Jump to content

Archived

This topic is now archived and is closed to further replies.

Гродненский

Год 1938: с позиции силы

Recommended Posts

Полгода спустя унизительного для Литвы ультиматума, Польша вынуждает Прагу уступить в вопросе Заользья. Она хочет показать Европе свою мощь.

 

AR-305179856.jpg&MaxW=1000&imageversion=

Варшава, 22 сентября 1938. Античешская манифестация с требованиями вернуть Польше Заользье (Тешинский край – прим. пер.), на транспаранте надпись «Маршал, веди нас за землями Пястов!»

 

Вслед за успешными аннексиями Третьим Рейхом Австрии и Чехословакии,  власти Второй Речипосполитой принимают решение воспользоваться аурой жесткой международной политики. В марте 1938 года инцидент на границе с Литвой становится поводом сломать ее сопротивление в отношении установления дипломатических отношений с Польшей. Армия провозглашает свою готовность к вторжению. Но литовскую границу не пересекает. В свою очередь, в начале октября Речьпосполита отнимает Заользье, вводя туда армию.

 

Уступчивость Литвы и Чехословакии усиливает в стране иллюзорное чувство сверхдержавности. Пропаганда правящей санации убеждает поляков, что их государство сможет не только справляться с нарастающими внутренними конфликтами, но и готово к дальнейшим завоеваниям. Численность членов Морской и Колониальной Лиги, желающих заморские колонии, приближается к миллиону.

 

Из коммюнике Польского Телеграфного Агентства

В ночь с 10 на 11 марта, [...] на участке Марцинканце польско-литовской границы [...] патруль KOП [Корпуса Охраны Пограничья] застиг на территории Польши двух человек, которые нелегально перешли границу. Когда патруль призвал их остановиться, они начали убегать – один вглубь польской территории, второй – в направлении литовской территории. Командир патруля начал преследование первого, а второй преследовался солдатом Станиславом Серафимом, который заблудился в темноте и очутился на другой стороне границы, где на расстоянии 3 метра от линии границы был обстрелян [...] литовской полицией. Солдат Серафим умер.

Варшава, 11 марта 1938

[„Gazeta Polska", 13 марта 1938]

 

Михал Рёмер (юрист, ректор Литовского университета в Каунасе, поляк по происхождению) в своём дневнике:

Политическая ситуация, в которая оказалась Литва, не является хорошей. Захват Австрии Гитлером [аншлюс, 12 марта] возбудил и подпитал все захватнические пожелания. Он раззадорил аппетиты и чувство безнаказанности за насилие. То, что это может влиять на Польшу и на те факторы внутри ее, которые сыты по горло «непослушанием» Литвы, и хотели бы с ней покончить методами постановки перед фактом – это очевидно. [...] Агрессивные настроения, нарастающие в европейской атмосфере - [...] заразительны.

Каунас, 15 марта 1938

[Михал Рёмер, Дневник, Библиотека Академии Наук Литвы в Вильнюск, sygn. F.138-2254]

 

Из ультиматума польского правительства правительству Литвы

Польское правительство заявляет [...],  что единственным удовлетворением, соответствующем серьезности ситуации, оно считает немедленное установление нормальных дипломатических отношений, без всяких  conditions préalables [предварительных условий]. Это единственный путь к урегулированию соседских дел для каждого правительства, которое в действительности озабочено доброй волей избегания опасных для мира событий. [...]

Польское правительство оставляет литовскому правительству 48 часов для принятия вышеизложенного предложения. [...] Вышеизложенное предложение не может быть предметом дискуссии ни по форме, ни по содержанию.

Варшава, 17 марта 1938

[«Польские Дипломатические Документы 1938», Варшава-2007]

 

Из информации в виленском «Слове»

На площади Маршала Пилсудского собралась толпа в несколько сот тысяч человек, разделённая на целый ряд организаций, с большим количеством флагов и транспарантов [...]: «Наказать литовских преступников!», «Сердце Польши – это Вильно!», «Маршал Смиглы, веди нас на Ковно!», «Да здравствует уния Литвы с Польшей!», «Принудить Ковно урегулировать польско-литовские отношения».

Варшава, 17 марта 1938

[„Слово", 18 марта 1938]

 

Из статьи в «Вооруженной Польше» („Polska Zbrojna”)

В течение всей ночи и утра через Вильно проходили подразделения пехоты, кавалерии, артиллерии и механизированных войск в направлении литовской границы. Собравшаяся на улицах общественность при виде марширующих подразделений издавала энтузиастические выкрики в честь армии.  

