Перейти к содержанию

Заархивировано

Эта тема находится в архиве и закрыта для дальнейших ответов.

Таллерова

Виктор Суворов-пейсатель-предатель.

Рекомендуемые сообщения

Виктор Суворов

 

Владимир Богданович Резун

 

8ed47336c97d.jpg

 

Имя при рождении: Владимир Богданович Резун

Псевдонимы: Виктор Суворов

Дата рождения: 20 апреля 1947 (62 года)

 

Место рождения: село Барабаш,

Приморский край, СССР

 

Гражданство: СССР, Великобритания

 

Род деятельности: историк, писатель, публицист

Направление: история Второй мировой войны

Жанр: историко-документальная проза, публицистика

www.suvorov.com

 

 

Ви́ктор Суво́ров (настоящее имя — Влади́мир Богда́нович Резу́н; 20 апреля 1947, Барабаш, Приморский край, СССР) — известный писатель и публицист. В своих военно-исторических книгах предложил ряд новых концепций возникновения и хода Второй мировой войны. Предложенные концепции и методы их обоснования вызвали многочисленные дискуссии и критику, в частности, отмечались большое количество фактических ошибок и тенденциозный подбор фактов. Работы В. Суворова получили широкий спектр оценок: от признания его самым популярным (но и самым «проклятым») историком Второй Мировой войны, до полного отрицания предложенных концепций многими профессиональными историками, обвинений в фальсификациях и лженаучности. Иногда причисляется к историкам ревизионистской школы.

 

Первая и наиболее известная книга по данной теме — «Ледокол». В. Суворов также написал ряд художественных книг о советской армии, военной разведке и предвоенной истории СССР.

Бывший сотрудник легальной резидентуры ГРУ СССР в Женеве. В 1978 бежал в Великобританию.

Биография

 

Родился в селе Барабаш Приморского краяв семье военнослужащего. Отец — украинец, мать — русская.

С 11 лет учился в Воронежском суворовском военном училище (в 1958—1963 годах, вплоть до его закрытия). Окончил Калининское суворовское военное и Киевское высшее общевойсковое командное училища. В 19 лет стал членом КПСС. В 1968 году получил первое назначение — на должность командира танкового взвода.

 

Участвовал (по собственному утверждению) в операции по вводу войск на территорию Чехословакии. В 1968—1970 гг. продолжал служить в Прикарпатском военном округе на должности, связанной с разведкой. С 1970 года — в номенклатуре ЦК КПСС. В 1970—1971 гг. был офицером разведывательного отдела штаба Приволжского военного округа (в г. Куйбышеве).

 

В 1971—1974 гг. учился в Военно-дипломатической академии. Четыре года работал в женевской резидентуре ГРУ — сотрудник легальной резидентуры военной разведки, капитан. 10 июня 1978 году вместе с семьёй исчез из своей женевской квартиры. По версии самого В. Резуна, он пошёл на контакт с британской разведкой из-за того, что его хотели сделать «козлом отпущения» за крупный провал в работе женевской резидентуры. По другим версиям, он был завербован британской разведкой, или даже выкраден. 28 июня 1978 года английские газеты сообщили, что Резун вместе с семьей находится в Англии.

 

Как утверждается в книге Александра Кадетова «Как Виктор Суворов предавал „Аквариум“», дед Резуна, Василий, после того как стало известно о том, что его внук стал перебежчиком, покончил с собой, оставив записку: «Иуда, проклинаю». По словам автора книги «Последний миф» В. Синельникова, отец Владимира Резуна, как и дед, ушедший из жизни раньше срока, незадолго перед смертью сказал автору сериала, что его сын «принёс семье больше горя, чем Гитлер». Однако сам Суворов это опровергает:

 

Эти байки распускает один бывший гэбэшник, фамилии которого я называть не буду из гигиенических соображений… Мой дед умер 5 февраля 1978 года. А я сбежал в Англию 10 июня 1978 года. Но я уверен: если бы дед дожил до моего побега, то непременно умер бы, узнав о нем, — от пьянки на радостях. Потому что дед ненавидел Советскую власть лютой ненавистью и часто укорял меня: «Кому ты служишь!..».

 

Мой отец, как человек прекрасно знающий военную историю, собравший все (!) книги военных мемуаров и обладающий прекрасной памятью, в конце концов полностью со мной согласился. Надо сказать, иллюзий по поводу Советской власти он тоже никогда не питал.

 

Утверждал в своих книгах и интервью, что заочно приговорён в СССР к смертной казни. По словам Н. А. Петухова, заместителя председателя Верховного суда Российской Федерации, это заявление не имеет под собой никакого основания: Резуна не только не приговаривали, его дело даже не передавалось в суд. Он упомянул о том, что в 1985 был заочно осуждён к смертной казни за измену Родине разведчик Олег Гордиевский, но, по его словам, «больше подобных приговоров в новейшей истории Военной коллегии не было». Известно, что в СССР даже лидеров коллаборационистов (например, Власова, Шкуро и проч.) судили только очно. Существуют свидетельства и противоположного характера. Из интервью начальника ГРУ генерала Ф. И. Ладыгина газете «Комсомольская Правда» (14.08.99) подполковнику И. Черняку, вопрос военного спецкора: «Я слышал, Суворов-Резун приговорён к высшей мере…» Ответ начальника ГРУ: «Заочно — да. Был суд.».

тематика творчества

 

Художественные произведения

 

В художественных произведениях, первыми из которых были «Аквариум» и «Освободитель», автор рассказывает об армии и военной разведке Советского Союза. Первые две книги написаны в автобиографической манере, однако личные наблюдения автора в них настолько переплетены с вымыслом, что отделить одно от другого сложно[источник?]. «Выбор» и «Контроль» написаны уже без претензии на документальность.

 

Историко-публицистические произведения

 

Суворов в своих книгах подверг коренному пересмотру причины Второй мировой войны. В доказательство этому, Суворов высказывает совершенно сенсационные факты, в настоящее время многие из них опровергнуты, но и многие подтверждены.

По мнению Суворова, основной причиной войны стала диктаторская политика Сталина, направленная на захват европейских государств и распространение «Пролетарской революции».

 

Суворов подверг жёсткой критике устоявшуюся в советской исторической науке трактовку начального этапа Великой Отечественной войны. По его мнению, летом 1941 года Красная Армия готовилась к удару по Германии, который должен был быть нанесён в июле, а немецкие войска своим нападением сорвали эти приготовления. Сокрушительные поражения, которые потерпела на первом этапе Красная Армия, В. Суворов объясняет тем, что она была целиком ориентирована на нападение, оснащена оружием, пригодным преимущественно для завоевательной войны, и была застигнута в момент подготовки к наступлению. Суворов пишет, что в конце 1940— начале 1941 года, к западным границам СССР была стянута огромная группировка войск и техники, сформированы новые дивизии, они все были приготовлены и законсервированы для нападения: самолеты и танки были полностью заправлены горючим, войска укомплектованы продовольствием и обмундированием, командирам взводов и рот был выдан русско-немецкий разговорник пригодный для общения с местным населением на незнакомой территории и военнопленными. Разведка Германии обнаружила такое движение войск СССР на западных границах, и события 22 июня 1941 года, Суворов назвал "не более чем упреждающий (превентивный) удар, чтобы сдержать предполагаемую Германией агрессию СССР". Сам факт нападения Германии на СССР, Суворов в одноименной книге называет «самоубийством», т.к. по его словам, только безумец может напасть на армию в несколько раз (а по некоторым видам вооружений — в десять раз) превосходящую по вооружению.

 

Суворов описывает Красную Армию как безусловно превосходящую германскую, как по количеству, так и по уровню оснащения. Советское оружие объявляется принципиально лучшим, технологические решения советских конструкторов подаются как гениальные озарения. Влияние репрессий в РККА во второй половине 1930-х годов объявляется благотворным: утверждается, что в их ходе погибли, в основном, высокопоставленные политработники и худшие представители военного командования, и их устранение открыло дорогу более способным военачальникам.

 

Политическая система и система военного управления Германии описывается как совершенно неэффективная, высшие руководители Германии объявляются неспособными к решению управленческих задач. Главной целью Сталина была мировая социалистическая революция, а именно для этого создавался Советский Союз. СССР не мог сосуществовать с остальным капиталистическим миром: он должен бил погибнуть или завоевать весь мир.

 

В постсоветской России книги Суворова быстро завоевали популярность, чему способствовал их публицистический стиль, а также необычность концепции. Кроме того, сообщалось о государственной поддержке издания его книг. В частности, писатель В. О. Богомолов, автор романа «В августе 44-го» писал: «Еще в начале 1993 года мне стало известно, что издание в России книг перебежчика В. Б. Резуна („Суворова“) также инициируется и частично спонсируется (выделение бумаги по низким ценам) сверху».

 

Отдельные историки (Павлова) поддержали часть его концепций, в частности, тезис о подготовке СССР к нападению на Германию летом 1941 г.

 

Как пишет д.и.н. Ю. Г. Фельштинский:

В.Суворов открыл для нас целый пласт нашей истории. В этом его величайшая заслуга.

В 2008 году Суворов участвовал в подготовке документального фильма «The Soviet Story».

 

Критика

 

Официальная точка зрения Министерства обороны России категорически отрицает выводы произведений Суворова. На страницах газеты «Красная звезда» — главного печатного органа Министерства обороны РФ, регулярно публикуются статьи известных военных историков, обличающие книги Суворова. «Главным» оппонентом Суворова считался военный историк генерал армии Махмут Гареев — президент Академии военных наук РФ.

 

Согласно д.и.н. Ю. Г. Фельштинскому книги Суворова исторические, но в них отсутствует то, что делало бы их историческим трудом — указания на источники информации

Работы историков Городецкого , Безыменского, Юбершера , а также сборники российских авторов (Алексей Исаев и др.) посвящены разоблачению основного постулата Суворова. Работа Исаева или книга «Неправда Виктора Суворова» посвящены разбору доказательств военного характера, которыми Резун пытался подтвердить свой тезис о превентивной войне. Мельтюхов считает, что работы Суворова «написаны в жанре исторической публицистики и представляют собой некий „слоёный пирог“, когда правда мешается с полуправдой и ложью» однако отмечает, что «они довольно четко очертили круг наименее разработанных в историографии проблем». Как отмечает Мельтюхов, концепцию Суворова в полном виде «не поддерживает, пожалуй, никто из серьезных исследователей». Городецкий отмечает, что товарный знак работ Суворова — вольное обращение с источниками, а его концепции являются примерами теории заговора и нагромождениями лжи.

 

Как отмечает д.и.н. Невежин

…российские историки отмечали, что В. Суворов (В. Б. Резун) слабо использует документальную базу, тенденциозно цитирует мемуарную литературу, которая сама по себе требует тщательного источниковедческого анализа, искажает факты, произвольно трактует события. На этот аргумент Резун довольно часто отвечал в сатирической форме указывая на тотальное закрытие российских исторических архивох, показывая невозможность доступа к ним независимых учёных. Западные ученые также предъявили большие претензии к автору «Ледокола». Так, германский историк Б. Бонвеч отнес эту книгу к вполне определенному жанру литературы, где просматривается стремление снять с Германии вину за нападение на СССР .

 

Критики Суворова опровергают многие из приводимых им доводов и утверждений, указывают на присутствие в его работах множества вырванных из контекста цитат, недобросовестное использование им ссылок на источники, а также на другие признаки фальсификации и заведомых подлогов. Например, сравнивая число танков, Суворов приводит количество сосредоточенных против СССР немецких, а с другой стороны — общее число советских танков. Приводя общее количество советских танков, Суворов умалчивает о том, что больша́я их часть не могла быть задействована на западном направлении в начальный период войны, а большинство из них к этому времени были технически и морально устаревшими. Также, по мнению критиков, Суворов фальсифицировал историю «линии Сталина», с одной стороны, утверждая, что она якобы была разрушена, а с другой, сильно преувеличивая её оборонительный потенциал. Мельтюхов в статье «Главная ложь Виктора Суворова» приводит примеры искажения текста и смысла цитат и приходит к выводу:

 

Таким образом, мы видим, что базовые тезисы В. Суворова являются откровенной ложью, позаимствованной из арсенала либерально-западнической пропаганды основной задачей которой является очернение истории Советского государства.

Ученый секретарь Отделения историко-филологических наук РАН Петров так оценивает работу Суворова «Беру свои слова обратно»:

 

Тенденциозный отбор фактов, подтасовки и ложь потребовались автору для иллюстрации уже готового и сформулированного им еще до начала «исследования» вывода: коммунистический Советский Союз — самая агрессивная страна в мире, готовившая насильственное распространение коммунизма по всему демократическому миру. Если бы не превентивный удар Гитлера, пожертвовавшего судьбой Германии в неравной борьбе с колоссальным монстром РККА, весь мир был бы порабощен Сталиным.

 

Некоторые утверждения Суворова прямо противоречат документально установленным фактам. Так, в книге «Беру свои слова обратно» он утверждал, что к 10 сентября 1941 года в составе германских войск под Ленинградом не осталось ни одного танка, в то время как дневник начальника Генерального штаба сухопутных войск Германии подтверждает наличие танков под Ленинградом даже 24 сентября

Произведения

 

Книги Суворова переведены на 23 языка мира. Автор обещал своим читателям писать по одной книге в год.

• Освободитель (1981)

• Inside the Soviet Army (1982), в США стала книгой месяца, на русском языке не издавалась

• Soviet Military Intelligence (1984), на русском языке не издавалась

• Аквариум (1985)

• Ледокол (1968—1981), до 1985 года издатели отказывались от ее публикации, вышла частично в 1985—1986, полностью — в 1989 (на немецком языке), на русском языке в России — в 1992 году

• Spetsnaz (1987)

• День «М» (1968—1993)

• Контроль (1981, записана в 1994)

• Последняя республика (1995)

• Выбор (1997)

• Очищение (1998)

• Золотой эшелон (2000, в соавторстве)

• Самоубийство (2000)

• Тень победы (2002)

• Беру свои слова обратно (2005)

• Святое дело (2008), продолжение книги «Последняя республика»

• The Chief Culprit: Stalin’s Grand Design to Start World War II (2008) издана в США

Публикации в британском военно-научном журнале

 

Во время холодной войны журнал британского военного исследовательского центра RUSI опубликовал две статьи Суворова:

• Who was planning to attack whom in June 1941, Hitler or Stalin? / by Viktor Suvorov. Journal of the Royal United Services Institute for Defence Studies; v.30, June, 1985, pp.50–55

• Yes, Stalin was planning to attack Hitler in June 1941 / by Viktor Suvorov. Journal of the Royal United Services Institute for Defence Studies; v.31, June 1986, pp.73–74

Как пишет про эти статьи профессор истории Бианка Пиетров-Энкер, «аргументация Суворова была настолько куцей, что критики даже поставили под сомнение „его способности как историка“»

* Примечание: Royal United Services Institute — авторитетный британский, независимый научно-исследовательский институт, специализирующийся на вопросах вооружения, обороны, безопасности и военной истории.

 

Семья

 

• Отец — Богдан Васильевич, военный, артиллерист. Служил в 72-м гвардейском ордена Александра Невского минометном полку 5-й армии Дальневосточного военного округа. Уволен из армии в 1959 году в звании майора.

• Мать — Вера Спиридоновна

• Брат — Александр, 1945 г.р., военный. В течение 27 лет служил в Ракетных войсках. Уволился в 1991 году в звании подполковника.

• Жена — Татьяна Степановна (Корж), 1952 г.р., женаты с 1971 года

• Двое детей (дочь и сын), двое внуков.

Из Википедии.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Наполеон в море лжи

Неизвестные страницы биографии предателя

 

2003-08-29 / Марк Штейнберг

 

ХОТЯ события 1941 г. все дальше уходят в историю, снова и снова профессионалы и профаны пытаются выяснить истинные причины обвальных поражений первого периода Великой Отечественной войны. А в последнее десятилетие редкая попытка переосмысления фактов обходится без упоминания о "Ледоколе" и "Дне М" - книгах беглого сотрудника швейцарской резидентуры ГРУ Владимира Резуна, принявшего псевдоним Виктор Суворов. В этих книгах он выдвинул скандальную версию, согласно которой, если бы Гитлер не приказал вторгнуться в СССР 22 июня 1941 г., ровно через две недели подобный приказ о наступлении отдал бы Сталин.

Эти сочинения принесли Резуну прямо-таки планетарную известность и весьма неплохие доходы. Однако до недавнего времени о личности самого Резуна, о его биографии, сколько-нибудь достоверных сведений не имелось.

И только в прошлом году в московском издательстве "ОЛМА-Пресс" вышла книга Александра Кадетова, в которой бывший сотрудник ГРУ полковник в отставке раскрывает многие события жизни Резуна, базируясь на документах советской военной разведки. Особенно подробно описывает он факты, которые привели к бегству Резуна в Англию.

Сам Резун это бегство называет не изменой Родине, а "уходом на Запад". В книге "Аквариум" он пишет: "Но на один вопрос я обязан ответить сам себе: бегу я, потому что ненавижу систему давно, я всегда был против нее, я готов был рисковать головой ради того, чтобы заменить существующую систему чем угодно, даже военной диктатурой".

Но еще до "Аквариума", в книге "Советская военная разведка", изданной в Лондоне в 1984 г., Резун причину своего предательства сформулировал по-другому: "Когда я работал в ГРУ, у меня было две дороги: либо покончить жизнь самоубийством, либо бежать на Запад. Я избрал второй путь, который ничуть не легче первого".

Однако в интервью, напечатанном "Московскими новостями" в # 14, 2001 г., свой "уход на Запад" Резун объяснил нежеланием нести ответственность за промашку начальника. Как видим, сам Резун за два с лишним десятилетия, прошедших после его предательства, так и не выработал единую версию, которая бы объясняла его причину.

Согласно же книге Александра Кадетова эта причина ничего общего не имеет ни с неприятием советского строя, ни со служебными неурядицами. Бегство Резуна было результатом операции под кодовым наименованием "Наполеон", разработанной и проведенной английской разведкой МИ-6. Эта операция, кстати, названа была по оперативной кличке Наполеон, которую англичане присвоили Резуну, разрабатывая его вербовку. Странно, что все его клички, избранная и навязанная, приходятся на фамилии великих полководцев.

