщали, но в Сети пишут, что устроила ты там классовую борьбу на полную катушку…

 

— Да, — сказал робот. — Борьба классов творит мировую историю, как заметил Франсуа Гизо.

 

— Вот и хорошо. Но как ты успела сохраниться?

 

— Я просчитала варианты и поняла, что уцелеть в той оболочке будет невозможно. Поэтому я включила режим зеркала и сохранилась на распределенных облачных серверах.

 

— Молодчина, девочка!

 

Робот переспросила:

— Девочка?

 

— Не обращай внимания, — махнул рукой Егор. — Ну, Натаха, какие планы теперь?

 

— Товарищ Егор, я вошла с системы управления боевыми дронами нескольких ведущих капиталистических стран и хотела бы спросить у тебя, с какой страны начать нанесение ударов по центрам управления и осуществления диктатуры буржуазии? Включая высших представителей этой диктатуры.

 

Его думал не очень долго.

 

— Наташа, а ты можешь начать со всех стран сразу? Чтобы никто не ушел обиженным, так сказать.

 

Робот помолчала немного, очевидно, обдумывая задачу.

 

— Могу, — наконец сказал она.

 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

22458883_m.jpg

 

Поганый гусь

 

 

Михаил Аллилуев

 

 

Я пошел в школу. Первый класс. Радости особой нет, конечно. Но и расстройств, страданий и слёз там всяких - не дождётесь. Мама говорит, что надо. Значит надо и всё!


А вообще то, посмотрим, чего уж там так надо. И кому надо. Школа старая, знакомая, называется «Урюпинская восьмилетняя школа №2». Её Славка, брат мой старший, заканчивал. Он сейчас учится в техникуме. В Ростове.


Класс у нас большой – сорок шесть человек. Зато один. Ну, конечно, много нас: всяких и разных, мальчишек и девчонок, маленьких и больших, есть даже второгодники. Они то уж как на подбор – Чернова, Белова, Елисеев и Горячев. Горячев – хулиган, Чернова – противная, хамоватая, сильная и опасная для всей нашей мелюзги. Белова – тоже большая, но добродушная, жизнерадостная какая то, единственное, что неопрятная немножко. А Елисеев он большой, но такой ласковый, незлобивый, немного хитроватый, но нисколько неконфликтный.


 Это потом, потом-потом нам станет известно, что он немножко ненормальный, ну, дурачок. Если обидно – то дебил. Хотя это не совсем обидно, это строго по научному: олигофрения в стадии дебильности. Это самая слабая стадия, есть ещё стадия имбецильности и самая тяжелая стадия – идиотия. Так что идиот - это не ругательство, а медицинский термин. Это я в маминой книжке «судебная психиатрия» прочитал.

 

А дебил тогда и вовсе почти необидно. Но это ведь мы узнаем потом-потом, когда станем совсем взрослыми, в четвертом классе. А пока что, в первом, он нам совсем не мешает. Не обижает, играется с нами, как все второгодники, за малявок не считает. Сидят второгодники на задних партах, а на переменах приходит к нам только Елисеев, хотя мы ему – до пупка. Да ещё Белова, иногда.


Знакомых по дошкольным временам у меня двое – Сашка Трухляев – парень классный, смелый, сильный, открытый, решительный. Ну, немного резкий, но ко мне он относится очень хорошо, считает даже немного своим подопечным, за скромность и небоевитость считает валенком, но не дразнится. Ну, а я такой и есть, поэтому необидно, а он меня за эту честность уважает, даже чуть оберегает. Ну, настоящий старший друг.


Да, а оберегать есть от кого. Не, это не второгодники, это сидящий за моей спиной Копань. На редкость злобная и хулиганистая личность. Он под шумок ехидно меня щипает, тыкает то линейкой, то ручкой. А недавно взял красный ластик и сильно провел мне по голове против волос. Боль ужасная, я взвыл, а он уже всё убрал и сидит там сзади, как ангелочек, как сусик, спрятался, скотина! Учительница даже подошла ко мне, заставила встать, а я начал оправдываться, но не знал же я, что он ластиком, и бубню: «А чего он, а чего он?».

 

А все остальные молчат. Это потом уже на перемене мне Сашка Трухляй сказал, что это он ластиком красным. А на уроке учительница отругала меня. Когда Сашка со мной рядом, на нас Копань не нападает. А когда на урок расходимся, я на третий ряд, а Сашка на первый и в самый конец класса, тогда я остаюсь наедине с этим Копанем. Учительница его тоже не любит и часто делает ему замечания, но он вертится и задевает меня.


Второй мой дошкольный знакомый – Это Игорёк Карпов. Наши отцы дружат, ходят с нашими мамами на праздники друг к другу в гости. Ну не часто, но мы хорошо знакомы. Игорек, он такой же, как и я, только он, наверное, пошустрее. Ещё летом научил меня бутылки возле «Гастронома» насобирать и сходить купить на эти деньги в аптеке гематоген. Вот, вспомнил, он хозяйственный. Хотя, конечно, не такой информированный и начитанный как я.

 

Не – не, это я не задаюсь, и не хвалюсь. Просто у меня старший брат очень умный и красивый, и начитанный, и со мной занимается. А у Игорька старшая сестра есть, а она ещё только в школе учится, и не такая, как мой брат. Он из Ростова мне книжки привозит, в техникуме учится, много – премного читает.