Варшава, 19 марта 1938

[„Polska Zbrojna", nr 78/1938]

 

Писательница Мария Домбровская в дневнике

В огромном напряжении мы ждем ответа на польский ультиматум, требующий установления нормальных дипломатических отношений с этой страной [...]

Наконец, в час – спецвыпуск, что Литва приняла польские условия. Огромное облегчение.

Варшава, 19 марта 1938

[Мария Домбровская, Дневники, т. 4, Варшава 2009]

 

Михал Рёмер в дневнике

Принятие Литвой польских ультимативных требований  не является ничем иным, как крахом всей предыдущей литовской национальной политики.  [...]  В этом и оскорбление, и унижение, и расширение глубокого распутья, и ощущение и историческая реминисценция  Люблинской Унии.

Ковно, 20 марта 1938

[Михал Рёмер, Дневник...]

 

Павел Стаженский (секретарь Йозефа Бека)

Приближался ежегодный партийный конгресс гитлеровцев в Нюрнберге[...]

12 сентября Гитлер отозвался, сделав это даже как для него исключительно чрезвычайно жестоким образом, используя массу вульгарных оборотов в адрес [президента Чехословакии Эдварда] Бенеша, на котором он сосредоточил весь вес своей атаки. Сразу после этого начались беспорядки в Судетах [населенных немецким меньшинством]. [...]

Последующие дни, когда [лидер судетских немцев Конрад] Генлейн впервые выдвинул требование присоединения Судетов к Германии […], создали для [министра иностранных дел Йозефа] Бека новую ситуацию. [...]  Он возобновил в Париже и Лондоне требования Польши оказать нам такие же уступки в Заользье, какие будут получены в Судетах.

Варшава, 17 сентября 1938

[Павел Стаженский, Три года с Беком, Варшава 1991]

 

Михал Рёмер в дневнике

Драма Чехословакии развивается. Франция с Англией капитулировали в отношении Гитлера и давят на пражское правительство, чтобы оно уступило для сохранения мира, или, иначе говоря – согласилось на … ревизию границ, конечно же,  составляющее отказ от Судетов в пользу Германии. [...] Этот успех Гитлера раззадоривает Германию, и что дальше из этого разовьется – трудно предопределить. [...]

Польша развязала у себя большую кампанию митингов, объявила свои требования дипломатическим путем, и анонсирует захват Силезии  manu militari [вооруженным путем], если Силезия не будет ей возвращена добровольно.

Ковно, 22 сентября 1938

[Михал Рёмер, Дневник...]

 

Из ультиматума правительства Речипосполитой правительству Чехословакии

Польское правительство считает себя вынужденным требовать наиболее категорическим образом [...]: немедленного вывода военных и полицейских подразделений с территории [Заользья] [...] и окончательной передачи упомянутой территории польским военным властям.

Прага, 30 сентября 1938

[Мюнхен 1938. Польские дипломатические документы, Варшава 1985]

 

Из коммюнике Польского Телеграфного Агентства

Польская нота [...] была сегодня принята в полном объеме правительством Чехословацкой республики. Согласно содержанию польской ноты, район Тешина будет передан польским военным властям до 14.00 2 октября 1938. Эвакуация и передача польским военным властям остальной территории Тешинского и Фриштацкого поветов будет произведена в течение 10 дней.

Варшава, 1 октября 1938

[„Nowy Dziennik", 2 октября 1938]

 

Из информации в «Национальной мысли»

Произошло радостное событие: [...] мы увеличили границы Речипосполитой [...] Мы делали на шаг вперед идеи исключительно обороны, шаг экспансивного характера. Таким образом, моральное и материальное значение занятия Силезии велико – этот факт не может остаться без последствий для дальнейшего хода нашей заграничной политики.

Варшава, 9 октября 1938

[„Национальная мысль",  №44/1938]

 

Из выступления генерала Станислава Феликса Квасневского (председателя Морской и Колониальной Лиги)

Польша, в которой ежегодный прирост населения составляет 400 тысяч человек, земля которой уже не способна прокормить всех связанных с ней жителей [...], которая больше всех стран страдает по причине переизбытка еврейского населения, [...] которая не обладает в своей земле необходимыми ей ископаемыми, а их бесчисленные количества лежат за морями, [...] – должна будет как овладеть заморскими колониями для себя, так и получить возможность переселения за морем избытка евреев. Мы требуем колоний, и таким образом – полезных ископаемых, в нашу собственность.