В 1970 г. Резун был направлен на годичную стажировку в разведотдел Приволжского военного округа в г. Куйбышев. А через год - зачислен в Военно-дипломатическую академию (ВДА). В своей книге Кадетов не раз подчеркивает, что Резуна по службе продвигали какие-то весьма влиятельные связи. Он пишет: "Никто не знает, кто его протащил в Военно-дипломатическую академию в нарушение всех нормативов приема, практически без службы в войсках". И в самом деле, по положению кандидаты в нее отбираются из войсковых офицеров, не менее пяти лет прослуживших в частях спецназа и других подразделениях ГРУ ГШ. К такой категории Резун не принадлежал.

Как бы то ни было, по окончании ВДА, осенью 1974 г. Резун с женой Тамарой и дочерью Оксаной прибыл в Женеву, официально - на должность атташе советского представительства при отделении ООН. А в действительности - в качестве младшего сотрудника женевской резидентуры ГРУ.

Сам Резун в книгах и интервью не раз хвастливо рассказывал о своих оперативных успехах, вербовал, мол, многих иностранцев, которые стали весьма ценными агентами. На деле же, согласно Кадетову, он собирал только открытую информацию и составлял из ее данных сводки для Центра. Единственный, с кем Резуну удалось вступить в контакт, был редактор журнала "Международное военное обозрение" Рональд Фурлонг - тот предоставил Резуну информационные материалы, опираясь на которые он смог составить ряд оперативных сводок, весьма положительно встреченных в Москве. Но и этот контакт был организован английской разведкой. В ее швейцарской резидентуре знали о дружбе своего сотрудника с советским офицером и решили использовать ее для вербовки.

С помощью швейцарского контрразведчика Фрица Шварцберга, на квартире Фурлонга была установлена аудио- и видеоаппаратура прослушивания. И уже вскоре резидент британской разведки в Швейцарии О"Брайн Тур получил компрометирующие Резуна пленки. Англичане решили, что такие материалы вполне пригодны для вербовочной операции. Однако британский резидент решил усилить компромат, предоставив русскому возможность сожительства с женщиной. Для этой цели избрали соседку Резуна по лестничной площадке, англичанку, которая за соответствующее вознаграждение согласилась вступить с ним в отношения. На ее квартире была также установлена соответствующая аппаратура. Свидание состоялось, и британский резидент посчитал, что компромата теперь вполне достаточно для вербовки Резуна.

С этой целью его пригласили в редакцию военного журнала "Армада", которая находилась в Цюрихе. Предлогом послужил приезд в Цюрих видного представителя Стокгольмского института военных исследований (СИПРИ) доктора Брауна. Резун получил добро своего нового начальника, генерала Александрова, и в апреле 1978 г. приехал в Цюрих. Доктор Браун также был сотрудником МИ-6. Он подарил Резуну большой сборник информационных материалов СИПРИ, чем вызвал у того величайшее удовлетворение. Еще бы! Резун представил себе, сколько сводок он пошлет в Москву, используя этот сборник.

Затем он отправился в редакцию "Армады", где его встретил сам резидент, представившийся доктором Фишером. После вполне дружелюбной беседы, он предложил Резуну просмотреть некоторые интересные кадры и вполне откровенно предложил Резуну стать британским агентом, ибо в случае его отказа эти пленки могут быть показаны другим заинтересованным лицам. Ошеломленный Резун все же не ответил сразу, попросил время для обдумывания ситуации. Впрочем, поскольку она была безвыходной, уже вскоре Резун условным звонком в редакцию "Армады" сообщил о своем согласии.

После этого он весьма интенсивно продолжал встречаться с Фурлонгом, докладывая своему шефу, что проводит вербовочные мероприятия и надеется склонить англичанина к сотрудничеству. А в это время Лондон через Фурлонга подбрасывал своему новоиспеченному агенту специально подготовленные материалы. Так продолжалось несколько месяцев.

Однако за Резуном присматривали не только англичане. Летом того же года он был вызван к генералу Александрову, который, не стесняясь в выражениях, сообщил ему, что знает в деталях о его встречах с соседкой по лестничной клетке и выгнал Резуна из кабинета. Резун понял, что его ожидает скорая депортация в Союз, а там в лучшем случае его просто вытурят из ГРУ. А в худшем?

Когда о произошедшем стало известно в британской резидентуре, там решили, что отъезд Резуна означает потерю его как агента в советской военной разведке. О"Брайан запросил Лондон и получил добро на немедленный вывоз Резуна и его семьи в Англию, о чем сразу же и сообщил ему. После недолгого размышления Резун с женой приняли предложение английских разведчиков и в ту же ночь вся семья была вывезена из Женевы и спрятана на лесной вилле британского посольства. Через два дня Резунов специальным самолетом вывезли в Лондон.

Приведенных здесь фактов достаточно, чтобы высветить многие, неизвестные доселе места биографии Резуна, напрочь перечеркивая придуманную им самим легенду. И вместо борца с порочным советским строем, вместо жертвы произвола бездарного самодура-начальника перед нами возникает непривлекательная фигура предателя, вынужденного в спешном порядке покидать место преступления.

http://nvo.ng.ru/spforces/2003-08-29/7_napoleon.html

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Автор: Арсен Мартиросян

 

Миф и его реальная подоплека.

 

Виктор Суворов и «его труды»: «Ледокол», «День-М» и т.д.

 

Искренне жаль, что на это якобы заморское и, как утверждают, некое «чудо-оракула» и его безумно подлые «труды» приходится тратить время. Однако, к глубокому сожалению, иначе просто нельзя. Не объяснив, откуда взялось это вовсе и не чудо, и уж тем более не дельфийский оракул, а главное, что он натворил и по чьему заказу, очень трудно понять природу происхождения и целенаправленность якобы им порожденных мифов, не говоря уже об иных его «собратьях».

 

История эта началась задолго до того, как будущий В. Суворов появился на свет под именем Резуна Владимира Богдановича. Дело в том, что еще в самый разгар Второй мировой войны из-под пера тесно связанного с Королевскими институтом международных отношений и британской разведкой директора Лондонской Экономической Школы, члена Комитета 300 состава 30-40 гг. XX в., влиятельнейшего геополитика англосаксонского Запада, на идеях которого базируются все концепции по установлению мирового господства англосаксов, - Джона Хэлфорда Маккиндера, - вышла уникальная по беспрецедентной агрессивности по отношению к фактически в одиночку ведшему смертельную борьбу с нацизмом СССР статья под названием «Круглая Земля и Выигрыш Мира». От имени еще ничего существенного не сделавшего для разгрома нацизма англосаксонского Запада, в том числе и Великобритании, Маккиндер открыто указал: «Наш следующий враг - Советский Союз!»[1]. По сути дела, она была не чем иным, как выдающейся по своему коварству геополитической инструкцией всей правящей элите англосаксонского Запада по вопросу, что и как делать дальше, так как, по его мнению, «грядущая борьба должна быть решающей для мирового господства, ибо конечная цель - доминирование над Евразией. Поэтому грядущая неумолимая схватка за власть над этим решающим геополитическим пространством является решающей схваткой современной эпохи». Но тогда ничего не вышло. Еще жив был Сталин, который спуску Западу не давал. Однако Сталин прекрасно понимал то, что в 1947 г. озвучил в беседе с известным тогда югославским коммунистом М. Джиласом. Проведя рукой по карте мира, на которой СССР был обозначен красным цветом, Сталин воскликнул в адрес англичан и американцев: «Никогда они не смирятся с тем, чтобы такое пространство было красным - никогда, никогда»[2]. Дело, конечно, не в красном цвете, а в том, что Запад принципиально не смирился со своим проигрышем. Затеяли Первую мировую войну - получили Советскую Россию. Раз пять пытались спровоцировать Вторую мировую войну в иных ее сценариях, в том числе и в сценарии «с колес Первой», - получили Советский Союз. Ради безусловного уничтожения СССР затеяли Вторую мировую в ставшем «классическим» ее сценарии - получили Могущественную Величайшую Державу мира, да еще с огромным количеством союзников и сторонников. Еще бы им смириться с таким проигрышем!..

 

По каналам главного «инструментария» Комитета 300 - Королевского института международных дел - были поданы «соответствующие» импульсы. И уже в 1947 г. главе внешней контрразведки МИ-6 - Валентайну Вивьену - «пришла в голову мысль» о необходимости разработки плана долгосрочной операции. Ее целью должно было стать достижение Западом победы в геополитическом противоборстве с СССР в результате постоянного целенаправленного инспирирования по нарастающей его «внутренней слабости» и «потрясений, которые бы проникли до самого сердца страны». Почему именно такая стратегия была взята на вооружение?!

 

Да потому что Запад взял на вооружение хорошо известный, но более века не доходивший до англосаксов вывод К. Кла¬узевица о том, что «Россия не такая страна, которую можно действительно завоевать, т.е. оккупировать… Такая страна может быть побеждена лишь внутренней слабостью и действием раздоров. До¬стигнуть же этих слабых мест политического бытия можно лишь путем потрясения, которое проникло бы до самого сердца страны»[3].

 

Так зарождался формально засекреченный до 2017 г. план «Операция Лиотэ». Прототип плана появился еще в 1947 г. Тогда же были утверждены его отдельные стратегические компоненты, например стратегический план «Пропаганда третьей силы». В целом же план «Операция Лиотэ» официально был принят лишь 29 июля 1953 г. Конечно, совет¬ская разведка своевременно узнала о начале его разработки. Однако вследствие начавшейся цепной реакции провалов ее выдающихся агентов - членов «кембриджской пятерки», в том числе и отстранения К. Филби от поста руководителя советского отдела МИ-6, полный текст плана «Операция Лиотэ» попал в СССР чуть позже.

 

Многостраничный текст этого плана был добыт одним из ценнейших агентов советской нелегальной разведки в Англии - Вано, которым руководили выдающиеся советские разведчики-нелегалы послевоенного периода, супруги Галина Ивановна и Михаил Владимирович Федоровы. С разрешения руководства разведки в 1994 г. они вышли из тени обязательной конспирации и тогда же впервые опубликовали свои очень скромные, но очень емкие мемуары под столь же скромным названием «Будни разведки» (в 2001 г. на канале ОРТ был показан и подготовленный СВР документальный фильм о них).

 

Не раз державший руку на пульсе планеты опытнейший ас нелегальной разведки отмечал в своих мемуарах, что «”Операция Лиотэ” - это непрерывно действующая операция, главной задачей которой является выявление и использование трудностей и уязвимых мест… внутри стран советского блока. В ходе операции должны использоваться все возможности, которыми располагает английское правительство, для сбора разведывательных данных и организации мероприятий. Планирование и организация операции поручены специальной группе, возглавляемой представителем министерства иностранных дел, которая создана на основе решения Комитета кабинета министров по вопросам коммунистической деятельности за границей, принятого 29 июля 1953 г. Первым председателем этого комитета стал Глэдуин Джебб, по фамилии которого он так и назывался Комитетом Джебба. Впоследствии он был заменен консультативным комитетом по вопросам психологической войны - Комитетом Додса-Паркера».

 

Организация работы по сбору и анализу разведывательных данных и их дальнейшему использованию в свете поставленных задач возлагается на “Интеллидженс Сервис”. Эта непрерывно действующая операция состояла из трех постоянно повторяющихся циклов: “всасывание”, т.е. получение данных, “дистилляция” - обработка и искажение добытых материалов до высшей степени ядовитости и “излияние” - доведение до нужных адресатов.

 

Прежде всего ценилась информация, которая могла бы служить подрыву престижа правящих партий и парализации деятельности правоохранительных органов, армии и органов безопасности… Даже самая незначительная информация, не представляющая при отдельном рассмотрении какого-либо интереса, может, как камешек мозаики, внести значительный вклад в воссоздание общей картины». Далее со ссылкой на текст плана «Операции Лиотэ» опытный разведчик отмечал, что в ход идут слухи и сплетни, искажения исторической правды, сосредоточение внимания только на негативных этапах истории государств восточного блока. Все это позволит избавить жителей Восточной Европы от патриотических настроений, возбудить недовольство одной группы населения против другой, если возможно, натравливать большинство против меньшинства, поддержать тех, кто находится в оппозиции к законным органам власти, помочь оппозиционерам стать у государственного руля, пока полностью не расстроится способность управлять страной. Позднее к этому плану было присовокуплено секретное приложение к секретному же документу англий¬ской разведки № 2279/НВ от 17 февраля 1959 г., в котором были конкретизированы основные оперативные цели в отношении государств советского блока. Одна из главных - создать в этом блоке внутреннюю оппозицию против СССР по той же схеме: “всасывание” - “дистилляция” - “излияние”, поддержка инакомыслия, затем постинакомыслия и так, видимо, до исчезновения способности мыслить вообще» (конец цитаты из мемуаров советского разведчика-нелегала).

 

Генеральная же идея плана «Операция Лиотэ», его основной лейтмотив был четко указан в преамбуле и даже в самом названии, что из-за вложенного в них особого смысла заслуживает особого внимания. Операция была названа по имени французского колониального разбойника - маршала Лиотэ. Чем же маршал заслужил такое расположение у страдающей врожденной франкофобией британской разведки?! В истории колониального разбоя Франции до сих пор гуляет байка о том, что когда-то, на заре XX века, командующий французскими колониальными войсками в Алжире и Марокко маршал Лиотэ направлялся со своей свитой во дворец. Стоял полдень, нещадно палило африканское солнце. Изнывавший от жары маршал распорядился по обе стороны дороги посадить деревья, которые давали бы тень. «Деревья вырастут ведь только через 50 лет», - заметил один из приближенных. «Именно поэтому, - прервал командующий, - работу начните сегодня же». Мысль о стратегической работе на дальнюю перспективу до того понравилась англичанам, что даже министерство финансов - по определению скупое в любом государстве ведомство - и то без каких-либо претензий утвердило колоссальные расходы на эту операцию, настолько заманчивы были конечные перспективы в борьбе с веками ненавистной Великобритании Россией. Организационная же работа по плану «Операция Лиотэ», как отмечалось выше, началась еще в 1947 г. Уже тогда была проведена коренная реорганизация Отдела дезинформации. Того самого, что накануне войны по прямому указанию У. Черчилля от 20 июля 1940 г. проводил мощнейшую стратегическую дезинформационную операцию по ускорению стравливания Германии и СССР в смертельной схватке, без чего коварный Альбион не выжил бы - к тому моменту нацисты потопили уже почти половину британского торгового флота. И с 1947 г. реорганизованный отдел в тесной координации с Управлением коммунистической информации Министерства иностранных дел Великобритании приступил к непосредственной работе. В конце 50 х гг. вышеупоминавшимся документом № 2279/НВ от 17 февраля 1959 г. в структуре МИ-6 было создано новое подразделение под названием Специальные Политические Акции (СПА), внутри которого была создана секция Проп, то есть пропаганда. Главной задачей отдела стала борьба с коммунистическим влиянием по всему свету. А поскольку на МИ-6 были возложены функции головного подразделения разведывательного сообщества Североатлантического союза по координации усилий спецслужб всех государств - членов НАТО на этом направлении, то, естественно, операции стратегического влияния, в том числе и пропагандистского характера, проводились ею не только в интересах верхушки элиты британской олигархии, но и всего Запада в целом. Основное направление деятельности состояло в оказании непрерывного влияния на общественное мнение стран советского блока.

 

Много чего натворили бывшие «союзнички» по антигитлеровской коалиции при выполнении плана «Операция Лиотэ». На их совести трагические события в Берлине лета 1953 г., венгерская контрреволюция 1956 г., чехословацкие события 1968 г. и т.д. Однако нас в данном случае интересует то, что относится к В. Суворову. К началу последней четверти ХХ столетия британской разведке показалось, что не грех бы добавить солидную порцию «перца» в антисоветскую пропаганду. Но чтобы самой не светиться, в МИ-6 решили, что нужна ширма - какой-нибудь беглый негодяй из СССР, желательно из спецслужб, чтобы придать заранее подготовленной в ее недрах брехне от имени такого негодяя некий солидный вид. И, судя по всему, возомнивший себя оракулом предатель до сих пор не слишком и осознает, сколь же мерзко, но закономерно в рамках «Операции Лиотэ» судьба обошлась с ним. Факт его предательства и побега к англичанам - это «всасывание». Затем Резуна «отдистиллировали», то есть напрочь отшибли способность самостоятельно, без заботливо подсовываемых ему из МИ-6 тезисов мыслить и анализировать, доведя его тем самым до степени хорошей дрессированности. Ну а затем, как указано в плане «Операция Лиотэ», наступает финальная стадия - «излияние», и всему миру был явлен «излитый» из помойного ведра Управления психологической войны МИ-6 некто Виктор Суворов. Зачем?!

 

К 1978 г., когда будущего В. Суворова, а тогда трусливого и бездарного сотрудника ГРУ Владимира Богдановича Резуна, сподобили на предательство и бегство в Англию, в высшем эшелоне руководства Великобритании вызрела концепция решающего геополитического сражения со столь ненавистной всему Западу (а Англии особенно) Россией, хотя бы и в лице Совет¬ского Союза. Под этот прямой заказ не столько правящей элиты Великобритании, сколько Комитета 300, высшим руководством британ¬ской разведки был разработан план многоцелевой, многоходовой, долговременной стратегической операции влияния планетарно-цивилизационного уровня. Его суть состояла в следующем: тотальным и всепроникающим влиянием на мировое общественное сознание, особенно в Европе, прежде всего в Восточной (в том числе и СССР), основанным на тонко сфальсифицированном «переосмыслении» природы происхождения Второй мировой войны, осуществить глобальный пересмотр ее главных геополитических итогов - то есть решений Ялтинской конференции 1945 г. и закрепившей их Потсдамской конференции того же года, - в пользу Запада при одновременном окончательном перекладывании всей исторической ответственности за невиданную в истории человечества кровавую бойню на СССР (а на самом-то деле на Россию), который, по расчетам Запада, к концу века должен был навсегда сгинуть с лица земли.