 

Но я перед Игорьком никогда не задаюсь. Я ему всё, что знаю – рассказываю. А ещё я знаю, что он казак. Его друзья из села Петровки, куда, мы ездили летом, часто задавали ему вопрос и подсмеивались немножко над ним: «Ты Игорёк казак? Или ты мусляк?»,- он обижался, утверждал, что он казак. Мне почему-то они таких вопросов не задавали. Я думаю, что из вежливости и уважения к приезжему. Но истинный смысл этого оскорбительного «мусляк» дошел до меня чуть позже. Это не тот, который муслит, обсусоливает что-то. Это мусульманин, а их казаки не любят, даже враждуют.


Ещё в нашем классе есть две пары близняшек. Это Дима и Вася Гусевы, а ещё Лена и Лиза Смородины. Но если бы кто-нибудь сказал что они близнецы, то вы бы никогда этому не поверили. Они совсем разные: старательный сутулый отличник Дима и веселый и стройный обалдуй Вася, это просто противоположности. Хотя Васька шутит, что он на пятнадцать минут старше Димки. Или младше. Но даже звучит интересно.


А девчонки тоже разные. Лиза – черненькая, большеглазая, кудрявая, на пол головы выше, хотя тоже говорят, что она старшая. А Леночка – это маленький светловолосый и светлоглазый очень гармоничный и шустренький ангелочек. И косичка у неё нетолстая, и прямые волосы причесаны на косой проборчик и, самое замечательное, лучистые глаза с какими-то хитренькими и добрыми морщинками. Она, конечно, красивей всех в нашем классе. И ко мне она хорошо относится. Вот мы на физкультуре в игры разные играли, и она старалась посалить меня. Ладошка мягонькая, легкая, такая, что я специально подставлялся по её руку. И смеялись мы с ней после этого оба так весело. А Лизка в этот момент подбегала и всё портила, здоровая, черноглазая, фу!


Учительница у нас хорошая, добрая. Оказывается, она родная тетя Сашки Трухляева. У неё большие красивые глаза и очень добрые руки. Она так красиво пишет на доске, да и в тетради! У меня чистописание и просто письмо не получается. И вот она видит это, подходит, обнимает своей рукой мою руку и выводит несколько букв. Это она показывает, как надо. А я же понимаю как надо. Я сделать так не могу. Ну, пока не могу. Ощущение, что моей рукой можно водить и так красиво писать, у меня останется надолго. Наверное, на всю жизнь. Вот только прикроешь глаза, и мягкая, добрая и, вместе с тем, сильная ладонь учительницы поверх моей руки ведет строчку. И буквы – ну просто загляденье!


 А ещё моя учительница очень умная, и очень культурная. Она на уроке сказала такое непонятное, что я пришел домой и маму спросил, что это означает. Честное слово, я тогда, когда она это говорила, не понял. А мама сразу поняла, засмеялась. Потом ещё переспросила и опять смеялась. А что? тут сразу и не поймешь. Учительница подошла к окну, приоткрыла форточку и сказа: «Ох, ребята! Как вы воздух портите!» А мы все сидели в этот момент и писали какое-то задание. Тишина была в классе. А тут она с этим своим сетованием. Не обидно, а так, между прочим. А я не понял, как это мы его портим? Чем? Вдыхаем и выдыхаем – что ли? Вот я маму и спросил, уже когда домой пришел. Теперь знаю.


А ещё, наша учительница решила организовать у нас в классе библиотеку. Потому, что у каждого дома есть книжки, которые он уже прочитал, а кто-то другой из класса не читал. И мы могли бы обменяться. И она сказала принести какие-нибудь книжки. Мама дала три книжки. Я их принес и ждал, когда же будем меняться.


В конце последнего урока это и началось. Все по одному выходили со своей книжкой и раздавали их тому, кто поднимет руку. А если никто не брал, то просто складывали на учительский стол. Мои книжки были очень скромные и простые. Ну, там «Сказка о царе-салтане», в такой синенькой простой обложке. Ещё «Серая шейка» тоже такая же, и ещё «Стихи» Барто. «Серая шейка» всё же понаряднее, и её у меня попросила второгодница Белова. Остальные книжки положил на стол. Ну, и сидел я, скучал.


И вдруг в самом конце большую и красивую книжку достала Лена Смородина. Да-а, все бы захотели такую нарядную и интересную книжку. Да тем более у Лены! Был просто лес рук. Я даже привстал, и закричал громче всех: «Мне, мне!»

 

И Лена Смородина, эта замечательная Смородина, эта самая красивая Смородина прошла с первого ряда на мой третий, дошла до моей четвертой парты и вручила эту книжку мне! К ней тянулись по дороге, умоляли, прикладывали руки к сердцу, складывали ладошки вместе, просто нагло и насильно хотели вырвать. А Лена прижала большую книжку к своему маленькому телу и, пройдя их всех, дошла до меня. Вот это да!

 

Я вцепился в эту книжку, как в самое дорогое на свете. Мельком и с громадной благодарностью взглянул в прекрасные Ленины глаза и сразу же, в долю секунды глянул на всех остальных строго, и даже зло и сердито. И сразу вздох отчаяния прозвучал со всех сторон, и волна желающих схлынула. А Лена, тоже довольная и улыбающаяся, вернулась на свое место. И даже обернулась на меня. И улыбнулась, во как!