Варшава, 27 ноября 1938

[„Моря и колонии", № 1/1939]

 

Поэт Антоний Слонимский  в «Литературных ведомостях»

Трудно поверить в столь унижающее наши амбиции возвращение к формам наипримитивнейшего варварства. Трудно поверить, что снова в мире единственным законом стало насилие и брутальная сила. Достойны сожаления те, кто судят, что речь идет исключительно о боли [преследуемых в Третьем Рейхе] пары сотен тысяч евреев, католиков, российских троцкистов или немецких социалистов, что речь идет о сражениях, которых уже много было на этом свете. Трудно хотя бы на минуту оторвать взгляд от этой трагической борьбы, потому что то, что переживает Европа, уже не является только политическим конфликтом. Это огромный духовный кризис.

Варшава, 27 ноября 1938

[Антоний Слонимский, Еженедельные хроники 1936–1939, Варшава 2004]

 

  

“Речьпосполита”, рубрика “Nieskończenie Niepodległa”.

Share this post


Link to post
Share on other sites
Гродненский сказал(а) 12 минут назад:

Уступчивость Литвы и Чехословакии усиливает в стране иллюзорное чувство сверхдержавности. Пропаганда правящей санации убеждает поляков, что их государство сможет не только справляться с нарастающими внутренними конфликтами, но и готово к дальнейшим завоеваниям. Численность членов Морской и Колониальной Лиги, желающих заморские колонии, приближается к миллиону.

Как будет по польски "Комплекс неполноценности"? :morning:

Share this post


Link to post
Share on other sites
Гродненский сказал(а) 38 минут назад:

К вопросу о "белой и пушистой довоенной Польше, разорванной двумя преступными кровавыми режимами".

Сабж представляет собой публикацию из серии, посвященной 100-летию "восстановления независимости".

 

 

Там, похоже, еще где-то лежит веселуха по поводу захвата поляками Вильнюса.

Share this post


Link to post
Share on other sites
Гродненский сказал(а) 53 минуты назад:

Полгода спустя унизительного для Литвы ультиматума, Польша вынуждает Прагу уступить в вопросе Заользья. Она хочет показать Европе свою мощь.

Спойлер


 

AR-305179856.jpg&MaxW=1000&imageversion=

Варшава, 22 сентября 1938. Античешская манифестация с требованиями вернуть Польше Заользье (Тешинский край – прим. пер.), на транспаранте надпись «Маршал, веди нас за землями Пястов!»

 

 

Вслед за успешными аннексиями Третьим Рейхом Австрии и Чехословакии,  власти Второй Речипосполитой принимают решение воспользоваться аурой жесткой международной политики. В марте 1938 года инцидент на границе с Литвой становится поводом сломать ее сопротивление в отношении установления дипломатических отношений с Польшей. Армия провозглашает свою готовность к вторжению. Но литовскую границу не пересекает. В свою очередь, в начале октября Речьпосполита отнимает Заользье, вводя туда армию.

 

Уступчивость Литвы и Чехословакии усиливает в стране иллюзорное чувство сверхдержавности. Пропаганда правящей санации убеждает поляков, что их государство сможет не только справляться с нарастающими внутренними конфликтами, но и готово к дальнейшим завоеваниям. Численность членов Морской и Колониальной Лиги, желающих заморские колонии, приближается к миллиону.

 

Из коммюнике Польского Телеграфного Агентства

 

В ночь с 10 на 11 марта, [...] на участке Марцинканце польско-литовской границы [...] патруль KOП [Корпуса Охраны Пограничья] застиг на территории Польши двух человек, которые нелегально перешли границу. Когда патруль призвал их остановиться, они начали убегать – один вглубь польской территории, второй – в направлении литовской территории. Командир патруля начал преследование первого, а второй преследовался солдатом Станиславом Серафимом, который заблудился в темноте и очутился на другой стороне границы, где на расстоянии 3 метра от линии границы был обстрелян [...] литовской полицией. Солдат Серафим умер.

Варшава, 11 марта 1938

[„Gazeta Polska", 13 марта 1938]

 

Михал Рёмер (юрист, ректор Литовского университета в Каунасе, поляк по происхождению) в своём дневнике:

 

Политическая ситуация, в которая оказалась Литва, не является хорошей. Захват Австрии Гитлером [аншлюс, 12 марта] возбудил и подпитал все захватнические пожелания. Он раззадорил аппетиты и чувство безнаказанности за насилие. То, что это может влиять на Польшу и на те факторы внутри ее, которые сыты по горло «непослушанием» Литвы, и хотели бы с ней покончить методами постановки перед фактом – это очевидно. [...] Агрессивные настроения, нарастающие в европейской атмосфере - [...] заразительны.