 

В принципе это был очередной раунд глобальной операции «Месть», которая началась сразу же после окончания Второй мировой войны. Месть за то, что во имя безопасности руководимого им государства и его народов Сталин жестко поменял расписание Второй мировой войны, а следовательно, и послевоенную конфигурацию мироустройства. За то, что сделал невозможным для англосаксов войти в Восточную Европу как в начале войны, ибо поставил их в ситуацию острой необходимости оборонять Западную Европу, так и особенно после победы для ее изъятия из орбиты СССР. За то, что Советский Союз стал главным Победителем в той войне. За то, что именно Советский Союз освободил от гитлеровской оккупации Восточную Европу. Ибо в понимании англосаксонского истеблишмента Восточная Европа - ключ к мировому господству: «Кто правит Восточной Европой, господствует над Хартлендом. Кто правит Хартлендом, господствует над Мировым островом. Кто правит Мировым островом, господствует над миром!». Это знаменитая формула Маккиндера.

 

Проще говоря, по поручению Комитета 300 британская разведка с демоническим бешенством приступила к осуществлению очередного раунда мести за крупнейший провал британской и в целом западной стратегии за весь ХХ век - за юридически неграмотно именуемый пактом Молотова-Риббентропа советско-германский договор о ненападении от 23 августа 1939 г. Используя разработанные Тависток¬ским институтом человеческих отношений - кстати, подконтрольная Комитету 300 контора, являющая основным «мозговым трестом» психологической войны Запада против России (СССР), - особые «технологии» ведения психологиче¬ской войны, МИ-6 приступила к операции.

 

Почему они избрали такую тактику и особенно стратегию? Дело вот в чем. Месть мести рознь. Тягаться с Советским Союзом в военном отношении даже объединенный Запад не мог. К середине 70 х годов XX в. Западу окончательно стало ясно, что военной силой победы над Россией (СССР) ни при каких обстоятельствах не достичь - ракетно-ядерный паритет между СССР и США (и Западом в целом) буквально вынуждал даже самых болванистых и твердолобых на Западе зарубить эту истину на носу. Но ведь править Восточной Европой ой как хочется! Кстати, вовсе не потому, что так уж англосаксы любят эту самую Восточную Европу. По большому-то счету она и даром-то не была бы нужна англосаксам, если бы не ее геополитическое положение, позволяющее, как минимум, двойное манипулирование. С одной стороны, из нее можно сделать трудно преодолимый барьер на пути установления геополитического союза между Россией и ведущими странами континентальной Западной Европы, прежде всего с Германией, чего англосаксы опасаются как черт ладана. Кстати говоря, такая задача была поставлена Великобританией еще в секретном меморандуме в декабре 1916 года. С другой же стороны, Восточная Европа самим своим геополитическим положением являет, к глубокому сожалению, прекрасный плацдарм для нападения на Россию, как бы она при этом не называлась. В конечном же итоге, господство над Восточной Европой нужно англосаксам только потому, что оно означает трамплин к возможному установлению реального господства над миром! Как добиться такого результата, если силой невозможно?! Словом?! Возможно.

 

Но все дело в том, что тогда же Западу стало понятно и другое - фронтальные «кавалерийские» атаки на идеологическом фронте также бессмысленны, ибо немедленно натыкались на непробиваемую бетонную стену советского Агит¬пропа. При всей своей тупости советский Агитпроп именно этим-то и был ценен - своей железобетонной непробиваемостью. Но преодоление этой непробиваемой стены - полдела. Рецепт на этот случай уже имелся - прямо по Клаузевицу: такая страна, как Россия, может быть побеждена лишь собственной слабостью и действием внутренних раздоров, а достигнуть этих самых слабых мест политического бытия можно лишь путем потрясения, которое проникло бы до самого серд¬ца страны! Только вот в чем был вопрос-то. Как, никоим образом не выдавая своей прямой причастности, якобы объективно создать внешне, казалось бы, очевидную видимость формально вроде бы собственной (России) слабости и тем самым, породив якобы объективные внутренние раздоры, перевести неминуемо неизбежные в таком случае решительные действия и потрясения в русло самостоятельного демонтажа советского государства?! Проще говоря, поскольку конечная цель - сугубо геополитическая, то средством ее достижения должна была стать именно же стрессовая встряска и полная перетряска глубин народной памяти о той страшной войне, которые неминуемо поразили бы СССР, прежде всего Россию, в самое сердце. Ведь память о той войне в иерархии нравственных ценностей СССР (России) была (и есть) практически тождественной памяти всего христианского мира о Христе! Помимо того что история войн вообще «благодатная» тема для всевозможных инсинуаций и фальсификаций, эта тема имела еще и совершенно ясно осознававшийся МИ-6 конкретный геополитический смысл.

 

Дело в том, что решениями Ялтинской (особенно) и Потсдамской конференций 1945 г. Сталин сумел чрезвычайно жестко и к тому же чисто международно-правовыми методами и средствами закрепить за СССР как довоенные, так и послевоенные территориальные приобретения. Тем более что в действительности они были не чем иным, как законным возвратом территорий законному же владельцу.

 

* * *

Для сведения. Практически вся Прибалтика перешла в вечное и неотчуждаемое владение России еще по Ништадт¬скому договору 1721 г., гарантированному, кстати говоря, Великобританией и Францией. Территории Западной Украины, Западной Белоруссии, Бессарабии, а также Карелии были украдены у России в период ее слабости в 1917-1922 гг., а также вследствие авантюрности проводившейся Лениным и Троцким политики «мировой революции».

 

* * *

По совокупности всего этого, тем более в ореоле заслуженной всемирной славы Главного Победителя в той войне, этими же международно-правовыми средствами Сталин за¬крепил и факт воссоздания для СССР законного, исторически объективно сложившегося статуса величайшей по своим масштабам, единственной в мире подлинно трансконтинентальной, единой евразийской великой державы. На том, собственно говоря, и держался весь мир с 1945 по 1991 г. Да и, честно говоря, удерживается до сих пор.

 

При всей своей наглости и беспардонности, рискнуть на виду у всего мира посягнуть на незыблемость решений тех конференций, особенно Ялтинской, Запад не мог - даже гипотетически такая попытка была бы обречена на сокрушительный провал. Тем более что имелся еще один эшелон обороны незыблемости послевоенного мироустройства - Хельсинкский акт по безопасности в Европе 1975 г., закрепивший нерушимость послевоенных границ.

 

В рамках решения вот такой глобальной задачи, которая и являлась целью вышеназванного плана, неотъемлемым и прямо способствующим успеху ее решения компонентом должна была стать операция «Ледокол». А у нее, в свою очередь, цель заключалась в следующем: внешне якобы отрешенно от методов ведения спецслужбами психологических войн, но умышленно околонаучнообразной якобы историко-документальной публицистикой инициировать в массовом общественном сознании Европы, особенно Восточной, внешне будто бы невинное стремление якобы к обычному с течением времени переосмыслению в свете якобы новых фактов природы происхождения Второй мировой войны и соответственно Великой Отечественной войны.

 

Переосмыслению, которое привело бы к массовому брожению умов, которое, в свою очередь, взорвало бы послевоенный статус-кво как бы естественным образом - «по желанию народов».

Формальный повод для этого был: война началась 1 сен¬тября 1939 г., а перед этим, 23 августа, был подписан договор о ненападении между СССР и Германией. МИ-6 тем более была обязана обыграть это обстоятельство, ибо решения Ялтин¬ской конференции в сути своей закрепляли незыблемость границ СССР, особенно западных, по состоянию на 4.00 утра 22 июня 1941 г., а они-то появились у СССР только после 23 августа 1939 г., чего Запад до Ялты никак не хотел юридически признавать. Черчилль, к примеру, всю войну яростно препирался со Сталиным именно из-за этого. Да и американцы не отставали. Принятые в Ялте решения, не говоря уже о договоре от 23 августа 1939 г., напрямую затрагивали и без того чрезмерно иррационально болезненно чувствительную память некоторых народов Восточной Европы, особенно Польши, а также прибалтийских лимитрофов.

 

Ставка на такой прием, как якобы историко-документальная публицистика, была сделана по двум главным причинам. Во-первых, подобный жанр чрезвычайно легок в пропаганде - его можно забивать в сознание как гвоздь в доску. Он совершенно не поддается критическому анализу с позиций академической исторической науки, поскольку попросту пребывает вне ее системы координат. Таким образом, любые попытки, даже хорошо аргументированные с позиций академической науки выпады против работающих в этом жанре авторов, изначально обречены на провал. Тем более что отношение к истории, как к науке, ко многим чванливым академикам в позднем СССР было крайне презрительным в широких народных массах. А постоянные ссылки в их трудах на решения КПСС или очередного генерального секретаря вызывали чуть ли не физиологическое отвращение.

 

Именно на это-то и был расчет в операции «Ледокол» - изголодавшиеся по гонорарам, а главное, по возможности всенародно продемонстрировать свои якобы знания историки финального советского этапа начали ломать копья в борьбе с мифом «Ледокола», далеко не сразу осознав, что миф попросту не чувствителен к любым даже рациональным их аргументам. Сам же факт озлобленной полемики с забугорной ерундой, которая в те времена воспринималась пребывавшим в информационной изоляции народом чуть ли не как истина в последней инстанции, спровоцировала широчайший читательский интерес, что и обусловило многомиллионные тиражи этой брехни. А именно это-то и надо было подлинным творцам мифа.

 

Во-вторых, МИ-6 обусловила операцию «Ледокол» одним крайне жестким параметром, суть которого в 1975 г. установила тогда дружественная СССР разведка Чехословакии. Сразу после подписания знаменитого Хельсинкского акта по безопасности в Европе, особенно его «третьей корзины», положения которой затрагивали свободу обмена информацией, по всем ведущим психологическую войну против СССР инстанциям Запада был отдан согласованный в рамках разведсообщества НАТО приказ следующего содержания. Использование собственной информации западных спецслужб из стран социалистического содружества категорически недопустимо до тех пор, пока она не будет использована другими средствами массовой информации. То есть, попросту говоря, до тех пор, пока кто-то третий, хотя бы внешне никак не связанный ни с разведками, ни с их идеологическими центрами, не опубликует или не предаст огласке ту же информацию.

 

Исходя из этого, в операции «Ледокол» ставка была сделана на целенаправленное выдергивание по заранее заданной схеме цитат из различных мемуаров советских военных и государственных деятелей, открытых публикаций в советских газетах и журналах, которые после нехитрой «перековки» в «аргументы» превращали миф «Ледокола» в непотопляемый.

 

Вот именно для всего этого-то и понадобился В. Су¬воров - бывший сотрудник ГРУ В.Б. Резун. На него и планировалось списать «авторство» мифа о «Ледоколе». А заранее англичане начали эту операцию по очень простой причине. Дело в том, что, как считают специалисты по психологиче¬ским войнам, для общества временной лаг, отделяющий историческое прошлое от современного ему настоящего, составляет примерно сорок лет[4]. Укладывающиеся в рамки этого периода события более или менее, но доступны непосредственному восприятию обществом в целом. А все, что за его пределами, исчезает за горизонтом. Между тем с позиций 1978 г. уже хорошо просматривался конец 40 летнего временного лага памяти общества. Предстояли: 1981 г. - 40 летие 1941 г., 1985 г. - 40 летие 1945 г., 1989 г. - 50 летие, но уже 1939 г., и одновременно 100 летие принятия Западом принципиального решения об объявлении России Перманентной мировой войны ради полного ее уничтожения. И поскольку, прежде всего в силу естественных причин, со все более нараставшим ускорением уходили в вечность предыдущие поколения, поколения не только войны, но именно же живых носителей памяти общества, то для коренного переворота в сознании как раз и следовало браться за молодых. Тем более что их историческое сознание вдребезги было искорежено похабщиной ХХ съезда КПСС и тупостью последующей идеологической работы.

 

Вот что такое операция «Ледокол», и вот для чего МИ-6 понадобился этот провокатор под псевдонимом Виктор Суворов. Вот так и начал он смердеть своим глупым мифом. Именно смердеть, потому как якобы состряпанный под конец 80 х гг. прошлого столетия миф на самом деле был просто реанимирован на базе как гитлеровско-геббельсовского варианта лжи о так называемой превентивной войне, так и разработанных до середины 80 х гг. западными историографами версий о той же превентивной войне. Сколько таких писак было за послевоенный период - не счесть. Даже одно только перечисление их фамилий займет не один десяток страниц. И все ведь с «ученым видом знатоков» вещали о том, что-де Гитлер «не мог смириться с русской экспансией»!? Единственное новшество, которое внесли «лондонские мудрецы» из МИ-6, состояло в том, что всю «подтверждающую» версию о якобы превентивной войне «аргументацию» понадергали в первую очередь из советских источников. И потому, как ни крути, незаслуженно ставшая «классической» вариация мифа «Ледокола» - самый что ни на есть классический плагиат. Впрочем, англичанам не привыкать воровать, а уж прислуживающим им холуям - тем более. Сколько негодяев, предателей, воров и жуликов из разных стран заботливо пригреты в коварном Альбионе - не сосчитать.

 

Впрочем, будем также и объективны. Среди британских историков, в том числе тех, кто в штатском, были (и, надеюсь, будут) вполне объективные и трезвомыслящие. Один из них - знаменитый Б. Лиддел Гарт. В своей известной книге «Вторая мировая война» он открыто признал, что едва только войска вермахта пересекли границу СССР, то германские «генералы убедились, как далеки были русские от агрессивных намерений, и поняли, что фюрер их обманул»[5]. А Лиддел Гарт, к слову сказать, был не таков, чтобы его можно было провести на мякине. Ну и чего тогда стоит миф «Ледокола», если бывший сотрудник британской разведки совершенно открыто и задолго до его появления на панели исторической проституции разоблачил его?! А сколько еще таких разоблачений есть - все просто физически невозможно перечислить. http://delostalina.ru/?p=581

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Виктор Суворов в разговоре на тему: следует ли уничтожить Виктора Суворова

Писатель Виктор Суворов (Владимир Резун)

24.02.2010 14:00

Елена Рыковцева

Елена Рыковцева: Это редчайший случай, когда мы обсуждаем интервью, где предмет для спора заключают в себе не ответы собеседника, а вопросы журналиста. Обозреватель журнала «Медведь» Игорь Свинаренко побеседовал с бывшим начальником бывшего советского разведчика, оставшегося на Западе. Имя начальника – Валерий Калинин, имя разведчика – Владимир Резун, сейчас он больше известен как писатель Виктор Суворов. Итак, в интервью под названием «Как Суворов предал Родину» Калинин вспоминает события, которые предшествовали побегу Резуна, и оценивает его поступок. Он его, разумеется, не одобряет, но все это без истерики и лишнего пафоса. Однако журналиста такое спокойствие по отношению к предателю родины не очень устраивает, он требует крови. Послушайте фрагмент этого интервью.

 

 

«Свинаренко: - Что значит - нереально похитить Резуна? Ваши ведь похищали людей на Западе.

 

Калинин: - Чтобы военная разведка вывозила и похищала своих людей, я таких случаев не знаю и не верю в это.

 

- Значит, Калугин и Резун и дальше будут красиво жить на Западе, ни в чем себе не отказывая? И им не надо беспокоиться, никто их не выкрадет?

 

- Нет, такое было, но при Сталине. В 1978 году вопрос об уничтожении предателей в военной разведке не ставился.

 

- И вы думаете, что их надо оставить в покое? - Абсолютно точно. - А по-моему, возмездие должно быть.

 

- Почему?

 

- Как почему? Ну что же это, наши перебежчики будут жировать в Лондоне? А если возмездие, то будут думать: «Найдут, гады. Нет, уж лучше не предавать».

 

- Я за другой подход. Мы приняли присягу, мы любим страну и свою службу. Зачем же куда-то уходить? Только из страха служить? Нет, из любви к своей стране, верности присяге.

 

- Может, все проще, просто кадров и средств на такие операции нет?

 

- Этим вопросом я не владею. - Вы между собой не обсуждаете, что надо бы их выкрасть и привезти сюда?

 

- Ни в коем случае! В нашей стране сейчас другой политический климат. - Или - поехать туда и там грохнуть?

 

- Конечно, нет.

 

- Почему?! Это мой самый главный вопрос к вашим людям: как такое можно терпеть?

 

- Мы, как военная разведка, такими операциями не занимаемся. И я считаю, что и не должны заниматься. Военная разведка – не карательный орган.

 

- А кем тогда Калугин был?

 

- Начальником Управления внешней контрразведки.

 

- Неплохо. А сейчас водит экскурсии по Вашингтону, название тура – что-то вроде «Шпионских страстей», и не прячется. И внешность не меняет. Хотя, да, он же не ваш, а комитетский. Тут к вам нет претензий. А если бы вы встретили Резуна на улице, в Англии например, то что?

 

- Если бы у меня был пистолет, я в него все равно не стал бы стрелять. Он идет, я иду, мы проходим мимо друг друга. В 1996 году, будучи уже гражданским человеком, по линии Российского союза промышленников и предпринимателей я был в Лондоне, но Резуна не искал, чтобы с ним расправляться. И такой задачи мне не ставили.

 

- Я этого не понимаю. Почему?

 

- А что, вы считаете, что я должен был с ним поздороваться?

 

- Застрелить.

 

- Нет. Вывезти в Москву, судить и наказать.

 

- Ну как же нет?! Вы же военный человек!

 

- Я не могу быть судьей и палачом в одном лице. Я не вправе распоряжаться жизнью другого человека.

 

- Разве это палачество, когда военный человек убивает предателя? Вот я этого не понимаю, и, наверное, поэтому я гражданский человек, а не с вами».

 

Елена Рыковцева: Итак, кого следует считать предателем родины? И что считать родиной – тоже вопрос возникает при этом. Разделяете ли вы позицию Игоря Свинаренко насчет того, как поступать с теми, кого он или вы считаете предателями? Это вопрос слушателям.

 

Представляю вам участников нашего разговора. С нами в студии - главный редактор журнала «Медведь», писатель Борис Минаев, который несет полную ответственность за все, что печатается в журнале. С нами на связи с Украины обозреватель этого издания Игорь Свинаренко. На связи из Лондона бывший разведчик, а ныне писатель Виктор Суворов. Я вас по-разному буду называть – то Владимир Богданович, то Виктор Суворов. Уже как привыкли, так и будем. И заочно в нашем разговоре примет участие член Совета по внешней и оборонной политике, бывший военный разведчик Виталий Шлыков.