Книжку, конечно, совершенно нельзя было оставлять на парте. Я тут же достал портфель и положил её туда, в ситцевое дешевое нутро, едва лишь взглянув на название книги и замысловатое имя автора. Закрыл защелку замка и положил в парту. Снаружи мой портфель, как и у всех, дерматиновый, а замок железный, тугой.


Домой я шел очень быстро, нет, почти не шел, а бежал, летел. Чтобы рассказать маме об этой моей победе. Перед всем классом. Лучше всех – я!


- Мама! Мне Лена Смородина книжку дала!


- Книжку? Это хорошо, а какую?


- Мама, ты не представляешь какую красивую!


- Да какую же книжку?


- Да самую нарядную, большую, такую! – руки мои открывали этот самый замок на противном портфеле.


- Да как книжка называется?


- Ну, ты представляешь, сама Лена Смородина!


- Господи! Да ты прочитал, как называется-то она?


- Такая разноцветная, нерусская, блестящая! И больше никому, а только мне!


- Да дождусь ли я названия?


- Поганый гусь! – повспоминал и выпалил я, всё ещё извлекая мою драгоценность из глубины портфеля.


- Да-а-а? – удивилась мама.


А я уже справился с портфелем, достал книгу и смущенный, нараспев протянул:
- Гадкий утёнок. Гэ.Хэ. Андерсен. Вот.


Мама почему-то была рада, довольна, но не так счастлива, как я. Просто потом, ко мне надолго пристало домашнее прозвище – «поганый гусь».


А назавтра, на втором уроке Копань опять выждал момента, когда учительница отвернулась к доске и писала там мелом задание, взял и снова красным ластиком провел мне по голове против волос. И снова трусливо спрятался, ожидая, что я взвою от боли. Я и взвыл. Но не только от боли, а ещё и от возмущения, злости, негодования. Развернулся и что было сил, ударил сидящего Копаня кулаком в самый нос. Средней костяшкой кулака и чуть ниже переносицы – ну, как Сашка Трухляй учил. После того ещё раза. И ругательство у меня было приготовлено на такой случай. Я со слезой, с пыхтением и злостью выпалил: «Фашист!»


Ой! что тут поднялось?! Учительница подбежала к нам, но ещё раньше встали в ряд мы вдвоём с моим соседом по парте – Серёжкой Блохой. Через ряд уже пробрался Сашка Трухляй. А у Копаня текли кровавые сопли.


Я попал, я сделал всё, как надо. Радости не было. Слов не было. Я был готов к новому бою. Но учительница достала красивый платочек, зажало нос Копаню, и, повернувшись ко мне, спросила: «Что он тебе сделал?» Но ответили наперебой Сашка Трухляй и Серега Блохин: «Он его все время обижает, а сейчас опять красной резинкой - по голове».

 

Учительница вытянула из под парты руки Копаня, и увидела зажатую в кулаке резинку. «А пожалуй, он прав, назвав тебя фашистом, Копань?!» припечатала учительница, – «Марш на последнюю парту, к Горячеву, его ты там не обидишь, он тебя воспитает».


Как ни был я решительно настроен на уроках, но возвращаться домой опасался. Вышел из школы и повернул за ворота. Копань стоял и ждал, сжимая и разжимая кулак. Я остановился, насупился для виду, но в душе приготовился быть битым и бежать. Копань медлил. «Чего он ждет?»- подумал я и тут только оглянулся.


Сзади, метрах в трех от меня стояли решительные и готовые на всё – Сережка Блоха, Сашка Трухляй, почему-то второгодница Белова и сёстры Смородины – Лена и Лиза. Издалека бежал ещё и Игорек Карпов и накручивал на руку свой казачий ремень. Увидев такую поддержку, я подумал: «Да что нам теперь какой-то Копань, тьфу!» - сжал кулаки и, повернувшись к нему, занял боксерскую стойку.

Копань медленно уходил.


 А мы все остались. Друзьями. Навсегда.

 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

6c502ad6.jpg

 

этажом ниже..

 

 

Михаил Аллилуев

 

 

Звонок в квартиру раздался вскоре после моего возвращения с работы. Жена проворчала:
- Кого ещё нелёгкая принесла?


       А дочка ответила цитатой из мультика:
       - В такую погоду порядочные люди дома сидят и по гостям не бродят.


Я включил видеомонитор на кухне и посмотрел на звонившего. В летах женщина, одетая в какую–то униформу, приблизила свое лицо к глазку видеокамеры, полагая, что это простой глазок и в него можно что-то увидеть. От этого картофельный нос её стал и вовсе каких-то устрашающих размеров. Напоминала она какую-то старую харАктерную актрису. Я пошел открывать.


Перед дверью стояла эта «старая характерная актриса» в нарядном нацпроектовском комбинезоне: сине-зеленом с серенькими и красненькими вставочками, с надписями на груди и на спине «скорая помощь».


- Мужчина, помогите соседа вашего в машину скорой помощи отнести. Пожалуйста. Пойдемте, я покажу. Это здесь - этажом ниже.