Каунас, 15 марта 1938

[Михал Рёмер, Дневник, Библиотека Академии Наук Литвы в Вильнюск, sygn. F.138-2254]

 

Из ультиматума польского правительства правительству Литвы

 

Польское правительство заявляет [...],  что единственным удовлетворением, соответствующем серьезности ситуации, оно считает немедленное установление нормальных дипломатических отношений, без всяких  conditions préalables [предварительных условий]. Это единственный путь к урегулированию соседских дел для каждого правительства, которое в действительности озабочено доброй волей избегания опасных для мира событий. [...]

 

Польское правительство оставляет литовскому правительству 48 часов для принятия вышеизложенного предложения. [...] Вышеизложенное предложение не может быть предметом дискуссии ни по форме, ни по содержанию.

Варшава, 17 марта 1938

[«Польские Дипломатические Документы 1938», Варшава-2007]

 

Из информации в виленском «Слове»

 

На площади Маршала Пилсудского собралась толпа в несколько сот тысяч человек, разделённая на целый ряд организаций, с большим количеством флагов и транспарантов [...]: «Наказать литовских преступников!», «Сердце Польши – это Вильно!», «Маршал Смиглы, веди нас на Ковно!», «Да здравствует уния Литвы с Польшей!», «Принудить Ковно урегулировать польско-литовские отношения».

Варшава, 17 марта 1938

[„Слово", 18 марта 1938]

 

Из статьи в «Вооруженной Польше» („Polska Zbrojna”)

 

В течение всей ночи и утра через Вильно проходили подразделения пехоты, кавалерии, артиллерии и механизированных войск в направлении литовской границы. Собравшаяся на улицах общественность при виде марширующих подразделений издавала энтузиастические выкрики в честь армии.  

Варшава, 19 марта 1938

[„Polska Zbrojna", nr 78/1938]

 

Писательница Мария Домбровская в дневнике

 

В огромном напряжении мы ждем ответа на польский ультиматум, требующий установления нормальных дипломатических отношений с этой страной [...]

Наконец, в час – спецвыпуск, что Литва приняла польские условия. Огромное облегчение.

Варшава, 19 марта 1938

[Мария Домбровская, Дневники, т. 4, Варшава 2009]

 

Михал Рёмер в дневнике

 

Принятие Литвой польских ультимативных требований  не является ничем иным, как крахом всей предыдущей литовской национальной политики.  [...]  В этом и оскорбление, и унижение, и расширение глубокого распутья, и ощущение и историческая реминисценция  Люблинской Унии.

Ковно, 20 марта 1938

[Михал Рёмер, Дневник...]

 

Павел Стаженский (секретарь Йозефа Бека)

 

Приближался ежегодный партийный конгресс гитлеровцев в Нюрнберге[...]

12 сентября Гитлер отозвался, сделав это даже как для него исключительно чрезвычайно жестоким образом, используя массу вульгарных оборотов в адрес [президента Чехословакии Эдварда] Бенеша, на котором он сосредоточил весь вес своей атаки. Сразу после этого начались беспорядки в Судетах [населенных немецким меньшинством]. [...]

Последующие дни, когда [лидер судетских немцев Конрад] Генлейн впервые выдвинул требование присоединения Судетов к Германии […], создали для [министра иностранных дел Йозефа] Бека новую ситуацию. [...]  Он возобновил в Париже и Лондоне требования Польши оказать нам такие же уступки в Заользье, какие будут получены в Судетах.

Варшава, 17 сентября 1938

[Павел Стаженский, Три года с Беком, Варшава 1991]

 

Михал Рёмер в дневнике

 

Драма Чехословакии развивается. Франция с Англией капитулировали в отношении Гитлера и давят на пражское правительство, чтобы оно уступило для сохранения мира, или, иначе говоря – согласилось на … ревизию границ, конечно же,  составляющее отказ от Судетов в пользу Германии. [...] Этот успех Гитлера раззадоривает Германию, и что дальше из этого разовьется – трудно предопределить. [...]

Польша развязала у себя большую кампанию митингов, объявила свои требования дипломатическим путем, и анонсирует захват Силезии  manu militari [вооруженным путем], если Силезия не будет ей возвращена добровольно.

Ковно, 22 сентября 1938

[Михал Рёмер, Дневник...]

 

Из ультиматума правительства Речипосполитой правительству Чехословакии

 

Польское правительство считает себя вынужденным требовать наиболее категорическим образом [...]: немедленного вывода военных и полицейских подразделений с территории [Заользья] [...] и окончательной передачи упомянутой территории польским военным властям.