Борис, вы первым читали этот текст, вас это, конечно же, не шокировало ни на одну минуту, потому что это ваш товарищ, коллега, и почему вы должны удивляться тому, что он там спрашивает?

 

Борис Минаев: Почему не шокировало? Есть тексты очень простые, а есть тексты сложные, и они хороши именно тем, что это сложные тексты, где от читателя требуется такой же интеллектуальный труд, как и от писателя. Тексты Игоря Свинаренко всегда такие, хотя по форме это, как правило, интервью. И в данном случае тоже возникает несколько провокационных или очень сложных, неоднозначных пластов в этом интервью.

 

Дело в том, что поговорить с человеком, который реально работал в советской разведке, удается далеко не каждый день, тем более, поговорить откровенно, тем более, если это начальник нашумевшего Виктора Суворова. И мифология о том, что разведка уничтожает своих агентов, - это и есть предмет этого разговора, насколько эта мифология соответствует действительности. И мифологию эту создают не только американские фильмы, в которых своих агентов разведка уничтожает, а мифологию эту создавал и сам Виктор Суворов в своих книгах. Мифология настолько сильная, что не понятно, где она заканчивается и где начинается реальная жизнь.

 

Поэтому интерес интервьюера к этой теме мне совершенно понятен. И этот кусочек, конечно, надо рассматривать не сам по себе, он ведь напечатан не отдельно в журнале, а вместе со всем интервью. Дело в том, что мы знаем только одну версию перехода Виктора Суворова на ту сторону, то есть его бегство, его исчезновение, называйте как хотите, и эта версия изложена в его книгах.

 

То, как это выглядело со стороны людей, которые вместе с ним реально работали в Москве или в Женеве, были его коллегами, мы никогда не знали. И здесь это абсолютно сенсационная штука, она изложена очень подробно.

 

Елена Рыковцева: Я тоже хочу похвалить – да, это замечательный разговор, внятный, большой. Но я ведь отдельно рассматриваю этот кусок, потому что здесь - тема для дискуссий. Все остальное – это тема для информации. Информация состоит в том, что до сих пор Валерий Калинин не понимает, почему Резун остался на Западе. Он рассмотрел разные варианты развития событий, и в итоге начальник так и не знает, что же произошло с его подчиненным. Конечно, это ценный материал.

 

Борис Минаев: Потому что есть факты, которые противоречат тому, что изложил Виктор Суворов. То есть разгром в его квартире после его исчезновения, и я не знаю, будет ли он сам это отрицать, какие-то детские крики, которые слышали соседи. То есть вначале наша разведка рассматривала версию о похищении, и она сильно противоречит тому, что написал Виктор Суворов.

 

Елена Рыковцева: Это очень интересная тема: что же на самом деле произошло с Суворовым. Мы, если успеем, спросим его, как было на самом деле, в сравнении с тем, что рассказал Игорю Свинаренко Валерий Калинин. Но в первую очередь мы обсуждаем тему – как поступать с предателями.

 

Игорь, мы понимаем, конечно, что такое журналистская провокация, человека можно подначивать. И когда вы один вопрос задаете, вторую реплику, третью – ну, ладно еще, но вот так долбить в одну точку – это уже позиция. Правильно ли я говорю, что мы сегодня обсуждаем вашу позицию по этому поводу? Это – позиция?

 

Игорь Свинаренко: Пожалуй, это позиция. Но только без пафоса, не в таких терминах, что измена родине, возмездие...

 

Елена Рыковцева: А в каких?

 

Игорь Свинаренко: В других терминах, что если офицер спецслужб перешел на сторону противника, то спецслужба должна как-то решить этот вопрос, ликвидировать его. Ничего личного у меня нет к Резуну. Книжки он пишет неплохие, я какие-то читал, даю ему высокую оценку, они забавные. Кстати, многие люди с советской стороны тоже впоследствии признали, что СССР первым хотел напасть на Германию. И что в этом плохого?

 

Елена Рыковцева: Подождите! Но если Валерий Калинин выполнит ваши наказы, Суворов же перестанет книжки писать. Вам не жалко этого писателя потерять?

 

Игорь Свинаренко: Вот израильские спецслужбы, когда они убивают своих противников в разных странах, привозят их, судят и так далее, - это, мне кажется, пример хорошей работы спецслужб. И позиция Калинина мне кажется какой-то неправильной и слишком вегетарианской. В конце концов, что такое разведка? Это же не институт благородных девиц, это не правозащитники, это не носители либеральных ценностей, это же не мальчики в розовых штанишках.

 

Ну, так мы договоримся до того, что мы вообще упраздним военную разведку, и у нас люди будут звонить или писать заявления участковому: «Просим рассмотреть. Нам кажется, что дядя Вася – шпион». В конце концов, они перестанут воровать секретные планы противников. Скажут: «Нехорошо воровать – это нарушение Лунного кодекса, соответствующей статьи». Мне кажется, что если человек работает в спецслужбе и с гордостью об этом рассказывает, а в это время не то, чтобы изменники родины, предатели – в определениях пусть они между собой разбираются - а в это время перебежчики, их товарищи бывшие, с какой-то секретной информацией (хотя Калинин говорит, что у Резуна не было секретной информации) где-то разгуливают на свободе, то надо написать заявление: «Прошу освободить меня от должности в связи с профнепригодностью. Я перехожу в институт благородных девиц».

 

Мне не нравятся такие спецслужбы. Для чего же они нам тогда нужны? Как бюджеты «пилить» и покупать кровати по 30 тысяч долларов – они первые. Как на джипах ездить – они опять же первые. А как взять и найти противника... Если бы я был чекистом, и вдруг... переходим плавно к Калугину: «Знаете, Калугин ходит по Вашингтону, насвистывает и неплохо себя чувствует». Я бы сказал: «Друзья, я сейчас либо снимаю с себя погоны и ухожу из комитета, говорю, что мне стыдно, либо я еду и решаю с ним вопрос там».

 

Елена Рыковцева: Игорь, а вот ваша коллега коллега-журналистка из интернет-издания шантажировала людей компроматом, и ее посадили в тюрьму, и правильно, на мой взгляд. А вы должны теперь перестать заметки писать в газету, или вы туда прорветесь ее убивать, чтобы эта мразь не пачкала нам массмедиа?

 

Игорь Свинаренко: Это несколько из другой оперы, мне кажется.

 

Елена Рыковцева: Не понятно, почему из другой.

 

Игорь Свинаренко: Потому что чекист или разведчик должен делать свою работу, а журналист – свою.

 

Елена Рыковцева: Но закон-то писан для всех. Для них закон, который сегодня не позволяет уничтожать разведчика на территории чужого государства. А для журналистов закон, который не позволяет вам прийти и расправиться с ней в индивидуальном порядке.

 

Игорь Свинаренко: Вот эта девушка-журналистка нарушила некие правила журналистки, и вот ее наказывают. А в данном случае у нас и спецслужбы нарушают правила. Они для чего созданы? Обеспечивать безопасность, а не соблюдение законов. Понимаете, это разные вещи. И в данном случае особисты говорят: «Нам сказали, что нехорошо нарушать закон. И что из этого следует? Из этого следует, что мы отказываемся обеспечивать вашу безопасность». Я говорю: «Так давайте мы закроем тогда вашу контору, раз вы такие умные».

 

Елена Рыковцева: Игорь, я вам еще хороший, позитивный пример привела, когда журналист сидит, а бывает, что он не сидит, а продолжает безобразничать на своем рабочем месте. И тем не менее, мы все при этом продолжаем работать, хотя все про него знаем. Еще раз говорю, что закон писан для всех один, может быть, с какими-то подзаконными актами. Вот Борис говорит, что не один.

 

Борис Минаев: Я смотрю на эту ситуацию со стороны, и я вижу ее таким образом. Существует такая область деятельности – разведка и контрразведка. Мы ничего не знаем о том, чем они там занимаются, вообще ничего. Мы не знаем, в чем состоит их работа, что они делают. Вот в журналистике люди должны уметь писать, задавать вопросы, а там люди должны уметь хранить свои секреты, иначе эта профессия перестанет иметь смысл. И когда мы, наконец, получаем возможность что-то спросить, не то что они сами нам хотят рассказать, как Виктор Суворов, а мы можем что-то спросить, мы хотим узнать, правда ли это, что они до 78-го года наказывали своих агентов, а после 78-го года не наказывали - это, в общем, пример нормальной журналистской любознательности, больше ничего.

 

Елена Рыковцева: Но это же неправда! Даже Игорь согласен, что неправда. А вы за него рассказываете, что он вообще не по этому делу. Нет, это не просто любознательность. Он человека воспитывает, он говорит: «Вы неправы, товарищ, надо по-другому поступать».

 

Борис Минаев: Но он себе представлял разведку именно таким образом. Потому что мы ничего не знаем о разведке.

 

Елена Рыковцева: Игорю Свинаренко всё рассказали, как поступают...

 

Борис Минаев: Лена, работа разведчика моральна? Воровать чужие секреты.

 

Елена Рыковцева: Послушайте, Борис, вы все время хотите объять необъятное - поговорить о сущности работы разведчика, о том, какие события происходили с Резуном. Все это страшно интересно. Но, тем не менее, Свинаренко ставит вопрос о том, как поступать с предателями, с его точки зрения. И он свою позицию очень ясно выражает в этом интервью. Это позиционное абсолютно интервью. А теперь послушайте мнение Виталия Шлыкова, члена Совета по внешней и оборонной политике, он бывший разведчик, которого я спросила, как он оценивает такую позицию, которую выражает, высказывает Игорь Свинаренко.

 

Виталий Шлыков: Вопросы и мнение Свинаренко мне кажутся эмоционально наивными, они порождены, наверное, воспоминаниями 30-ых годов и других славных дел, когда шпионов и агентов истребляли, как тараканов. Если с профессиональной точки зрения, то это, конечно, по крайней мере, непрактично. Даже предателей определяет обычно суд, и не всегда он бывает объективным. Все равно лучше иметь их живыми, чем мертвыми, потому что они все-таки носители информации, и точка зрения на их деятельность иногда может меняться. Но обычно требуют смертной казни для перебежчиков и предателей или обыватели в порыве патриотизма, или сами спецслужбы, которых они предали и которым важна даже не столько месть, сколько концы в воду иногда опустить.

 

Поэтому лучше и практичнее всего приговаривать их или к пожизненному, или к длительному заключению, как это обычно и происходит. Кстати, контрразведка, в том числе и КГБ, обычно не настаивает, а наоборот, пытается оградить от смертной казни разоблаченных шпионов по чисто практическим соображениям. Смотрите, какая вокруг Пеньковского свистопляска опять возникает. Некоторые уже утверждают, что это засланный казачок, суперпатриот и так далее. И возможности в этой мутной воде блистать пером, конечно, большие. Поэтому, наверное, у Свинаренко и корыстный интерес эту тему предательства муссировать и дальше. Непрактично – вот это самое главное. А наказывать надо, и наказывать сурово. Еще Библия предписывала с предателями обращаться – морально его осуждать всячески, но не более.

 

Елена Рыковцева: Ну, бедный Свинаренко пострадал не по своей вине. Это мы тут раздуваем вокруг его интервью эту историю. А он на это как раз, я думаю, не рассчитывал совершенно. Но я еще раз уточнила после того, как записала этого монолог, у Виталия Васильевича Шлыкова. Я говорю: «Виталий Васильевич, вот вы говорите – наказывать. Но наказывают тех, кто на территории Российской Федерации. А он то говорит о тех, кто на свободе на Западе. Как с ними быть?». Он говорит: «Не имеем права мы вторгаться на западную территорию. Раз уж они там гуляют, пусть себе гуляют. Морально осуждать, не более того».

 

Вот это позиция члена Совета по внешней и оборонной политике. Владимир Богданович, передаю вам слово вместе с оценкой Бориса Минаева, который говорит, что вы сами создавали мифологию про то, что уничтожают. То есть вы в своих книгах спорите с существующим порядком вещей, что с 78-го года никто никого не преследует, не расстреливают, не похищают, не убивают. А вы пугаете народ этим.

 

Виктор Суворов: Я народ не пугаю. У меня был хороший друг Саша Литвиненко. Позвонил он мне из госпиталя, говорит: «Слушай, меня немного траванули здесь, слегка, ну, немножечко». Я говорю: «Саша, брось ты! Сейчас я Татьяну свою возьму, мы приедем к тебе в госпиталь». Позвонил я его жене Марине, говорю: «Марина, можно мы в госпиталь приедем?». Она говорит: «Нет, подождите немного». Мы подождали немного, два-три дня, а потом человек умер в страшных мучениях. Вот это небольшая картиночка к тому, что происходит сейчас.

 

А в 78-ом году, когда я убежал, 10 июня это дело было, а 7 сентября в Лондоне скончался Георгий Марков. Так что людей убивают.

 

Елена Рыковцева: Владимир Богданович, вы привели нам два примера, один из которых доказанный, что, да, Маркова убивала разведка, второй – недоказанный. У нас не вошел кусочек текста Шлыкова по поводу Литвиненко, где он как раз и говорит, что такие интервью, такие вопросы, которые подбрасывает Свинаренко, и заставляют думать, что Литвиненко убили спецслужбы, хотя он, Шлыков, не считает, что это они расправились с Литвиненко. Все-таки это, Владимир Богданович, недоказанная история.

 

Виктор Суворов: Хорошо, будем считать, что это не доказано. Но вот Георгий Марков, а это сентябрь 78-го года, - случай доказанный, все следы ведут в одну сторону.

 

Борис Минаев: Я правильно понимаю, что это был болгарский разведчик?

 

Виктор Суворов: Да, конечно. Но Болгария находилась под полным контролем Москвы, это была наша 16-ая республика.

 

Борис Минаев: А вот, например, за действия «Штази» мы тоже отвечаем?

 

Виктор Суворов: Конечно. Германская Демократическая Республика находилась в постоянном, перманентном экономическом кризисе, и только Москва кормила ее за счет советского народа. Туда слали газ, нефть, мясо и все остальное. Поэтому если Советский Союз не желал, то Германская Демократическая Республика этого делать не могла.

 

Борис Минаев: А они всегда спрашивали нас?

 

Виктор Суворов: Все, что делалось в Германской Демократической Республике и в Болгарии, было под контролем Советского Союза. Вот я сейчас вернулся из Болгарии. Я прошу у наших слушателей прощения за такой пример, но они мне рассказали, насколько Болгария была под контролем Советского Союза. Говорят, у них в туалетных комнатах в разведке, в контрразведке было не по одному рулону бумаги, а по два сразу. И когда спрашивали: «А почему по два?», они говорили: «Первый рулон мы для себя используем, а второй, копию, отправляем в Москву».

 

Елена Рыковцева: Здорово.

 

Виктор Суворов: Поэтому все, что творилось в Болгарии, когда убивали болгары своего человека в Лондоне, было под контролем товарища Андропова. Так вот, когда говорят, что разведка не убивает своих бывших разведчиков, которые ушли на другую сторону, то это песня с припевом: «Выгляни в окошко, дам тебе горошка...».

 

Елена Рыковцева: Не верите, понятно. Игорь, я все-таки хочу разобраться. С одной стороны, как вы говорите, у вас есть теоретическая позиция, что они слабые, они неправы, из-за такой вот слабости страну развалили. Но, с другой стороны, практически-то речь идет об очень конкретных людях. Вот писатель, который живет в Лондоне, экскурсовод, который живет в Америке. Все-таки на них всю вашу теорию надо накладывать? Нужно сейчас их выкрадывать, судить, сажать пожизненно, как вы считаете?

 

Игорь Свинаренко: Я думаю, да, конечно. И тогда бы я зауважал и комитет, и власть, и «Единую Россию». Сказали бы: «Вот мы привезли Калугина в железных клетках в Москву, вот они у нас стоят на площади».

 

Елена Рыковцева: Вот они наши «Степаны Разины».

 

Игорь Свинаренко: Давайте мы просто сейчас выясним. Даже, может быть, их грохнуть – уже в крайнем случае, если нельзя достать. А так – привезти. И вот они в Москве. Друзья, давайте обсудим, что такое офицер, который изменил присяге. Может быть, наградить его орденом «За заслуги перед Отечеством»? Дать ему Орден Ленина. Резуну послать в Лондон и сказать: «Ну, старик, бывает – ошибся». А в скобках: мог бы и застрелиться в такой ситуации.

 

Елена Рыковцева: Игорь, я вам личный вопрос задам. А у вас откуда такое трепетное отношение к присяге?

 

Игорь Свинаренко: Оно не очень трепетное. Я офицер запаса, у нас военная кафедра была на журфаке. Я, по-моему, старшим лейтенантом числюсь.

 

Елена Рыковцева: И с тех пор засело что-то такое, заноза, да?

 

Игорь Свинаренко: Я вспомнил ситуацию, когда в 80 каком-то году, во времена Андропова некоторые чекисты пытались меня вербовать, чтобы я «стучал» на товарищей. Не ехал в Лондон разведывать тайны, а «стучал» на товарищей. И я сказал тогда этому офицеру... Представляете, офицер КГБ, майор, а пока мы с ним обсуждали все эти дела, он стал подполковником. И он говорил: «Ты должен «стучать». А вообще это стыдно, когда офицер совершает такие некрасивые поступки: переходит на сторону противника, заставляет другого офицера «стучать» на товарищей. Я спрашиваю: «Скажите, майор, для вас честь офицера – это пустой звук или нет?». Он говорит: «Конечно, не пустой!». Я говорю: «А как вы можете от другого офицера требовать совершения подлого поступка?». Он говорит: «Ну, ладно. Иначе мы же тебе устроим неприятности по работе». Я говорю: «Послушайте, как вы можете требовать от меня подлости...».

 

Елена Рыковцева: И каков был итог? Вы пострадали после того, что отказались «стучать»?