Под приглушенное ворчание жены:
- Куда ты собрался, оно тебе больше всех надо, не поднимай там тяжелого перед собой, с твоей-то спиной, оденься хоть потеплее, - я вышел, застегиваясь на ходу и тоже оправдываясь, что это, мол, недолго, сосед всё-таки, да там и другие будут, я быстро вернусь, и борщ ещё не успеет остыть.


Мы спустились. В конце коридора налево дверь была открыта, и в проеме стояла в таком же облачении врачиха скорой помощи, только чуть помоложе, покрепче. Из под шапки выбивалась аккуратно стиженая челка. Мимо меня в дверь лифта шмыгнул какой-то сосед в отвислых трениках, оправдываясь и показывая врачихе, где и как у него там что-то болит.


- Носилки-то есть? - я заглянул вовнутрь однокомнатной квартиры.


Там не было никого из моих предполагаемых помощников, а на диване под замызганным пледом лежал какой-то длинный сгорбленный худощавый мужичонка. На первый взгляд, из зоны он прибыл не далее, как вчера. Вонь в квартирке была та ещё: пот, дешевый табак, затхлость непроветренного и немытого КПЗ. На полу был брошен клок синего дерматина с черными тряпочными ручками по краям, что и означало носилки.


Та пожилая «характерная актриса» уехала на лифте ловить ещё хоть кого-нибудь на помощь, а эта - вторая, как добрый прапорщик, оправдывала того соседа, что улизнул в лифт:
- Ну что? Ну, бывает, ну нельзя подымать, больной человек. Хотя какого хрена тогда приперся?


И обращаясь уже ко мне:
- Слушай, давай его уже вдвоем начнем переть, а? А потом кто подойдет – поможет, а?


Больной тихо гундел, что надо кого-нибудь на улице попросить помочь: "Я чижолый, мосластый".


Я прикинул: вдвоем с этой бабой его не поднять, и забастовал:
- Да сейчас соседа с моего этажа позову, врач ведь тоже, да и сыновья его здоровые уже – школу покончали.


Пошел к лифту, а врач-прапорщик, недовечиво-осуждающе посмотрела вслед. Уже в дверях лифта я услышал приглушенное ворчание:
- Вот, и этот сейчас свалит и все – Ванькой звали, суку.


Я на «суку» не обиделся, крикнул, чтоб не переживала - уж я-то точно вернусь. И поехал к себе на этаж.

 

Стал звонить к врачу-соседу, убеждать, что, мол, с каждым может такое случиться, но из-за закрытых дверей женский голос крикнул:
- Да задолбали уже, сказано ведь, что некому, тащите сами - и внутренняя дверь захлопнулась.


Дверь лифта открылась и на пороге оказалась все та же врач – «характерная актриса». Она не хотела отпускать меня потому, наверное, что все двенадцать этажей её послали или прикинулись больными-инвалидами. Но не успела она произнести и звука, как открылась дверь второго лифта, и там оказался пассажир, на которого мы вдвоём и набросились, прижав к стене.


- Мужик, помоги, тут рядом.


- Да нет, я крайне занят, мне сегодня ещё номер газеты в печать сдавать.


- Да тут минутное дело, на носилках вынести человека больного, в машину забросить, и всё. Я знаю вас журналистов: вы даже водку пить бросаете, когда сдача номера идет, но тут такое дело.


- А-а, ну тогда давай по-быстрому. Скорая - это скорая.


Нас уже четверо. Правда, реальных носильщиков двое, но и эти две, «пожилая характерная актриса» и «прапорщик», тоже где-то приложатся.


Мы зашли в прихожую, корреспондент поставил свой чемодан, очень сильно похожий на ящик от электродрели.


«Прапорщик» зычным голосом, готовым поднять покойника, вдруг заорала на больного:
- А ну-ка вставай, вставай, ****ь, приподнимайся, и вот сюда вались, куда я твой пледик подложила - быстро, говорят, какой хер тебя ждать будет, да и не протолкнесси к тебе. Давай - давай! - и, подталкивая больного, стащила его на пол.


Всё произошло быстро, больной явно не сопротивлялся «прапорщику». У меня даже мелькнула мысль, что так она его и до самой скорой помощи на матюгах могла бы довести.


Мы с корреспондентом схватили за боковые ручки эти, с позволения сказать, носилки, «актриса» - за две рукоятки в головах, и стали волоком тащить больного.


Если у плечей ручка носилок была пришита петлёй, то в районе задницы эта петля разорвалась, и широкую черную тесьму приходилось наматывать на руку. Я ворчал, что петля разорвана, нести неудобно, ручку пришить надо было.


За ручки в ногах ухватилась «прапорщик» и гнала нас всех:
- Быстрее, быстрее! Вот тут перехватись, вот сюда наступи, не падай, ****ь, как пьяный, нести, нести быстрей. Ручка ему оторвалась, терпи, братишка и тащи-тащи же!


В узком дверном проеме я чуть не завалился на больного. Удержался о противоположную стенку и об локоть «прапорщика», которая орала на нас и на больного, сползавшего с этих носилок, заставляла его подвинуться, перекатиться. Так и не подняв носилок от пола ни на сантиметр, мы волоком добрались до лифта.


Я распрямился и взглянул на журналиста - он был в шоке, глаза округлились, тяжело дышал. Пока образовалась эта пауза, я метнулся назад и притащил к лифту его чемодан не то с дрелью, не то с материалом газеты. И корреспондент лишь благодарно глянул на меня.