Прага, 30 сентября 1938

[Мюнхен 1938. Польские дипломатические документы, Варшава 1985]

 

Из коммюнике Польского Телеграфного Агентства

 

Польская нота [...] была сегодня принята в полном объеме правительством Чехословацкой республики. Согласно содержанию польской ноты, район Тешина будет передан польским военным властям до 14.00 2 октября 1938. Эвакуация и передача польским военным властям остальной территории Тешинского и Фриштацкого поветов будет произведена в течение 10 дней.

Варшава, 1 октября 1938

[„Nowy Dziennik", 2 октября 1938]

 

Из информации в «Национальной мысли»

 

Произошло радостное событие: [...] мы увеличили границы Речипосполитой [...] Мы делали на шаг вперед идеи исключительно обороны, шаг экспансивного характера. Таким образом, моральное и материальное значение занятия Силезии велико – этот факт не может остаться без последствий для дальнейшего хода нашей заграничной политики.

Варшава, 9 октября 1938

[„Национальная мысль",  №44/1938]

 

Из выступления генерала Станислава Феликса Квасневского (председателя Морской и Колониальной Лиги)

 

Польша, в которой ежегодный прирост населения составляет 400 тысяч человек, земля которой уже не способна прокормить всех связанных с ней жителей [...], которая больше всех стран страдает по причине переизбытка еврейского населения, [...] которая не обладает в своей земле необходимыми ей ископаемыми, а их бесчисленные количества лежат за морями, [...] – должна будет как овладеть заморскими колониями для себя, так и получить возможность переселения за морем избытка евреев. Мы требуем колоний, и таким образом – полезных ископаемых, в нашу собственность.

Варшава, 27 ноября 1938

[„Моря и колонии", № 1/1939]

 

Поэт Антоний Слонимский  в «Литературных ведомостях»

 

Трудно поверить в столь унижающее наши амбиции возвращение к формам наипримитивнейшего варварства. Трудно поверить, что снова в мире единственным законом стало насилие и брутальная сила. Достойны сожаления те, кто судят, что речь идет исключительно о боли [преследуемых в Третьем Рейхе] пары сотен тысяч евреев, католиков, российских троцкистов или немецких социалистов, что речь идет о сражениях, которых уже много было на этом свете. Трудно хотя бы на минуту оторвать взгляд от этой трагической борьбы, потому что то, что переживает Европа, уже не является только политическим конфликтом. Это огромный духовный кризис.

Варшава, 27 ноября 1938

[Антоний Слонимский, Еженедельные хроники 1936–1939, Варшава 2004]

 

  

“Речьпосполита”, рубрика “Nieskończenie Niepodległa”.


 

 

 

Рёмер и Слонимский в подавляющем меньшинстве.

Ровно, как и сейчас "mysl Polska" или Krakauer.

Share this post


Link to post
Share on other sites
Гродненский сказал(а) 2 часа назад:

Мы делали на шаг вперед идеи исключительно обороны, шаг экспансивного характера. Таким образом, моральное и материальное значение занятия Силезии велико – этот факт не может остаться без последствий для дальнейшего хода нашей заграничной политики.

О да, это оценили все соседи! И без последствий не оставили.

"Дураки говорят, что они учатся на собственном опыте, я предпочитаю учиться на опыте других." Отто фон Бисмарк.

Пановье выставило дураков всего мира жалкими эпигонами "польскости", и похоже опять хочет это повторить "на бис".

Share this post


Link to post
Share on other sites
s390 сказал(а) 1 час назад:

О да, это оценили все соседи! И без последствий не оставили.

"Дураки говорят, что они учатся на собственном опыте, я предпочитаю учиться на опыте других." Отто фон Бисмарк.

Пановье выставило дураков всего мира жалкими эпигонами "польскости", и похоже опять хочет это повторить "на бис".

Мы так и ждем аналогичного ультиматума и не важно от кого. А вообще-то классное время - совсем не замутненное, что хотели то и делали.

Share this post


Link to post
Share on other sites
A2G сказал(а) 4 минуты назад:

Мы так и ждем аналогичного ультиматума и не важно от кого. А вообще-то классное время - совсем не замутненное, что хотели то и делали.

Тогда ранее Средневековье еще прозрачнее. :)

Share this post


Link to post
Share on other sites
s390 сказал(а) Только что:

Тогда ранее Средневековье еще прозрачнее. :)

Да. И с гегемонами в то время быстро разбирались, только мы триста лет сопли жевали.

Share this post


Link to post
Share on other sites
Гродненский сказал(а) В 18.05.2018 в 13:04:

Численность членов Морской и Колониальной Лиги, желающих заморские колонии, приближается к миллиону.

Остапов понесло.

Share this post


Link to post
Share on other sites

×