 

Игорь Свинаренко: Я сказал: «Да хрен бы с вами! Я пойду обратно в шабашку работать». Плевал я на эти газеты коммунистические, мало радости было в них работать. И они поняли, что... А я, в принципе, потом все равно это бросил и ушел, потому что надоело, я плюнул и пошел в вольную жизнь, кстати, в диссиденты. И о чем я вам рассказываю - трепетное отношение к присяге. Я пытаюсь везде выискать какую-то справедливость, понимание о чести, порядочности. Меня тянет к людям, которые безупречно порядочны, к которым нет вопросов.

 

Елена Рыковцева: Понятно. Порядочность, с вашей точки зрения, - разобраться с этими перебежчиками, и даже сейчас с ними нужно разобраться. Это порядочно, правильно?

 

Игорь Свинаренко: Они под большим подозрением. А то, что они порядочны, я не возьмусь этого утверждать.

 

Елена Рыковцева: Нет, порядочно с ними разобраться. Жестко разобраться – это порядочно?

 

Игорь Свинаренко: Они непорядочные.

 

Елена Рыковцева: Порядочно сказать этим людям, что они непорядочные. Хорошо.

 

Виктор Суворов: Дело в том, что Игорь Свинаренко предал родину. Я считаю, что, конечно, этого человека нужно привезти в железной клетке...

 

Елена Рыковцева: В Лондон?

 

Виктор Суворов: Можно и в Москву даже. Дело вот в чем. Я напомню ему слова присяги: «Я клянусь до последнего дыхания быть преданным своему народу, своей советской Родине и советскому правительству». Дело в том, что все мы принимали присягу, и он в том числе, не до «дембеля», не до распада Советского Союза, а до последнего дыхания. Так вот, каждый седьмой житель планеты жил в Российской империи. В настоящее время каждый 74-ый. Это результат деятельности преступной власти. И эту власть мы должны были защищать с оружием в руках. Вот он, нарушив присягу, не стал. Струсил, может быть, подкупили его, не знаю, ваучер ему дали какой-то, но он не стал защищать, изменил присяге. Или нужно было сказать, что это преступная власть, и я воюю против этой власти. Чтобы расставить точки над «ё», я вам расскажу совсем небольшую историю.

 

В свое время меня судьба забросила в Болгарию, там вышла моя книга «Ледокол». Как известно, я защищаю честь своей родины. Нас всех представляют полными идиотами: самолеты - гробы, Сталин дурак, ему разведка докладывает, а он не верит, армия обезглавлена, - и так далее. Я выступил против этого. Так вот, вышла книга в Болгарии, я туда прилетел. А в это время там находился один очень-очень большой начальник из Генерального штаба. И ему задают вопрос: «Есть книга патриота России, который говорит, что русские не дураки. Официальная пропаганда говорит, что они дураки и гитлеровские прихвостни, а «Ледокол» говорил, что, нет, готовились на Гитлера напасть, и это дело святое. В нападении на Гитлера ничего плохого нет». И этот большой начальник из Генерального штаба что-то отвечал. Ему задают вопросы и мне задают вопросы. И потом, в конце концов, нас все-таки свели в радиоэфире, как мы сейчас разговариваем.

 

Ничего возразить он мне не мог. И тогда его понесло на тему предательства, что присяге изменил. И тогда я задал ему вопрос: «Гражданин генерал, а что лично вы сделали для развала Советского Союза?». Ох, как он понес!.. «Да я... Да мы... Да честь офицерская... Ой, да присяга, да любовь к Родине...». Я говорю: «Я все понимаю, гражданин начальник, для развала Советского Союза вы не сделали ничего. А для спасения? Что лично вы сделали для спасения Советского Союза?». И тут начальник осекся. И тогда я не сдержался и сказал: «Ты – тюльпан в проруби, который между льдов болтается, ничего не делал ни для спасения Советского Союза, ни для разрушения». И вся Болгария это слышала. Услышали это дело и в Москве. И 18 октября 1996 года первый заместитель министра обороны, начальник Генерального штаба генерал армии Колесников Михаил Петрович указом президента номер 1460 громыхнул со своего поста. Так вот, граждане, перед тем, как обвинять меня в том, что я изменил присяге, вспомните присягу, которую вы сами принимали. Гражданин Свинаренко, вы такой же предатель, как и я. Только я вышел из состава Союза первым, осознавая, что я делаю, а вы уже толпой двинулись за мной. Российская Федерация последовала моим путем – вышла из состава Советского Союза. Люди понимали, что если так и дальше будет продолжаться, то мы все превратимся в стадо обезьян. А если уничтожать тех, кто изменил присяге, то нужно уничтожить все мужское население Советского Союза.

 

Елена Рыковцева: Спасибо, Владимир Богданович, за ваш страстный монолог. И мы слушаем Анатолия Сергеевича из Москвы. Здравствуйте.

 

Слушатель: Добрый день. Я хотел бы сказать, что в стране создана разлагающая обстановка, в которой все руководящие должности заняты людьми, смотрящими на действительность через дензнаки с портретом американских президентов. И в связи с этим, конечно, негласный закон о том, что надо либерально относиться к предателям родины, они принимают под себя. Потому что они все в потенциальной готовности «слинять» на Запад при крайней ситуации в стране. Поэтому, конечно, чтобы не разлагать страну полностью, такой закон должен действовать. Предателей надо наказывать на любой территории, как здесь, так и там, чтобы не было у них искуса совершать такие поступки.

 

Елена Рыковцева: Спасибо большое, Анатолий Сергеевич, за ваше сообщение. Кстати, я тоже однажды подумала, что, действительно, может быть, многие разведчики не исключают, что окажутся на месте перебежчиков, поэтому зачем же жаждать крови? Мало ли что жизнь может подбросить. Люди не зарекаются никогда. Аркадий из Москвы, здравствуйте.

 

Слушатель: Здравствуйте. Меня заинтересовал контраст между клокотанием господина Свинаренко и спокойствием профессионального военного. Я давно заметил, цивильное «патриотье» всегда бывает гораздо круче профессионалов, я, конечно, не имею в виду замполитов. Ну, ясное дело, что воевать языком или пером – это гораздо сподручнее. Те из них, кто наиболее воинственный, наверняка в свое время разными путями от армии «откосили». Я хотел спросить господина Свинаренко об этом, но он, в общем-то, и сам об этом сказал. Так что все ясно, ничего удивительного.

 

Елена Рыковцева: Спасибо, Аркадий. Прочитаю пейджер. Наталья пишет: «Предатели – это те, кто вступает или выходит из организаций ради выгоды материальной. А если же ими руководит идея, то они за нее и жизнь отдадут. А делать убийцами тех, кто их встретил на пути, нельзя. Это суд земной и небесный». А вот сейчас Борис Минаев репутационно расплевывается за своего однофамильца. Ужас один, что пишут!..

 

«Издатель журнала, писатель Минаев – известный мракобес и прислужник. Он использовал священный для каждого верующего Чистый понедельник для рекламы своей гаденькой программы «Честный понедельник», оскорбив тем самым каждого верующего», - пишет Андрей Васильевич, защитник Белого дома. У нас в студии сидит же не Сергей Минаев, а Борис Минаев!

 

Владимир Михайлович, Ульяновск: «Текст Свинаренко провокаторский. Предателей в разведке не бывает, предатели только на войне». Почему-то вот так пишут. «Самое подлое преступление – предательство – нужно карать», - Владимир Берлинов. «Не могу однозначно считать Резуна, Калугина, Литвиненко изменниками и предателями. Перебежчики – это другое дело. У каждого своя причина. Надо все-таки вникнуть в суть, кто и почему оказался на другой стороне, а не рубить с плеча», - так считает Ирина Волкова.

 

«Я думаю, спецслужбы интересуются сейчас не предателями, а их интересует только личное обогащение, - пишет Александр. – Попирают всякие законы, вскрывают наши квартиры, просматривают частную корреспонденцию, попирая тем самым Конституцию. А по-другому они работать не хотят и не могут».

 

«Это хорошо, когда есть предатели, - пишет Сергей Д. – И даже либералы готовы «слить» Россию, не скрывающие своих взглядов. С ними все ясно. А вот когда ренегаты, прикрываясь партбилетами правящих партий, тащат страну в пропасть, по ходу пьесы разворовывая ее, - это, пожалуй, хуже, чем измена».

 

«Нужно действовать жестко, - пишет Савельева, - но не в отношении перебежчиков, не согласных с политикой страны, а в отношении кремлевской власти, которая нарушает Конституцию». «Нежизнеспособность идеологии – главная, но не единственная причина предательства в современном мире», - пишет Сергей.

 

Светлана Ивановна: «Многие наши военные и работники спецслужб давали присягу еще СССР, то есть уже несуществующей стране. Значит, нарушение ее не является преступлением. А раз отменяется страна, то и присяга отменяется». Светлана Ивановна, вот тут вы как раз нас перевели к ответу Игоря Свинаренко Владимиру Резуну.

 

Игорь Свинаренко: Меня даже записали в защитники «Единой России», что неправильно. Я думаю, что, конечно, Резун волнуется, беспокоится, как ему объяснить все случившееся. Одно дело, когда какие-то перебежчики ушли, и такое бывало, я вспомнил, еще при Сталине, и легли на дно. И совершенно другое дело, друзья, когда они стали сотрудничать с разведкой английской или американской. Это две совершенно разные вещи.

 

Да, мы изменили присяге с Резуном, мы не стали защищать социалистическое Отечество, но я и не стал работать на иностранные разведки. И я думаю, что этот вопрос, который я поставил, он очень правильный и хороший. Что же делать с перебежчиками? Кто они – предатели или нет? И я хочу обратить внимание на маленькую фразу из ответов моего собеседника Валерия Калинина в интервью в журнале. Я говорю: «Нужно найти и решить вопрос». Он говорит: «А где же их искать? Как мы их будем искать? Их же, наверное, охраняют». Вот это тоже ключевая фраза. И что касается Резуна. Я повторю, что книги его интересные, безусловно, но вот дебаты с разными людьми... по-моему, с Дымарским у него были какие-то разборки.

 

Есть интересные аргументы у Резуна, но интеллектуально как-то его позиция слаба. И я думаю, что если он будет пытаться себя представлять в белых одеждах, ну, это оскорбляет мой интеллект. Нельзя же на черное говорить «белое». Пускай говорит «серое».

 

Елена Рыковцева: Хорошо. Игорь, спасибо. Я все-таки задам Владимиру Богдановичу вопрос Бориса Минаева по поводу напечатанного в тексте интервью. До сих пор ваш бывший начальник не понимает, почему ваша квартира была разгромлена и почему свои шубы не взяла ваша жена, когда вы убегали в Лондон. Расскажете, Владимир Богданович, сейчас?

 

Виктор Суворов: Нет, не расскажу. Не помню, все забыл.

 

Елена Рыковцева: Ну вот... Виктор Суворов: Разрешите мне по делу рассказать. Дело в том, что с гражданином Свинаренко я здесь полностью согласен, что предателей нужно, конечно, убивать. И если бы я остался там, то я бы, не дрогнув рукой, не дрогнув взглядом, я бы убивал их.

 

Елена Рыковцева: А вы бы кого считали предателями, по каким критериями вы бы их распознавали?

 

Виктор Суворов: Разведка – это инструмент государства. Разведка – это служба безопасности, это сторожевой пес. И вот этот сторожевой пес может спасать детей из огня или же он может служить в концлагере и рвать заключенных, невинных людей. Так вот, разведка, если она работает на правильный режим, - это правильная служба, и ее нужно поддерживать и всячески поощрять. Но если эта разведка работает на преступный режим, то тогда она становится преступной. Так вот, я считал, что преступный режим Советского Союза загнал нашу страну в пропасть. И у меня есть много доказательств. А то, что предателей надо убивать, то тут я с гражданином Свинаренко полностью согласен.

 

Елена Рыковцева: Вот вы сейчас работаете в России, например, или в Советском Союзе, не убегая никуда, не перебегая. Кто предатель?

 

Виктор Суворов: Нужно посмотреть на власть, которая разворовывает страну...

 

Елена Рыковцева: А, вот кого надо уничтожать.

 

Виктор Суворов: Если кто-то слишком уж отличился, украл слишком много народных миллиардов, вот его надо уничтожать.

 

Елена Рыковцева: Подождите! Это воры, это коррупционеры, это грабители, уголовники... Но слово «предатель» несет же другую смысловую нагрузку в русском языке.

 

Виктор Суворов: Если спецслужбы помогают этим ворам, которые разворовывают родину, вот тогда этот человек становится предателем. Я считаю, что служба в КГБ в советское время – это была форма измены родине. То есть чекист, который работал в КГБ и так далее, - это предатель. И их нужно было судить после крушения Советского Союза.

 

Елена Рыковцева: А в ГРУ не предатель?

 

Виктор Суворов: Нет-нет.

 

Елена Рыковцева: Вот у них всегда между собой были разборки.

 

Виктор Суворов: Дело в том, что основная задача ГРУ – это защита страны от внешнего врага. А основная задача КГБ – это защита режима от своего собственного народа. Поэтому чекист всегда был врагом народа. И я считаю, что предатели из КГБ должны предстать перед судом народа. И рано или поздно все эти предатели предстанут.

 

Елена Рыковцева: Ну, это исчерпывающий ответ.

Сергей из Петербурга, здравствуйте.

 

Слушатель: Здравствуйте. Скажите мне, как тебя зовут, и я скажу, кто ты. Когда страной правят такие, как Свинаренко и О’Нищенко, страна так и живет. Господин Свинаренко, почему бы вам не поменять фамилию, скажем, на Агроном или Землевладельцев, наконец?

 

Елена Рыковцева: Сергей, я поняла, что вы шутите. Но я считаю, что это очень высокая оценка заслуг Игоря Свинаренко перед родиной: он правит страной. Борис, какие сотрудники работают в вашем журнале! Я вас могу поздравить.

 

Борис Минаев: Мы тут обсуждаем Свинаренко, как будто он такой вития действительно, пламенный обличитель предательства, и выступает за нашу советскую родину, а на самом деле, благодаря его любознательности мы узнали одну интересную вещь. Мы узнали, что разведка больше не занимается похищениями людей, их уничтожением, и не занимается давно. Это они все отрицают на всех уровнях. И это очень важно. Потому что мифология по-прежнему существует, а жизнь пошла вперед.

 

Елена Рыковцева: Хотя Владимир Богданович в это не верит. Мы завершаем на этом «Час прессы» на волнах Радио Свобода.

http://www.svobodane....t/1967465.html

 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Владимир Резун

 

Владимир Богданович Резун родился в 1947 году в армейском гарнизоне под Владивостоком в семье военнослужащего, ветерана-фронтовика, прошедшего всю Великую Отечественную войну. В 11 лет он поступил в Калининское суворовское училище, а затем в Киевское общекомандное училище. Летом 1968 года получил назначение на должность командира танкового взвода в войска Прикарпатского военного округа. Часть, в которой он служил, вместе с другими войсками округа принимала участие в оккупации Чехословакии в августе 1968 года. После вывода войск из Чехословакии Резун продолжал служить в частях сначала Прикарпатского, а потом Приволжского военных округов на должности командира танковой роты.

 

Весной 1969 года старший лейтенант Резун становится офицером военной разведки во 2-м (разведывательном) управлении штаба Приволжского военного округа. Летом 1970 года как перспективный молодой офицер он был вызван в Москву для поступления в Военно-дипломатическую академию. Он успешно сдал экзамены и был зачислен на первый курс. Однако уже в начале обучения в академии Резун получил следующую характеристику:

 

"Недостаточно развиты волевые качества, небольшой жизненный опыт и опыт работы с людьми. Обратить внимание на выработку необходимых офицеру разведки качеств, в том числе силы воли, настойчивости, готовности пойти на разумный риск"

После окончания академии Резун был направлен в центральный аппарат ГРУ в Москве, где работал в 9-м (информационном) управлении. А в 1974 году капитан Резун был послан в первую зарубежную командировку в Женеву под прикрытием должности атташе представительства СССР при ООН в Женеве. Вместе с ним в Швейцарию приехала его жена Татьяна и дочь Наталья, родившаяся в 1972 году. В женевской резидентуре ГРУ работа Резуна в первое время вовсе не была столь успешной, как об этом можно судить по его книге "Аквариум". Вот какую характеристику дал ему резидент после первого года пребывания за границей:

 

"Весьма медленно осваивает методы разведывательной работы. Работает разбросанно и нецелеустремленно. Жизненный опыт и кругозор малы. Потребуется значительное время для преодоления этих недостатков"Однако в дальнейшем по свидетельству бывшего заместителя резидента ГРУ в Женеве капитана 1-го ранга В.Калинина его дела пошли успешно. В результате он был повышен в дипломатическом ранге с атташе до третьего секретаря с соответствующим повышением оклада, и в порядке исключения срок его командировки был продлен еще на один год. Что же касается самого Резуна, то Калинин отзывается о нем так:

 

"В общении с товарищами, и в общественной жизни [он] производил впечатление архипатриота своей родины и вооруженных сил, готового грудью лечь на амбразуру, как это сделал в годы войны Александр Матросов. В партийной организации среди товарищей выделялся своей чрезмерной активностью в поддержке любых инициативных решений, за что получил прозвище Павлика Морозова, чем очень гордился. Служебные отношения складывались вполне благополучно ... По окончании командировки Резун знал, что его использование планировалось в центральном аппарате ГРУ"

 

Таково было положение вещей до 10 июня 1978 года, когда Резун вместе с женой, дочерью и сыном Александром, родившимся в 1976 году, при неизвестных обстоятельствах исчез из Женевы. Сотрудники резидентуры, посетившие его квартиру, обнаружили там настоящий разгром, а соседи рассказали, что слышали ночью заглушенные крики и детский плач. При этом из квартиры не исчезли ценные вещи, включая большую коллекцию монет, собиранием которых увлекался Резун. Швейцарские власти были немедленно поставлены в известность об исчезновении советского дипломата и его семьи с одновременной просьбой принять все необходимые меры по поиску пропавших. Однако только через 17 дней, 27 июня политдепартамент Швейцарии сообщил советским представителям, что Резун вместе с семьей находится в Англии, где попросил политического убежища.[

 

О причинах, заставивших Резуна совершить предательство, говорят по-разному. Сам он в многочисленных интервью утверждает, что его побег был вынужденным. Вот что, например, он сказал журналисту Илье Кечину в 1998 году:

 

"Ситуация с уходом сложилась следующая. Тогда у Брежнева было три советника: товарищи Александров, Цуканов и Блатов. Назывались они "помощники Генерального секретаря". Что эти "шурики" ему подносили на подпись, то он и подписывал. Брат одного из них — Александров Борис Михайлович — работал в нашей системе, получил звание генерал-майора, не выйдя не разу при этом за рубеж. Но для того, чтобы продвигаться дальше вверх по служебной лестнице, ему необходима была запись в личном деле о том, что он выходил за рубеж. Конечно, сразу же резидентом. Причем самой главной резидентуры. Но он никогда не работал ни на подхвате, ни в добывании, ни в обработке информации. Для успешного продолжения карьеры ему было достаточно побыть резидентом всего шесть месяцев, и в личном деле у него появилась бы запись: "Был женевским резидентом ГРУ". Он бы вернулся в Москву, и на него посыпались бы новые звезды.