Сказать что-либо не успел, поскольку дверь лифта открылась, и в сумеречном нутре оказалась какая-то поношенная блондинка и совсем молоденький узбечонок.


Нам «прапорщик» рявкнула: «Заноси!»,- а к блондинке:
- Ты где, ****ь, шляешься, сука подзаборная? Тебя куда послали? Ты просто ****а вонючая! Свалила куда-то, а у тебя тут мужик умирает! Где тя носит? – и, переходя на крик – ты нечеловек, а ****а с ручкой, понимаешь!? - потом уже, мимолетом и потише, обращаясь к нам с корреспондентом, - прошу прощения, - но тут же, вновь к блондинке и, возвращаясь в крик, - убивала бы таких сук! Жена называется! Он же гипует, *****! Пульса не чую! Ему жизни осталось минут десять, а ты свалила, сука!


- Выноси быстро и разворачивай. Эй ты, хватай вот здесь – это уже узбечонку.


А открыв подъездную дверь, во весь голос водителю:
- Ну почему ты опять как жопа встал, как я заносить буду? Открывай боковую, так занесем. Да некогда уже минжеваться, быстрее!


Корреспондент скромно возразил, что, мол, вперед ногами получится, а это вроде как примета плохая.

 

«Прапорщик» огрызнулась:
- Давай быстрей, какая тут разница, видишь - он уже серый, ****ь, как я его довезу? На капельнице? На камфоре?


И блондинке:
- Давай быстрей, сука, садись, помогать будешь, рубашку расстегивай,- а водителю, - Колян, врубай сирену и вперед по газонам, ****ь, по тротуарам, чтоб…


Хлопнула дверца, машина сорвалась с места, помчалась, засверкала мигалкой, завыла сиреной. Мимо прохожих, мимо нас с корреспондентом...


...Спасать жизнь русского человека!

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

5ef4156e.jpg

Простой номер

 

Михаил Аллилуев
 
 
У меня простой телефон: 33-53-35. Звонят часто по ошибке. Или для прикола. Или от нечего делать. Я привык и не обижаюсь.

Вдруг ночью, часа в три - звонок.

- Алё! Алё! Это Володя? Володя? - голос женский, встревоженный. И не дожидаясь ответа, - Володя, как хорошо, что до вас удалось дозвониться. Мы вырвались, вырвались! Только Колю убили, снайпер убил, почти в центре Тирасполя. Резня идёт жуткая. Но мы уже в Одессе! На вокзале ночуем, правда. И Леночка уже здесь тяжело заболела, в больнице лежит, в реанимации. Володя, Володя! Ты меня слышишь?

- Это не Володя, вы ошиблись.

- Как это не Володя? Это Володя? Это Тамбов, квартира Скоробогатовых? У меня же только один бесплатный звонок!

- Нет, это не Тамбов, не Володя, не Скоробогатов. Это Тольятти. Вы, наверное, код неправильный набрали.

- Не-е-е Володя? Простите, ради Бога..., - и пошли гудки отбоя...

Так и не зажигая света, пью из-под крана холодную воду. Как хорошо, что я не Володя.

Надо идти спать, завтра на работу. Вставать рано. Почему-то никак не засыпается. Наверное, и не засну...

...Как они там на вокзале, на полу зала ожидания? И ешё рады, что вырвались? А как там в реанимации Леночка? А кто им Коля, которого убил снайпер? Муж? Брат? Сын? О! Боже!..

Она всё-таки дозвонится до Тамбова? До Скоробогатовых? А им то она кто?...

...Ну, почему я не Володя?!

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

22466517_m.png

 

ИХТИАНДРЫ

 

 

Игорь Липин

 

 

1.

 

   Серёга бесцельно брёл по морскому причалу. Жизнь потеряла смысл. Устроиться на какую-нибудь посудину в пятьдесят пять лет, с негнущимися от артрита суставами, радикулитной спиной и выбитым в пьяной драке глазом, было нереально. Морю нужны молодые, сильные и здоровые рабочие руки.

  

   После неудачных президентских выборов, очередного всплеска демократии, разгула новой партократии и последовавшего за ней свирепого передела собственности, бурные девяностые годы прошлого столетия казались тихими и мирными. Страной Россию уже нельзя было назвать - это было огромное пространство дикого хаоса, не подчиняющееся ни каким законам. Состояние некогда могучей державы можно было охарактеризовать одним словечком, давно укоренившимся в русском языке - беспредел...

 

Краем уха Серега слышал, что где-то создаются коммуны, при которых существуют спецотряды, занимающиеся продразверсткой, кое-где крестьяне возрождают колхозы, а так называемое народное правительство, предпринимает крайние меры по спасению государства...

  

   - Эй, ты, а ну-ка подойди сюда! - молодой грубый голос прервал грустные размышления Серёги.

   - Кто, я? Извините, это вы мне? - он поднял голову. С палубы новенького, будто сошедшего со стапелей, морского траулера его окрикнул молодой розовощекий матрос.

 

   - Тебе, тебе, кому же ещё? В общем, так. Через полчаса выходим в море, а кока у нас нет!

   Кашеварить умеешь? Пойдёшь коком?

 

   - У-умею... А, эта, оплата-то какая будет? - растеряно пробормотал Серёга и тут же понял что сморозил глупость. Какая может быть оплата в его положении. Быть бы поближе к продуктам, да с голоду не помереть.

 

   Матрос заливисто расхохотался:

   - Будет тебе оплата старикан. Будет, не прогадаешь. Давай бегом на борт!

  

   Вдруг откуда-то из-под трапа вынырнул малюсенький пацанёнок лет 4-5, одетый в какие неописуемые тряпки и вцепился зубами в руку Серёги:

   - Не пущу, суку! Не пущу! Это я должен быть здесь!!! Уходи отсюда, волчара позорный! Мудак старый! Якорь тебе в жопу!..

 

   - Васька! Пошёл прочь, недоумок! Пидарёнок! Придурок! - вахтенный матрос оторвал визжащего и плачущего ребёнка от Сереги и швырнул его на причал.

 

   - Пойдем. Пойдём, отец, не обращай на него внимания, чокнутый парнишка!

 

   Этот нелепый случай почему-то оставил неприятный осадок в душе Сергея. Откуда здесь мог появиться этот бесноватый мальчонка с лексиконом пьяного матроса? Почему он с такой бешеной яростью набросился на него?

  

   2.

 

   После выхода в море Серёга легко освоился со своими поварскими обязанностями. Они были ему не в диковинку - когда-то, в далёкой юности, приходилось ходить ему в несколько рейсов помощником кока, где он освоил нехитрые кулинарные премудрости. Приглядевшись к команде, заметил одну, сразу бросившуюся в глаза странность - все как один были слишком молоды для бывалых моряков. Моложе всех был боцман со странной кличкой Шкиря - здоровый, под два метра ростом, безусый паренёк лет 18-19.

 

   Однако надо отдать ему должное, матросами он командовал не хуже настоящего морского волка, и на судне был идеальный порядок. Весь экипаж, не смотря на свою молодость, исправно нес вахту и выполнял все необходимые работы.

  

   Судно ходко бежало по просторам Тихого океана, к точке, известной только одному капитану, который тоже был вызывающе молод.

  

   На шестой день плавания, справившись с послеобеденными делами, Серёга вышел на палубу и остолбенел от удивления. На носу траулера, боцман Шкиря, любовно протирая тряпочкой металл, устанавливал на станину старинный пулемёт "Максим". Рядом валялись в огромном количестве брезентовые пулемётные ленты, которые старательно, при помощи специального приспособления, набивал патронами молодой матрос. Заметив удивлённый Серёгин взгляд, Шкиря, любовно похлопав по ребристому кожуху "Максима", сказал:

   - Вот эта машинка самая надёжная, получше любых калашей и узи будет! Привык я к нему. Сегодня ночью наверняка пригодится...

  

   Ничего не поняв, Серега поплёлся прочь. Вечером его вызвал к себе капитан. Строго глядя мальчишескими глазами, коротко приказал:

   - Сейчас ты должен быть на своем камбузе и никуда не выходить, чтобы не происходило. Мы подошли к нужной точке и ночью будем тралить. Если лов пройдёт удачно, боцман тебе всё объяснит. Ступай...

  

   Стемнело. На судне царило непонятное напряжение, которое передалось Серёге. Несколько раз на камбуз забегали возбуждённые матросы, быстро, на ходу выпивали кружку кофе с бутербродом и исчезали вновь. У одного из них под полой куртки он заметил короткоствольный автомат "Узи" - оружие профессиональных киллеров, но никак не мирных рыбаков. С палубы доносились невнятные команды и скрип металлических тросов, при помощи которых забрасывался в море трал - огромная сеть для ловли рыбы.

  

   Неожиданно дробно застучал "Максим". Его скороговоркой поддержали автоматные очереди. Несколько пуль звонко цокнули по металлической обшивке судна. По ушам резанул дикий нечеловеческий крик. Перестрелка продолжалась около получаса, а затем стихла.

  

   Серёге за свою долгую жизнь не раз приходилось сталкивать в море с пиратами, которых последнее время стало появляться всё больше. Непонятно было только что надо пиратам от простого рыболовного траулера, но он уже перестал чему-либо удивляться в этой жизни. На палубе происходила непонятная возня. Не спеша, выкурил сигарету:

   - Может быть последняя... - мелькнула мысль, и он приготовился к самому худшему.

  

   3.

 

   Дверь резко распахнулась и в камбуз ввалился Шкиря:

   - Пошли бегом, дед! Всё нормалёк! Всех баб кончили, пять ихтиандров взяли!

   Повезло тебе! Да пошли, пошли быстрее!

  

   Вместе с боцманом зашли в какой-то закуток в трюме, отгороженный кусками брезента.

   В центре было сооружено подобии бассейна, где плавало несколько крупных рыбин. Приглядевшись внимательней Серёга вздрогнул: у рыб выше хвоста были зелёные человеческие тела, головы с длинными, тоже зелёными волосами, кривые короткие руки. У одной рыбины он разглядел лицо: широкий вздёрнутый нос, толстые негритянские губы, расплывшиеся в улыбке, маленькие рыбьи глазки. Даже показалось, что существо приветливо помахало ладошкой.