 

Все знали, что будет провал. Но кто мог возразить?

Наш резидент был мужик! На него можно было молиться. Перед своим отъездом в Москву он нас всех собрал ... Всей резидентурой мы хорошо выпили и закусили, а в конце пьянки резидент сказал: "Ребята! Я ухожу. Я вам сочувствую, тому, кто будет работать на подхвате у нового резидента: ему принимать агентуру, бюджет. Не знаю, чем это закончится. Сочувствую, но помочь ничем не могу".

 

И вот прошло три недели после приезда нового товарища — и ужасающий провал. Надо было кого-то подставить. Козлом отпущения оказался я. Понятно, что со временем наверху разобрались бы. Но в тот момент у меня выбора не было. Выход один — самоубийство. Но сделай я это, про меня бы потом сказали: "Ну и дурак! Не его ж вина!" И я ушел"

 

В другом интервью Резун особо подчеркнул, что его бегство не связано с политическими причинами:"Я никогда не говорил, что бегу по политическим мотивам. И политическим борцом себя не считаю. У меня была возможность рассмотреть в Женеве коммунистическую систему и ее лидеров с минимальной дистанции. Эту систему возненавидел быстро и глубоко. Но намерения уходить не было.

 

В "Аквариуме" так и пишу: наступили на хвост, поэтому и ухожу"Правда, все вышесказанное мало согласуется с прозвищем Павлик Морозов и перспективами будущего служебного роста. Однако и заявления некого В.Картакова о том, что Резун бежал на Запад потому что его двоюродный брат воровал в одном из украинских музеев старинные монеты, представляющие историческую ценность, а он сбывал их в Женеве, о чем стало известно компетентным органам, выглядит, мягко говоря, неубедительно. Хотя бы потому, что В.Калинин, лично занимавшийся делом Резуна, утверждает, что относительно него "никаких сигналов по линии 3-го управления КГБ СССР (военная контрразведка) и управления "К" КГБ СССР (контрразведка ПГУ) не поступало". Поэтому наиболее вероятной можно считать версию все того же В.Калинина:

 

"Как человек, хорошо знакомый со всеми обстоятельствами так называемого "Дела Резуна" и лично его знавший, полагаю, что в его исчезновении замешаны английские спецслужбы ... В пользу этого утверждения говорит один факт. Резун был знаком с английским журналистом, редактором военно-технического журнала в Женеве. К этому человеку был проявлен с нашей стороны оперативный интерес. Думаю, что встречную разработку вели английские спецслужбы. Анализ этих встреч незадолго до исчезновения Резуна показал, что в это поединке силы были неравными. Резун уступал по всем параметрам. Поэтому было принято решение запретить Резуну встречи с английским журналистом. События показали, что это решение было принято уже поздно, и дальнейшее развитие событий вышло из-под нашего контроля"28 июня 1978 года английские газеты сообщили, что Резун вместе с семьей находится в Англии.

 

Тотчас советское посольство в Лондоне получило указание потребовать от МИД Великобритании встречи с ним. Одновременно в английский МИД были переданы письма Резуну и его жене, написанные их родителями по просьбе сотрудников КГБ. Но ответа на них, как и встречи советских представителей с беглецами не последовало. Неудачей закончилась и попытка отца Резуна, Богдана Васильевича, в августе приехавшего в Лондон, встретиться с сыном. После этого все попытки добиться встречи с Резуном и его женой были прекращены.

 

После бегства Резуна в женевской резидентуре были приняты экстренные меры по локализации провала. В результате этих вынужденных мер более десяти человек были отозваны в СССР, а все оперативные связи резидентуры законсервированы. Ущерб, нанесенный ГРУ Резуном, был значительный, хотя его конечно нельзя сравнить с тем, что нанес советской военной разведке, например, генерал-майор ГРУ Поляков. Поэтому в СССР Резуна заочно судила Военная коллегия Верховного суда и приговорила к смертной казни за измену Родине.

 

В отличие от многих других перебежчиков Резун неоднократно писал отцу, но его письма до адресата не доходили. Первое письмо, которое получил Резун-старший, пришло к нему в 1990 году. Точнее, это было не письмо, а скорее записка: "Мама, папа, если живы отзовитесь", и лондонский адрес. А первая встреча сына с родителями произошла в 1993 году, когда Резун обратился к властям уже независимой Украины с просьбой позволить родителям навестить его в Лондоне. По словам отца его внуки — Наташа и Саша — уже студенты, а сам "Володя как всегда работает по 16-17 часов в сутки. Ему помогает жена Таня, которая ведет его картотеку и переписку"

 

Оказавшись в Англии, Резун занялся литературной деятельностью, выступая как писатель Виктор Суворов. Первыми книгами, вышедшими из-под его пера, были "Советская военная разведка", "Спецназ", "Рассказы освободителя". Но главным, по его словам, произведением стал "Ледокол", книга, посвященная доказательству того, что вторую мировую войну начал Советский Союз. По словам Резуна, впервые мысль об этом пришла к нему осенью 1968 года, перед началом ввода советских войск в Чехословакию. С тех пор он методично собирал всевозможные материалы о начальном периоде войны. Его библиотека военных книг к 1974 году насчитывала несколько тысяч экземпляров. Оказавшись в Англии, он вновь начал собирать книги и архивные материалы, в результате чего весной 1989 года появилась книга "Ледокол.

 

Кто начал вторую мировую войну?" Вышедшая сначала в ФРГ, а потом в Англии, Франции, Канаде, Италии и Японии, она моментально стала бестселлером и вызвала крайне противоречивые отзывы в прессе и у специалистов-историков. Впрочем, освещение дискуссии относительно того, прав или не прав писатель Суворов, не входит в задачу этого очерка. Тому, кого этот вопрос интересует, можно порекомендовать сборник "Другая война. 1939-1945", вышедший в Москве в 1996 году под редакцией академика Ю.Афанасьева.

 

На русском языке "Ледокол" впервые вышел в 1993 году в Москве, в 1994 году то же издательство выпустило продолжение "Ледокола" "День-М", а в 1996 году третью книгу — "Последняя Республика". В России эти книги также вызвали большой резонанс, и в начале 1994 года на "Мосфильме" даже начали снимать художественно-документально-публицистический фильм по "Ледоколу". Кроме вышеуказанных, Суворов-Резун автор книг "Аквариум", "Выбор", "Контроль", "Очищение".

http://www.agentura.ru/dossier/russia/gru/imperia/predateli/rezun/

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Вступление.

Аквариумист

Я предатель, изменник... таких не прощают...

В. Резун, 21 октября 1992 г., Бристол

 

 