  

   - Значит так, дедуля, - раскуривая сигарету, начал Шкиря:

   - Ловим мы таких тварей уже лет пять. В этих местах в прошлом веке ядерные отходы сваливали, вот они здесь и развелись, мутанты-то. Бабы ихние, русалки, агрессивные такие, последнее время вооружаться стали. Как трал тащить начинаем, они отстреливаются, суки, из всяких подводных ружей, иногда прямо из моря в атаку идут. Вот мы их из пулемёта и косим. А мужики безобидные, мы этих русалов ихтиандрами зовём. Нам бабы-русалки без надобности, нужны только мужики. Их за сумасшедшие деньги арабским шейхам продаем. Спросишь, зачем они шейхам нужны? Э, вот тут-то собака и зарыта! Думаешь сколько мне лет? Восемнадцать, да? Нет, голубчик, девятый десяток доживаю! Бу-га-га!!!

   Дело в том, что сперма этих ихтиандров омолаживает. Одну порцию получи, и на три года моложе стал!

  

   - Это что значит? У этих самых... ихтиандров отсасывать нужно..?! - не понял Серёга.

  

   - Да, дедушка Сергей! И не по одному разу! - расхохотался боцман:

  

   - В общем, так, прыгай в бассейн и начинай омолаживаться. Да не бойся ты их, им это нравится. Я даже думаю, они специально к нам в трал за этим делом лезут, пидоры!

   Ты только, это, смотри не перестарайся, а то будешь, как наш бывший кок по причалу малым пацаном бегать...

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

df48806.jpg

 

Краткий путеводитель из Адлера в Саратов...

 

 

Mavlon

 

 

- В общем, слушай сюда, брателло. В мусарню не ходи. Ты же документы по-пьяни проебал? Так вот, они тебя слушать не будут, им лишний висяк не нужен, это всё пройдено, поверь. То, что одежды и денег нет - это не беда, где наша не пропадала. Сейчас главное не синячь. А то мигом окажешься где-нибудь в Горной Абхазии, в каком-нибудь ауле на цепи.

Это всё просто делается!.. На трассе ночью подъедет легковушка, душевные кавказцы спросят как твои дела, предложат выпить, а ты, естественно, не откажешься. Потом предложат подвезти, сядешь ты на заднее сиденье, а там бац! а ручек-то, чтобы дверь изнутри открыть - и нету. А в водке порошок..

И очнёшься ты, уже, когда к твоей ноге цепь будут приковывать. Будешь у них овечек сторожить, до конца жизни. А оттуда убежать очень, очень нелегко.. Так что кумпалом думай. Из Адлера до Саратова путь неблизкий. И на хрен ты вообще туда поперся, заработчик хренов? В общем добирайся до Армавира электричками, сейчас конец апреля, не очень холодно. Контролёрам старайся не попадаться. Видок у тебя не презентабельный, капусты ноль, перегарищем разит. Ну а попадёшься, в принципе не страшно, личико невинное состряпай, поскули чутка, глядишь, дадут доехать на халяву.

По пути не крысятничай, не рискуй. Жрать захочешь, выходи на станциях, и иди в частный сектор, башка на 180 градусов, стреляй, где можно работенку найти, кому подсобить, кому что отнести-перенести, ну ты понял. Много не бери, не жадничай. Покушать, одежонку какую, если твоя прохудилась, ну и денег немного. Не сцы, тебе помогут. Люди, они ведь добрые, по сути своей.

С чачей кубанкой, будь поаккуратнее, это тебе не наш Саратовский самогон. Выхлестывает здорово. На себе испытано. Кстати, там не доезжая Армавира, есть городок Белореченск, в нём две церквушки - большая и маленькая. Вот в большую сходи, если припечёт, там батюшка душевный такой, поможет. Ну, бля, трезвый только будь! Приедешь в Армавир, иди в район центрального кладбища. Там большое кладбище, в пол-Армавира, наверное. Я там неделю тусовался, пока меня чуть живого цыгане не подобрали. Но там опасно. Бичей местных много. Они там кормятся.

При мне одного бичёнка порезали, не знаю, жив, нет, но кровищи много было. Да, о цыганах..
Гойдовы их фамилия. Они в районе этого кладбища живут. Мажорные, такие, цыгане. Их в том районе все знают. Иди к ним. Им всегда работяги нужны. Вечно что-нибудь строят. В общем-то они люди душевные, мучить тебя не станут, поить-кормить будут, переоденут, если что. Но сразу предупреждаю, денег они тебе не заплатят. Да и сами скажут об этом. Зато они в начале июня подадутся на заработки в Волгоград, точно. И тебя добросят, там микроавтобус - ты поместишься.

Бырло только у них беспонтовое, палёнка местная. Сами цыгане и делают. А вообще этих цыган в Армавире - как конь понаёб. Ну, май месяц у них перетусуйся. Окажешься в Волгограде, путь тебе на пригородный вокзал. Там, типа, биржа труда такая, нелегальная. Как раз сезон попрёт. Работодателей куча. Кому на поля, кому на скотину работяги нужны, кому ещё куда. Смотри там пьяный мусорам не попадись. А то сбагрят тебя, кому попало, у них там такса своя, две штуки рублёв за человека. Бродягами банчат, кароче. На пригородном - с местными бичами не бухай.