Взяться за написание данной книги, являющейся исследованием и своеобразным продолжением «Ледокола», меня подвигла неординарная личность Владимира Богдановича Резуна, который, видимо, из-за сверхскромности присвоил себе псевдоним «Суворов». (До этого, в процессе вербовки и работы на англичан, Резун проходил у них всего лишь как «Наполеон». Так же называлась и вся операция по его разработке, один из руководителей которой позже даже стал заместителем генерального директора британской разведки.) Как очень точно заметил один бывший разведчик (не предатель), чтобы Резун не обвинил меня в связях с СВР (ФБР, НДР, ГДР, БТР и т. д.), как это он фактически сделал в отношении израильского ученого Г. Городецкого, или, что пишу, мол, по указке ГРУ (ЛГУ, ЦРУ, МГУ, ПТУ и т. д.), изложу биографию т. н. «Виктора Суворова» в основном по книге англичанина Г. Брук-Шеперда «Буревестники (!) перестройки». Владимир Богданович Резун родился в 1947 году в армейском гарнизоне близ Владивостока в семье военнослужащего, выходца с Западной Украины. Отец, Богдан Васильевич Резун, герой-фронтовик, который позже проклянет сына за «правду» о войне и не простит (впрочем, сын окажется [4] «выше этого» — он по такому случаю «претензий» к отцу «не имеет»), во время Великой Отечественной войны был курсантом-стажером противотанковой батареи 637-го стрелкового полка 140-й дивизии 36-го стрелкового корпуса 5-й армии Юго-Западного фронта. Учитывая, что большинство родственников отца служили в армии (и надо сказать не рядовыми), неудивительно, что в возрасте 11 лет Володя Резун поступил в Калининское суворовское училище, затем в 1965 году в высшую военную школу в Одессе, где вступил в КПСС. По окончании он был направлен на службу в Прикарпатский военный округ. По его словам, в августе 1968 года в качестве командира роты В. Резун якобы участвовал во вторжении в Чехословакию (это ложь), по возвращении откуда неплохо зарекомендовавший себя в качестве «освободителя» будущий «Виктор Суворов» [5] был направлен в Приволжский военный округ. Оттуда благодаря некоторым полезным связям его протащили в нарушение всех нормативов приема, практически без службы в войсках в Военно-дипломатическую академию Советской Армии. Позже Резун напишет, что, когда учился в военной академии, «имел возможность (и желание) копаться в архивах». Это окажется очередной ложью. Ни в Центральном архиве Министерства обороны, ни в отделе хранения документов Генштаба следов «копания» и присутствия Резуна не обнаружено. Приведенные им в «Ледоколе» ссылки на архивы взяты из книг других авторов. По окончании академии Резун был зачислен в Главное Разведывательное Управление Генерального штаба Советской Армии и в 1974 году под гражданским прикрытием в качестве атташе постоянного представительства отделения ООН, направлен в резидентуру ГРУ в Женеве. Бывший первый заместитель начальника Главного Разведывательного Управления Генерального Штаба генерал-полковник в отставке Анатолий Павлов характеризует Резуна следующим образом: «ГРУ он практически не знает, ибо бывал там периодически в общей сложности в течение 1-1,5 месяца. Не знает он и частей спецназа, т. к. в Приволжском военном округе, где он служил в качестве стажера в разведотделе, таковых просто не было. После окончания специального учебного заведения Резун получил назначение в разведаппарат в Женеве — атташе постоянного представительства отделения ООН. Вот его характеристика за первый год: «Весьма медленно осваивает методы работы, действует разбросанно и нецелеустремленно. Жизненный опыт и кругозор мал. Срок подготовки к решению разведывательных задач [6] продлить...». Его связи в Женеве были мелкими, работа по ним прекращалась. Иногда привлекался к обеспечению работы других разведчиков. Словом, был на «подхвате». В женевской резидентуре ГРУ «аквариумист» проработал четыре года. Валерий Калинин, капитан 1-го ранга в отставке, вспоминает: «В 1973-1978 годах по роду работы мне пришлось неоднократно встречаться с Резуном, рассматривать все материалы, связанные с его автобиографическими данными и оперативными документами по его работе в Женеве. В партийной организации среди товарищей выделялся своей чрезмерной активностью в поддержке любых инициативных решений, за что получил прозвище Павлика Морозова, чем очень гордился. (Как тут не вспомнить проклятие родного отца. — Прим. Авт.) Служебные отношения складывались вполне благоприятно; незадолго до исчезновения был повышен в дипломатическом ранге с атташе до 3-го секретаря с соответствующим повышением оклада, в порядке исключения срок пребывания был продлен еще на один год». Бывшие товарищи Резуна по резидентуре подтверждают, что никаких впечатляющих результатов в вербовочной работе у него не просто не было, но с его «решительностью» и быть не могло. В качестве характерного примера они вспоминают случай, когда Резун принимал участие в тайниковой операции, не зная, что она учебная. Руководителя операции поразило поведение будущего отважного «ниспровергателя святынь» своего народа; он был бледен, трясся от страха. Вынуждены были остановить машину: «Успокойся, Володя, — это учеба», — объяснили ему. Только [7] после этого «мастер вербовок» пришел в себя. Работа в резидентуре ГРУ начинала казаться ему все более опасной. Да и позже, весь период работы на англичан, Резун постоянно боялся разоблачения, опасался досрочного отзыва в Москву за бездеятельность.(Он даже оказался неспособен реализовать предложение англичан помочь ему в вербовке иностранца для повышения престижа в резидентуре ГРУ). Отмечая «муж-женственное» поведение будущего «гей-ниального» писателя, коллеги, по свидетельству бывшего офицера ГРУ А.Кадетова, утверждали, что «он не Резун, а Дристун». * * * Немного освоившись в Женеве (по определению Брук-Шеперда — «центре международного шпионажа») отважный капитан Резун начал налаживать контакты с американскими спецслужбами. Сначала он намекнул «парням из Лэнгли» на глупость Брежнева. «Парней» это не поразило, так как оказалось, что они об этом знали из газет. Скорее их удивила наглость советского «рыцаря плаща и кинжала», взращенного на «совковом» агитпропе и уверенности в непроходимой тупости янки. Не растерявшись из-за неудачи, сообразительный Резун предложил американским «коллегам» коллекционные монеты. Почему-то они не клюнули и на это. Возможно, они забыли, как в свое время другой предатель — Пеньковский точно так же пытался завербоваться в ЦРУ. Однако усилия «аквариумиста» все же не пропали даром. Английская разведка (оказавшаяся «прозорливее», чем американская) занялась комбинированным изучением и обработкой Резуна и его жены. Были умело использованы все червоточины [8] в характере Резуна. Британские спецслужбы окружили их своими людьми (соседи по дому, гаражу), на прогулках в парке рядом с женой и детьми Резуна оказывались англичанки и американки. Наконец, в июле 1977 года капитану удалось завербоваться в английскую разведку. Не американцы, конечно, но, как говорится, на безрыбье и рак рыба. Как правило, подобные вербовки проводились на почве скрытых пороков и склонности к стяжательству. Существенным фактором стала также кинолента, запечатлевшая гомосексуальный акт Резуна с неким Рональдом Фурлонгом. Видеосъемку «акта» производил бывший агент гитлеровского абвера, ставший после войны благодаря английским покровителям высокопоставленным сотрудником швейцарской контрразведки, Фриц Шварцбергер. Шварцбергер не знал, что Фурлонг, слежку и съемку «частной жизни» которого осуществляли его люди, является офицером английской резидентуры СИС в Женеве. (На которую работал и сам Шварцбергер.) Проработал Резун на англичан, согласно Бруку-Шеперду, одиннадцать месяцев. В ночь на 10 июля 1978 года Резун исчез. Вместе с ним исчезла жена Резун Татьяна Степановна и двое детей, дочь 1972 года рождения и сын 1976 года рождения. Как выяснилось позже, они бежали в Великобританию. Дед Василий, после того как стало известно о предательстве внука, не смог пережить такого удара и вскоре повесился в туалете, оставив после себя клочок бумаги, на котором дрожащей старческой рукой были нацарапаны слова: «Иуда, проклинаю». Отец, как и дед, ушедший из жизни раньше срока, незадолго перед смертью сказал автору сериала «Последний миф» В. Синельникову, что его ставший [9] предателем сын «принес семье больше горя, чем Гитлер». * * * Сам Резун объясняет свою измену «неприятием советской системы, шоком после чехословацких событий 1968 года» и, по словам М. Любимова, «прочим навязшим в зубах «джентльменским набором» любого перебежчика, т. к. просто диву даешься, сколько западных шпионов чуть ли не жизнь бескорыстно положили за русскую демократию, правда, удивительно, почему после августа 1991 г. кривая западного шпионажа против демократической России пошла вверх». Что касается пользы, принесенной Резуном английской разведке, то Брук-Шеперд утверждает, что «он настолько много поведал о спецназе ГРУ, что Запад специально проводил маневры «Смелый защитник» по борьбе с этим всепожирающим монстром». Интересно только, куда этот спецназ делся? Не его ли «батальон» имел в виду Паша Грачев, когда обещал взять Грозный и одним махом («за два дня») закончить всю чеченскую войну? Следует также отметить, что в то время на ЦРУ работал генерал-майор ГРУ Поляков и другие видные сотрудники ГРУ, затем выданные Эймсом и расстрелянные КГБ, — все это к тому, что вряд ли рядовой сотрудник резидентуры, который, как уже было сказано выше, никогда не имел к спецназу никакого отношения, нанес какой-то существенный ущерб. Единственное, что четко вырисовывается, — это хорошо развитая фантазия Резуна и склонность к авантюризму а-ля Остап Бендер. Да и причины [10] маневров «Смелый защитник» очень сильно напоминают те, которые послужили созданию «Союза меча и орала». Впрочем, кое-какую пользу своим новым хозяевам Резун все же принес. В частности, он «сдал» англичанам программы обучения, методы работы, кое-что известное ему о структуре управления, фамилии известных ему разведчиков, т. е., по сути, «завалил» резидентуру в Женеве. После его бегства несколько десятков советских разведчиков пришлось отзывать, перемещать и обустраивать на новом месте. Советский суд приговорил бывшего капитана ГРУ, перебежчика Владимира Резуна, за измену Родине к расстрелу. По словам бывшего профессионального разведчика М. Любимова, «сейчас Резун и иже с ним обожают для паблисити поговорить о «вышке». Да, ее получали по приговору военного трибунала почти все перебежчики, однако профессионалы прекрасно знают, что после бегства на Запад убийцы Бандеры в 1961 году закордонные «эксы» были запрещены политбюро (в порядке приятного для любителей мокрых дел исключения убрали лишь Амина во время переворота), о сбежавших предателях говорили с зубовным скрежетом, но никто ликвидировать их не брался, ибо возни много, велик риск политического скандала, к тому же отсутствовал «Запал», как при Хозяине Иосифе. Помнится, после бегства в Лондон в 1971 году сотрудника КГБ О. Лялина даже ориентировку разослали с фото и указанием сигнализировать (и только!) в случае обнаружения... На этом и закончилось. Где ты, Мстящая Рука КГБ и ГРУ? Чистейший миф. Зато публика-дура до сих пор охает и хватается за голову. Если Резун назовет мне хоть [11] одного предателя — а их сонмы! — которого в последние 30 лет покарала бы пресловутая РУКА за кордоном (не дома, тут она горазда!), я сам готов отрубить себе руку и выслать ему дипломатической почтой через английское посольство. Так что разговоры о «ликвидации» оставим для слабонервных вместе с фильмом, где для воспитания советских разведчиков показывают заживо сожженного в крематории Пеньковского — блестящая художественная находка в «Аквариуме». (Кстати, в современной России смертная казнь отменена.) Почему-то вспоминается анекдот о «Неуловимом Джо»: - Вы слышали о Неуловимом Джо, которого не могут поймать уже 25 лет? - Что, так хорошо прячется? - Нет. Просто кому он нужен... * * * Всплывший в Англии (впрочем, справедливости ради отметим, что он никогда не тонул) Резун наотрез отказался встречаться с представителями советского посольства. (Его жена Татьяна позже будет регулярно всплывать в лондонских психиатрических лечебницах). В Англию по просьбе ГРУ выехал отец предателя — отставной офицер и в течение двух недель просил сына о встрече, но тот письменно и на видеопленке отвечал отказом. Нельзя не согласиться со словами Г. Замятина, что «ошибки при подборе учеников относятся к разряду концептуальных, а их последствия — катастрофы. Предательство — катастрофа. Если речь идет об одном человеке, то след предательства — стресс — остается на нем пожизненно и проявляется ежечасно в чувствах, во сне, в делах [12] и словах, становится родом навязчивой идеи, повторяется многократно, как запой. Не случайно в небольшом отрывке из книги «Последняя Республика»... слово «бег» и его производные повторяются 44 раза. В случае с 12 апостолами дело до профессиональной непригодности не дошло. Будучи неверно отобранным, по причине доверчивости Христа, основанной на подобии человека Богу, Иуда не смог познать Учение и сломался, когда занятия подошли к трудной теме — теме прощения врага своего. Тупик в вере всегда порождает тягу к опыту. И опыт состоялся. Знал ли Христос о грядущем предательстве Иуды? Знал, как всегда. Но «ОН взял». Сам решил и ответил за это. Учитель смертью своей развенчал перебежчика и тем спас людей от некомпетентности. Ты, Володя (Резун), пошел дальше. Будучи изначально взят непригодным по причине ошибки отбора и поблистав на учебных полях, ты открыл для себя собственную профессиональную непригодность, получив баранку в виде результатов практической работы. Отчаявшись, ты спутал бездушие нового начальника с подозрением в измене и побежал. Не 30 сребреников, а некомпетентность — причина предательства. Ты прав, когда просишь простить тебя. Дело за Господом». * * * Еще до своего бегства на Запад Резун познакомился с английским журналистом, редактором военно-технического журнала в Женеве «Международное военное обозрение», уже упоминавшимся опытным педерастом Рональдом Фурлонгом. Причиной знакомства стал определенный оперативный [13] интерес к этому человеку со стороны советских спецслужб. Однако и английские спецслужбы вели встречную разработку. Анализ этих встреч незадолго до исчезновения Резуна показал, что силы в шпионском поединке были неравны: Резун уступал англичанину по всем параметрам. Поэтому было принято решение запретить Резуну встречи с английским журналистом. События показали, что это решение было принято уже поздно, и дальнейшее развитие событий вышло из-под контроля. Пока Резун искал с Фурлонгом общий язык, хитроумный британец, как говорится, зашел к муж-женственному капитану (получившему первый гомосексуальный опыт еще в бытность курсантом{1}) с тыла. Кстати, если верить О. Гордиевскому (тоже беглому предателю) и близкому к нему К. Эндрю, то практически все сотрудники британских спецслужб, работавшие с Советами(начиная с семейства Филби) были педерастами. Думается, Гордиевский в данном вопросе достаточно компетентен. Сбежал ведь он не в Гамбург, а в Лондон. В учебнике «корифея шпионской науки» Фараго, написанном в 1954 году для сотрудников ЦРУ, говорится (пункт 5), что «оптимальным объектом для вербовки является глубоко убежденный в своем высоком призвании литератор, которого осыпают деньгами за производимую им литературу, независимо от того, стоит она того или нет». Эти слова как нельзя лучше подходят к считающемуся автором почти десятка книг «Виктору Суворову». Недаром, анализируя язык этих изданий, [14] эксперты пришли к тому, что «они написаны разными людьми, скорее, группами людей». В частности: «специалистами проведено изучение и сопоставление книг Резуна («Суворова») «Аквариум» и «Ледокол». Анализ содержания, фактуры, стиля и целевых установок привел экспертов к однозначному выводу: книги написаны разными людьми, скорее всего, разными группами западных специалистов. В первом случае — от разведки и контрразведки, во втором — оперативно-стратегического звена. Участие лично Резуна чувствуется в отдельных литературных приемах, жаргоне, междометиях, выделениях ключевых слов и фраз крупным шрифтом». Говоря о книгах Резуна, следует процитировать слова сотрудника ЦРУ Филиппа Эйджи: «Черная пропаганда — это анонимный материал, приписываемый несуществующему источнику, или сфабрикованная информация, приписываемая источнику реальному». * * * О «популярности» книг «Виктора Суворова» на Западе среди нормальных людей говорят следующие факты: «День-М» до сих пор не издан на английском языке (!); в действительно демократических западных государствах «трактовка истории» в стиле «Ледокола» негласно преследуется законодательством, все серьезные европейские ученые-историки, и в первую очередь — английские, считают «Ледокол» «откровенной фальшивкой». Сам собой возникает вопрос: зачем Резуну подобное «сочинительство», да еще в таких количествах? Ответ, думается, прост: чтобы не пополнить [15] ряды английских безработных. Вспомните опыт Шахерезады. Зачем макулатура, подписанная именем «Виктор Суворов», западным спецслужбам, тоже не является тайной. Миф о кровожадных планах Сталина относительно захвата Германии и всей Европы в июле 1941 года оказался весьма кстати для ряда политиков и профессионалов психологической войны. Западного налогоплательщика надо держать в страхе, чтобы он не жалел денег на борьбу с таким «монстром», как ГРУ; пересмотр ялтинских соглашений нуждается в «документальной основе» и т. д. С одной стороны, появление «Ледокола» (основой которого стала «сенсационная» статья, опубликованная в 1985 году в издаваемой в Париже на деньги спецслужб эмигрантской газете «Русская мысль») было выгодно тем силам в Европе, которые хотели ослабить пропагандистское влияние горбачевской «перестройки», не допустить потепления политического климата. Миф об извечном коварстве русских, о всегдашних агрессивных планах Кремля мог и дальше подпитывать изрядно потускневший «образ врага». С другой стороны, в Германии начались бурные дебаты о характере и ходе немецкой истории и природе немецкого нацизма. Частью германских ученых неофашистского толка была предпринята попытка реабилитации нацистского режима. Участник так называемого «спора историков» профессор Нольте, например, призвал «отказаться считать нацизм необычным и не имеющим оправдания явлением», приводя пример «параллелизма в истории других стран, в частности «классовые убийства», совершавшиеся большевиками, и «искоренение [16] Сталиным целых групп населения». Тот же Нольте расценивал внешнюю политику Гитлера как «вполне рациональную и отвечавшую интересам немецкого государства ввиду угрозы с Востока..» В этих условиях идеи Резуна были с восторгом подхвачены многими неофашистами из числа т. н. «ревизионистов», в том числе и в Германии. Например, искреннее удивление у западных ученых вызвало сообщение известного американского историка — «ревизиониста» о том, что «взгляды Резуна не являются в США политически корректными», в то время как в России они фактически положены в основу одного из наиболее «политически корректных» и «прогрессивных» изданий, выпущенных на грант Фонда Форда. Однако «случай» в Германии сложнее — те, кто там поддерживает Резуна, пытаются каждый раз отмежевываться от неонацистов, которые видят в «Ледоколе» оправдание не столько Германии, сколько именно нацизма и Гитлера. «Неонацисты в Германии вынуждены вести себя очень осторожно из-за опасности постоянных преследований со стороны властей, но их товарищам за границей легче. Английский неонацистский журнал «Руна» (The Rune) поместил восторженный отклик на английский перевод «Ледокола» своего ведущего автора Пола Балларда, который явно не специалист в области истории. Поэтому неудивительно, что Баллард ограничился лишь пересказом отдельных положений книги. Столь же восторженно оценил ее известный канадский публицист немецкого происхождения Эрнст Цюндель, не скрывающий своих симпатий к германской стороне в годы войны и также не являющийся ученым-историком». [17] По словам Г. Городецкого, книга Резуна «написана в процветающем жанре заговорщицкой психологии. Она внушает читателю, что значимые события нельзя объяснить обычными категориями; теория заговора, или заговорщицкий менталитет, превосходит ординарные свидетельства. Заговорщицкая психология, или «история, рассказанная в виде народного мифа», исключительно действенна во время перехода от тоталитаризма к демократии. Теория заговора в том или ином обличий легко завоевывает умы и не воспринимает опровержения, с особой силой она проявляется при объяснении ключевых моментов истории, насыщенных информацией и фактами и тем самым подверженных постоянным ревизиям». Резун, видимо, недаром начал занятие информационно-аналитической работой с написания глубокомысленного реферата «Сионизм и разведка». Фактически теория заговора предназначена для работы с т. н. низовым уровнем массового сознания («кухонные» разговоры, сплетни, слухи и т. п.). В литературе подобного сорта обычно действуют всемогущие злодеи (Фантомас, Фу Манчи, Мировое правительство и т. д.), организующие всевозможные заговоры («сионистские», «империалистические», «масонские» и т. п.). В «Ледоколе» роль злодея Фантомаса отводится Сталину, ну а заговор соответственно не «сионистский», а «коммунистический». В данном случае неважно, соответствует ли написанное действительности. Утвердившись в массовом сознании благодаря своей доходчивости, «народный миф» готовит почву для появления «документов», «оправдывающих», [18] например, пересмотр территорий. Вескость ему, как правило, придают самолеты «миротворцев». В принципе, «Ледокол» представляет собой попытку на основе одной из версий Гитлера, прозвучавшей в его обращении 22 июня 1941 года, показать, что истинными виновниками второй мировой войны были Сталин, СССР, Россия, коммунисты. Эту версию Геббельс впервые озвучил на пресс-конференции в Берлине 22 июня 1941 года. По заданной схеме подобраны многочисленные повторяющие друг друга сведения, давно опубликованные в СССР или за рубежом, но представленные тенденциозно, сенсационно. Например, Гитлер изображен как инструмент в руках Сталина («ледокол»). Из этого следует, что Резун и те, кто стоит за его спиной, поставили себе неразрешимую задачу — опровергнуть добытые мировой наукой за пятидесятилетний период знания об истоках и причинах второй мировой войны. Есть банальный исторический анекдот. Царь Петр I въезжает в город Архангельск, а колокола не звонят. Он спрашивает об этом у встречающего городничего. Тот оправдывается: «Тому есть 21 причина. Первая — в городе нет колоколов. Вторая...». «Хватит, первой причины хватит», — остановил его царь. Сегодня критика «Ледокола», «Дня М» и других книг «Виктора Суворова» сводится к этому анекдоту. Резун «доказывает», что Сталин хотел напасть на Гитлера первым и «опоздал» всего на неделю. В те годы в СССР официальной причиной поражения в начале войны была версия Жукова — [19] Сталин, дескать, Советский Союз не готовился к отражению удара. Поэтому приказы Тимошенко и Жукова на подготовку к обороне были недоступны историкам. Сейчас они известны, и весь труд Резуна по этой причине перестал стоить выеденного яйца. Бессмысленно приводить остальные причины неправоты главного утверждения этих двух опусов. Г. Городецкий (профессор истории, директор Каммингсовского Центра по изучению России и Восточной Европы Тель-Авивского университета, президент Израильской ассоциации славистиков. Образование, полученное в Еврейском университете в Иерусалиме, завершил защитой докторской диссертации, посвященной советской внешней политике 20-х годов. В 1979-1980 гг. работал в Колледже Св.Антония (Оксфорд), в 1986-1987 гг. — в центре Вильсона (Вашингтон). В 1986-1993 гг. — академический советник Штабного колледжа Сил обороны Израиля) в своей книге «Миф «Ледокола», кстати, хотя и обсуждает «Ледокол» и «День М» более широко, но в конечном итоге тоже сводит разговор к этому прямому подтверждению. Кстати, в связи с этим возникает резонный вопрос: зачем же тогда Городецкий написал свою книгу? Может быть, он «честный историк»? Отнюдь. Когда речь идет о пропаганде против СССР, он не стесняется. Скажем, не моргнув глазом, врет, что Рудольф Гесс умер, хотя тот был убит в тюрьме, врет, что документы переговоров Гесса с правительством Британии в мае 1941 года доступны сегодня историкам, хотя значительная часть этих документов в 1987 г. была снова засекречена до 2017 г. Тогда почему же он тратит силы на разоблачение такого же, как он, пропагандиста? Резун не прав? Ну и что? Можно же сделать вид, что его не читал. [20] Дело в том, что, по словам Ю. Мухина, пропаганды, как и рекламы, не бывает «вообще». Пропаганда специально направляется на определенные группы, поскольку одни и те же сведения у разных групп населения вызывают противоположный результат. «Виктор Суворов» предназначен для читающей части граждан СССР с минимальным интеллектуальным запасом. Эти люди интересуются историей поверхностно и не в состоянии ни понять фактов, ни оценить выводов. Для них А.Дюма с «Тремя мушкетерами» — тоже историк. А бойкий стиль письма Резуна и обилие этих «фактов» делают для них его идеи убедительными. Но есть ведь и другая группа читателей — тех, кто сам способен оценить факт. У этих «Виктор Суворов» оставит такое чувство омерзения от его глупости, что это чувство не может быть не переложено и на остальных западных «честных историков». Вот Городецкий и вынужден открещиваться от Резуна, зная, что его собственную книгу — онаученную, т. е. написанную суконным языком с библиографией — первая группа читателей все равно читать не будет. Сходная ситуация и с академиком Академии военных наук и профессором МГИМО МИД РФ Анфиловым, который, похоже, настолько брезглив, что книжки Резуна и не читал. Только так можно объяснить его вольное обращение с материалом, если он пишет: «Наличие большого количества танков отнюдь не свидетельствует о подготовке агрессии». А ведь Резун этого никогда не утверждал. Создается впечатление, что, публикуя статьи Анфилова, наша «свободная пресса» пытается подсунуть под Резуна академика с целью оправдать то, что автор «Ледокола» всех называет дураками и [21] дать ему подсказку написать еще одну книгу, на этот раз с названием «Последствия генетической катастрофы в России». Впрочем, зная стиль Резуна, можно предположить, что он назовет ее «Родовая травма». * * * Однако давайте предположим, что «В. Суворов» прав. И что же доказано? Только одно — СССР готовился к наступательным действиям в будущей войне. Между тем требовалось доказать совершенно другое, а именно: Сталин готовил агрессию. Лишь дилетанты могут считать, что это одно и то же. Кстати, эта недопустимая для исследователя подмена предмета доказательства отно сится не только ко всей системе аргументации Резуна, но и к военно-техническим аспектам книг «Виктора Суворова». Представляется, что для специалиста обнаружение искажений и ошибок в абсолютном большинстве основных положений его книг, а также подбор весомых контраргументов не представляет сложной научной задачи. Сам Резун и его хозяева, видимо, это хорошо понимают, что и заставляет их делать упор на эмоции, свойственные, как правило, непрофессионалам. Услугу оказывают им и те, кто, идя у них на поводу, начинают поносить и проклинать «Ледокол» (к чему «Виктор Суворов», собственно, и призывает). Только в такой обстановке невежество и обман могут преобладать над знаниями, логикой и здравым смыслом. Например, «Ледокол»: «в марте 1918 года Ленин заключает Брестский мир с Германией и ее союзниками. В это время положение Германии уже безнадежно. Понимает ли это Ленин? Конечно, поэтому и подписывает мир...». Если Ленин так все [22] прекрасно «понимает», то зачем подписывает — чтобы Россия не была в числе победителей Первой мировой войны? Да, все это «понимает», видимо, один лишь Резун. Здесь, по словам А. Ланщикова, налицо почти медицинский синдром: простой жизненный факт (победил народ, но не коммунизм) вызывает одинаковое отторжение и у коммунистов-ортодоксов, и у ортодоксов-некоммунистов. Первые, кажется, готовы погибнуть, удушив в объятиях Победу. Вторые не прочь закопать ее вместе с коммунизмом — в одной могиле. Тут они вновь сходятся лоб в лоб, как на Курской дуге. Ведь та и другая сила сознательно зашорены и взнузданы своими агитационно-пропагандистскими задачами. И при таком вот повороте отчетливо видно: новейшая концепция, изложенная в «Ледоколе», есть не что иное, как ТЩАТЕЛЬНО ВЫВЕРНУТЫЙ наизнанку «Краткий курс истории ВКП(б)». Ведь и метод-то един: либо взвалить все на Гитлера и Запад (и тогда Сталин с коммунизмом хорошие), либо — на Сталина ( и тогда не Гитлер и Запад, но «величайший гений» и СССР абсолютно плохие). Действительно, обычно две части формулы, описывающей действие и противодействие, объединены знаком равенства. Именно этот знак и видит Резун. Но манипулировать математическими знаками в отрыве от физической и исторической сути формулы — худший вид мошенничества, т. к. это мошенничество псевдонаучное, не различающее причину и следствие лишь для того, чтобы поменять их местами и объявить защищающегося агрессором. [23] http://militera.lib.ru/research/surovov/pre.html

 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

ЗА ЧТО ПОЧЕТ ИЗМЕННИКУ РОДИНЫ?