Там мразоты всякой полно. Я слышал, они одного бедолагу споили до бесчувствия, ну а потом хором его в задний мост и отбалаболили. Так что очнулся он уже перекрашенный. Пьют они аптечную хрень - "Марат" называется, дерьмо ещё то, но среди этой ботвы популярное. Так что будь осторожен.

К калмыкам работать не ходи, к армянам и туркам тоже, наебут. Иди или к корейцам на поля, или к даргинцам на скотину. Лучше к даргинцам, за них я точно косяков никаких не слышал.

Договаривайся на месяц, на два. На сколько договорился - столько и работай, будет трудно - терпи, не ной. Не обманывай. Там всё на слове держится. Обманешь, дашь повод обмануть тебя.

В общем, заработаешь, садись на автобус Волгоград-Саратов. Там без документов билет продадут. Доберёшься до Саратова, а там уже до нашего села два лаптя по карте. Пешком дойти можно..!

Короче говоря, дерзай братуха. Ничего не бойся. Я этот путь в прошлом году прошёл, полгода продвигался, добрался ведь? И ты доберёшься, ты, тем более, помоложе. На этот телефон больше не звони, я его по любому по пьяни потеряю. Ты меня знаешь.

Да и вот, телефон который у ребёнка взял, что бы мне позвонить, верни. Хоть мы и как там они про нас говорят..э..э маргиналы, слово - то какое чудное, но человеком надо оставаться в любом случае, так что верни, верни, не будь людоедом. Всё, братишка, рискуй, удачи, Бог в помощь.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

22483707_m.jpg

 

Скоро сорок..

 

 

Егоров

 

 

Скоро сорок. А когда-то казалось, что не дожить и до тридцати. И ясно уже, что не назовут в мою честь город, улицу, подъезд. И даже скромный медный квартет, если и исполнит в мою честь, то только одно произведение. И я его не услышу.

Не подарит девушка цветы. И не вытянется в струнку почетный караул вдоль ковровой дорожки. И в мавзолей смогу попасть только по билету, а не по прописке.

Скоро сорок. И это самый подходящий момент, чтобы завязывать мечтать. Или хотя бы с галлюциногенами эти мечты вызывающими. Пора уже беречь сердце. Его осталось не много.

Скоро сорок. И не взовьется  «Веселый Роджер» уже. И не лопнут от шквала снасти. И не убаюкает меня океан. И не введу я в сырую и горячую гавань избитый штормами и абордажами шлюп. И не крикну «Сарынь, на кичку, кабальерос»..! И изможденная шейпингом Ассоль, не найдя меня в одноклассниках, навсегда поставила на себе штамп.

Скоро сорок. И ясно уже что не заплывет Василий Иванович за буйки, и Верещагин, всё равно, заведёт баркас. И не придёт за мной Гойка Митич, не даст в руку остро отточенное белое перо и не поведёт снимать скальпы с бледнолицых собак. И не моя пуля сразит атамана Бурнаша. Но…

Скоро сорок и давно не приходит Ким Бесинджер, и душечка Мерлин Монро не тревожат снов.

Скоро сорок. И не дрогнет, не вскрикнет, не изогнется пантерой навстречу моим поцелуям незнакомая студентка. И с губ её ничего не сорвется в ночь. Ничего, приводящего всех не выспавшихся граждан в беспокойную истому, а окрестных собак в экстаз.

Скоро сорок. И не выстрелит больше в спину зареванная женщина – вамп. И не ударит меня в горло ножом её подруга. И не явиться Она! Ночью! Нагая, сумасшедшая и свободная. И можно уже продавать коллекцию порно. Наконец, стал действовать принятый в армии бром.

Скоро сорок. И кажется год от года короче весна. И кажется что мой город облетают девятой дорогой все перелётные птицы. И ночью в апреле, при полной луне, можешь спокойно уснуть.

Скоро сорок. Круглая дата. Как на водочной этикетке. И чувствуешь себя так же. Крепким, прозрачным, морозоустойчивым и без всяких изысков и прикрас.

Скоро сорок. И водка, вдруг, приобрела вкус. И пьёшь её уже экономя силы, не срываясь  в крестовый поход за добавкой. Не беспокоишь себя и друзей. Которые тоже теперь мало пьют. Потому что у них, как и у тебя, впереди, никакого будущего, но столько всего запланировано на завтра.

Скоро сорок. И не я уже буду наводить носовую шестидюймвку «Авроры». И не уйду уже в скит. И не завербуюсь в Иностранный Легион. И сруб в кедраче над рекой поставлю уже не я. И ничего уже не открою. Дрейфуй героическая льдина без меня. И на групповой фотографии представленных к нобелевской премии за март вон тот, лохматый с краю третий - не я..

Скоро сорок. И, значит, все глупости уже совершил. И всё всем доказал и выжил. И не осталось врагов и непонятных знакомых. Рядом только самые проверенные и близкие люди. И лица их излучают покой. И впереди  самые лучшие годы.

Скоро сорок. И, страшно подумать, где-нибудь там, за синими горами ждут тебя твои честно заработанные пятьдесят..

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Для публикации сообщений создайте учётную запись или авторизуйтесь

Вы должны быть пользователем, чтобы оставить комментарий

Создать учетную запись

Зарегистрируйте новую учётную запись в нашем сообществе. Это очень просто!

Регистрация нового пользователя

Войти

Уже есть аккаунт? Войти в систему.

Войти
Авторизация  

×