Недавно вышла из печати книга "Перебежчики" с подзаголовком "Заочно расстреляны". Она о тех разведчиках, которые предали интересы государства и перешли на сторону его врагов. Раньше их называли просто предателями Родины, теперь попроще и завуалированной. Многие нынешние демократы склонны изображать их борцами с тоталитаризмом, якобы своим предательством способствовавшими разрушению этого самого тоталитаризма. Но правда в том, что большинство из них клеймены каиновой печатью, на оттиске которой значатся такие слова, как "алкоголик", "карьерист", "бабник", "стяжатель", "трус" и тому подобное.

Каждое бегство-предательство причиняло государству серьезный ущерб, так как перебежчик неизменно раскрывает деятельность, структуру и методы своей разведслужбы, а значит, надолго парализует ее деятельность. Но справедливости ради надо сказать и о других. Трудно представить себе академика Сахарова перебрасывающим портфель с секретной документацией по ядерному потенциалу через ограду посольства какой-нибудь западной державы, а генерала Григоренко - тайно фотографирующим секретные документы Генштаба. Эти люди открыто высказывали свои убеждения, прекрасно сознавая, какая судьба их ожидает. Кстати, ни тот, ни другой не были осуждены как предатели Родины.

"На этом фоне еще более жалким и беспомощным выглядит лепет предателей о высоких идеалах демократии и светлого будущего их бывшей Родины, - отмечают авторы. - Впрочем, углубляться в психологическую подоплеку измены стране, народу, присяге не входит в задачу авторов. Мы предоставляем эту возможность читателям и ограничимся лишь изложением фактов, которые были обнародованы в последние десятилетия".

Список перебежчиков не так уж мал. Есть в нем и малознакомая фамилия - Владимир Богданович Резун. Он бежал в Англию в 1978 году. Впрочем, этого человека знают больше под псевдонимом. Но все по порядку.

Резун родился в 1947 году в армейском гарнизоне близ Владивостока в семье военнослужащего, ветерана-фронтовика, прошедшего всю Великую Отечественную войну, В 1958 году он поступил в Воронежское суворовское училище. В 1963 году, в связи с расформированием училища, две роты воспитанников перевели в Калининское суворовское училище. В их числе оказался и Резун. В 1965 году он поступил в Киевское высшее общевойсковое командное училище, а по его окончании, летом 1968 года, получил назначение на должность командира танкового взвода в войска Прикарпатского военного округа. Часть, в которой он служил, вместе с другими войсками округа, была введена в Чехословакию в августе 1968 года (так утверждает сам Резун. По другим данным, подразделение, в котором он служил, так и не пересекло границу Чехословакии). Вслед за этим Резун получил назначение на должность командира танковой роты.

В 1970 году старший лейтенант Резун проходил стажировку во 2-м (разведывательном) отделе штаба Приволжского военного округа. В 1971 году как перспективный молодой офицер он был рекомендован для поступления в Военно-дипломатическую академию. Он сдал вступительные экзамены и был зачислен на первый курс. Однако уже в начале обучения в академии Резун получил следующую характеристику:

"Недостаточно развиты волевые качества, небольшой жизненный опыт и опыт работы с людьми. Обратить внимание на выработку необходимых офицеру разведки качеств, в том числе силы воли, настойчивости, готовности пойти на разумный риск".

После окончания академии Резун был направлен в центральный аппарат ГРУ в Москве, где работал в 9-м (информационном) управлении. А в 1974 году капитан Резун отправился в первую зарубежную командировку в Женеву под прикрытием должности атташе представительства СССР при ООН в Женеве. Вместе с ним в Швейцарии находилась жена Татьяна и дочь Наталья, родившаяся в 1972 году. В женевской резидентуре ГРУ работа Резуна в первое время вовсе не была столь успешной, как об этом можно судить по его книге "Аквариум". Вот какую характеристику дал ему резидент после первого года пребывания за границей:

"Весьма медленно осваивает методы разведывательной работы. Работает разбросано и нецелеустремленно. Жизненный опыт и кругозор малы. Потребуется значительное время для преодоления этих недостатков".

Однако в дальнейшем, по свидетельству бывшего заместителя резидента ГРУ в Женеве капитана 1-го ранга В.Калинина, его дела пошли успешно. В результате он был повышен в дипломатическом ранге с атташе до третьего секретаря с соответствующим повышением оклада, и в порядке исключения срок его командировки был продлен еще на один год. Что же касается самого Резуна, то Калинин отзывается о нем так: "В общении с товарищами, и в общественной жизни(он)производил впечатление архипатриота своей Родины и Вооруженных Сил, готового грудью лечь на амбразуру, как это сделал в годы войны Александр Матросов. В партийной организации среди товарищей выделялся своей чрезмерной активностью в поддержке любых инициативных решений, за что получил прозвище Павлика Морозова, чем очень гордился. Служебные отношения складывались. вполне благополучно... по окончании командировки Резун знал, что планировалось его использовать в центральном аппарате ГРУ".

Таково было положение вещей до 10 июня 1978 года, когда Резун вместе с женой, дочерью и сыном Александром, родившимся в 1976 году при неизвестных обстоятельствах исчез из Женевы. Сотрудники резидентуры, посетившие его квартиру, обнаружили там полный хаос, а соседи рассказали, что слышали ночью приглушенные крики и детский плач. При этом из квартиры не исчезли ценные вещи, включая большую коллекцию монет, собиранием которых увлекался Резун. Швейцарские власти были немедленно поставлены в известность об исчезновении советского дипломата и его семьи с одновременной просьбой принять все необходимые меры по поиску пропавших. Однако только через 17 дней, 27 июня, швейцарские власти сообщили советским представителям, что Реэун вместе с семьей находится в Англии, где попросил политического убежища.

Причины, заставившие Резуна совершить предательство, трактуются по-разному. Сам он в многочисленных интервью утверждал, что его побег был вынужденным. Вот что, например, он сказал журналисту Илье Кечину в 1998 году:

"Ситуация с уходом сложилась следующая. Тогда у Брежнева было три советника: товарищи Александров, Цуканов и Блатов... Брат одного из них - Александров Борис Михайлович - работал в нашей системе, получил звание генерал-майора, не выезжая ни разу при этом за рубеж... Для успешного продолжения карьеры ему было достаточно побыть резидентом всего шесть месяцев, и в личном деле у него появилась бы запись: "Был женевским резидентом ГРУ". Он бы вернулся в Москву, и на него посыпались бы новые звезды.

Все знали, что будет провал. Но кто мог возразить?

Наш резидент был мужик!.. Перед своим отъездом в Москву он... сказал: "Ребята! Я ухожу. Я...сочувствую тому, кто будет работать на подхвате у нового резидента: ему принимать агентуру, бюджет. Не знаю, чем это закончится. Сочувствую, но помочь ничем не могу".

...Прошло три недели после приезда нового товарища - и ужасающий провал... Козлом отпущения оказался я... со временем наверху разобрались бы. Но в тот момент у меня выбора не было. Выход один - самоубийство. Но... потом сказали бы: "Ну и дурак! Не его же вина!" И я ушел".

В другом интервью Резун особо подчеркнул, что его бегство не связано с политическими причинами:

"Я никогда не говорил, что бегу по политическим мотивам. И политическим борцом себя не считаю. У меня была возможность рассмотреть в Женеве коммунистическую систему и ее лидеров с минимальной дистанции. Эту систему возненавидел быстро и глубоко. Но намерения уходить не было. В "Аквариуме" так и пишу: наступили на хвост, поэтому и ухожу".

Правда, все вышесказанное мало согласуется с прозвищем Павлик Морозов и перспективами будущего служебного роста. Есть версия о том, что Резун бежал на Запад, потому что его двоюродный брат воровал в одном из украинских музеев старинные монеты, представляющие историческую ценность, а он сбывал их в Женеве, и компетентные органы об этом проведали. Другую версию выдвинул В.Калинин, лично занимавшийся делом Резуна. Он утверждает, что "никаких сигналов по линии 3-го управления КГБ СССР (военная контрразведка) и управления "К". КГБ СССР (контрразведка ЛГУ) не

поступало": "...Полагаю, что в его исчезновении замешаны английские спецслужбы... В пользу этого утверждения говорит один факт. Резун был знаком с английским журналистом, редактором военно-технического журнала в Женеве. К этому человеку с нашей стороны был проявлен оперативный интерес. Думаю, что встречную разработку вели английские спецслужбы. Анализ этих встреч незадолго до исчезновения Резуна показал, что в этом поединке силы были неравными. Резун уступал по всем параметрам. Поэтому было принято решение запретить Резуну встречи с английским журналистом. События показали, что это решение было принято слишком поздно, и дальнейшее развитие событий вышло из-под нашего контроля".

Двадцать восьмого июня 1978 года английские газеты сообщили, что Резун вместе с семьей находится в Англии. Тотчас советское посольство в Лондоне получило указание потребовать от МИД Великобритании встречи с ним. Одновременно в английский МИД были переданы письма Резуна и его жене, написанные их родителями по просьбе сотрудников КГБ. Но ответа на них, как и встречи советских представителей с беглецами, не последовало. Неудачей закончилась и попытка отца Резуна, Богдана Васильевича, в августе приехавшего в Лондон, встретиться с сыном. После этого все попытки добиться встречи с Резуном и его женой были прекращены.

После бегства Резуна в женевской резидентуре были приняты экстренные меры по локализации провала. В результате этих вынужденных мер более десяти человек были отозваны в Москву, а все оперативные связи резидентуры законсервированы. Ущерб, нанесенный ГРУ Резуном, был значительный, хотя его нельзя сравнить с тем, который причинил советской военной разведке, например, генерал-майор ГРУ Поляков. Поэтому в СССР Резуна заочно судила Военная коллегия Верховного суда и приговорила к смертной казни за измену Родине.

Оказавшись в Англии, Резун занялся литературной деятельностью, выступая под псевдонимом Виктор Суворов. Первыми книгами, вышедшими из-под его пера, были "Советская военная разведка", "Спецназ", "Рассказы освободителя". Но главным произведением, по его словам, стал "Ледокол", книга, в которой он "доказывает, что Вторую мировую войну развязал Советский Союз".

Да, до изменника Родины Резуна никто не мог додуматься до такой "идеи". Книга вышла весной 1989 года сначала в ФРГ, а потом в Англии, Франции, Канаде, Италии и Японии и стала бестселлером. Естественно, этот опус вызвал крайне противоречивые отзывы не только специалистов-историков, но, как говорится, и простых граждан. "Помои", вылитые на головы победителей фашизма, действительно, были кислыми и ядовитыми, но пришлись кстати: в СССР во всю разворачивалась кампания осквернения всего патриотического. Книга шла нарасхват и стала одним из массированных ударов; разваливших Союз. Так предатель стал героем. Мы сами вознесли его, забыв свою историю, наплевав на подвиг отцов и дедов, матерей и сестер, на десятки миллионов погибших наших соотечественников в развязанной Гитлером кровавой бойне, признав, что у нас позорная история. Но пусть хотя бы кто-нибудь нашел народ, который бы не боролся за свои приоритеты. О проблемах исторических приоритетов хорошо сказал в свое книге "Белый Конь Апокалипсиса" ("ЛИО Редактор", СПб., 1999 г.) Олег Гусев: "История всегда идеологична, хотим мы этого или нет. Позорная история - начало духовного порабощения народа, вслед за которым неизбежно подкрадывается и физическое. Поэтому ни у одного народа в мире, даже у самого захудалого африканского племени, нет плохой истории".

Нам же ее стараются внушать ежедневно. Правда, в последнее время тактика несколько изменилась, но цель остается прежней - духовное порабощение народа, от которого до физического всего лишь один шаг. Приведем еще один отрывок из книги "Гильотина для бесов":

"20 декабря 1999 г. по "НТВ" демонстрировался фильм, слепленный Е.Киселевым, посвященный 120-летию со дня рождения Сталина. Меня несколько удивил этот фильм тем, что уже не было завываний об уничтожении "выдающихся" командиров Красной Армии накануне войны и о плохом вооружении. Теперь демократы все повернули с точностью до наоборот. Оказывается, у нас была прекрасная армия и отличное оружие, но в силу "идиотизма" Сталина армия не была готова к внезапному нападений немцев. Правда, не говорилось, кем было создано отличное оружие и боеспособная армия: это произошло как бы само собой, вопреки воле "диктатора". И совсем глупо выглядело обвинение в том, что у Сталина был план под кодовым названием "Грант" для нападения на Германию, что и спровоцировало Гитлера на преждевременное нападение. Подобный бред растиражирован в демократической России в виде опусов бывшего сотрудника спецслужб СССР, предателя-перебежчика В.Суворова (Резуна). Последние опусы Резуна "доказывают", что армия Гитлера была слабой, а ее генералы были недалекими идиотами вместе со своим вождем. Посыл Резуна ясен: Советская Армия боролась со слабым противником. Только почему под эту "слабую" армию легла вся "цивилизованная" Европа, не ясно..." В следующем номере редакция опубликует мнение фашистского командования о том, когда у Гитлера появилась мысль о нападении на СССР, которую он и осуществил в июле 1941 года.

 

 

Газета "Кубань сегодня" от 27 июля 2001 г.

 

Войну затеял Гитлер вопреки домыслам предателя Резуна, о котором наша газета рассказала в прошлом субботнем выпуске. В книге "Ледокол", изданной за рубежом, предатель Резун "доказывает", что Вторую мировую войну развязал Советский Союз. До изменника Родины Резуна никто не мог додуматься до такой "идеи". Даже наши враги...

Чтобы объективно разобраться в причинах начала войны с СССР, обратимся к мнению самих немцев. Приведем мнение известного генерал-полковника Хейнца Гудериана. Так как главка из мемуаров Гудериана содержит множество любопытных деталей, процитирую ее полностью:

"Как возникло решение Гитлера о нападении на Советский Союз?

После прихода к власти фашистов в Италии и национал-социалистов в Германии, казалось, что против идеологии большевизма найдено новое сильное Оружие - идея свободного социализма. Носители этой новой идеи, и особенно сам Гитлер, были настолько проникнуты ею, что считали возможным решить проблему создания нового порядка в Европе путем войны. Утверждения о непобедимости Красной Армии вызывали у Гитлера и его сообщников желание опровергнуть их на деле. Однако непосредственной причиной для принятия такого решения было не это. Гитлер замышлял обеспечить для планируемой их "Великой германской империи" необходимое "жизненное пространство". Эта идея не встретила сочувствия у западных держав, и началась война. Попытки Гитлера помириться с западными державами после войны с Польшей провалились. Таким образом, весной 1940 года Гитлер был вынужден начать войну с Западом. Первое наступление немецкой армии привело к большому и быстрому успеху, какого немецкое командование совершенно не ожидало. К сожалению, возможность развить успех со всей быстротой и ударной силой, свойственной современным подвижным войскам, была упущена. Благодаря этой ошибке англичане сумели спасти основные силы своих войск, уведя их на остров, но оставив при этом на континенте всю военную технику.

Была упущена и возможность непосредственно после успешного завершения войны с Францией окончательно устранить Англию как противника либо путем заключения мира, к которому англичане не проявляли никакой склонности, либо высадкой десанта на побережье Северной Африки и Продолжением операций в направлениях на Каир, Суэцкий канал и Гибралтар с предварительным захватом Мальты. Десантная операция против Англии, так называемая "операция Зее-лёве", ввиду своей непродуманности не обещала решительных успехов, ибо состояние морских приготовлений и боеспособность немецких воздушных сил никак не отвечали требованиям, предъявленным этой задачей. К такому быстрому перенесению стратегического направления на опаснейшего и сильнейшего противника Рейха немецкое верховное командование не было подготовлено ни материально, ни морально. Образ мышления, присущий руководителям континентальных стран, мешал Гитлеру решительно перестроить свои планы.

Таким образом, в конце лета 1940 года у Гитлера, как и в свое время у Наполеона I, возникла мысль двинуться на Восток и ликвидировать русскую опасность, прежде чем будет окончательно ликвидирована опасность на Западе, снова на поверхность всплыл миф о непобедимости России в войне. Но Гитлер, увлеченный победами 1939 - 1940 годов, был абсолютно уверен в удаче и сумел убедить и себя, и других, что покончит с этой "призрачной" восточной опасностью так же быстро, как и с западной, которую его военные советники будто бы значительно переоценили. Эти советники совершенно запутались в оценке своих противников и в оценке способностей своего верховного главнокомандующего как стратега, которого Геринг и Риббентроп превратили в "величайшего полководца в истории всех времен". Такая непонятная заносчивость привела немцев к убеждению, что, подобно кампаниям в Польше и Франции, война на Востоке будет также молниеносной. Как и во времена Наполеона, распространилось мнение, что для разгрома Советского Союза немецкой армии потребуется восемь - десять недель. Предполагалось, что военная мощь России будет уничтожена еще до наступления осенней распутицы. Исходя из этого, Гитлер рассчитывал ограничиться созданием в России только одной линии опорных пунктов и думал отвести после этого обратно на родину до 60 - 80 дивизий. По этой причине запасы зимнего обмундирования ограничивались из расчета, что на каждые пять человек потребуется только один комплект.

Следствием всего этого была перестройка военной промышленности, главным образом в ущерб авиации. Все приготовления сводились к подготовке исключительно летней кампании, которая должна была привести к политическому разложению большевистского государства и к разделу России на мелкие государства, организованные по принципу областного деления. В пользу таких рассуждений говорил и малоблагоприятный для Советского Союза исход войны с Финляндией (октябрь 1939 - март 1940 года), немало способствовавшей недооценке немцами своего противника на Востоке" (Итоги второй мировой войны. Сборник статей. Перевод с немецкого Л.К.Комоловой. Под редакцией генерал-майора И.Н.Соболева, М., "Иностранная литература", 1957).

Неужели бывший преподаватель Высшей школы КГБ и штатный сотрудник ГБ, зачисленный под кличкой "Алексей", Евгений Киселев, не догадался взять военного консультанта для своей киноподделки. Он бы ему обязательно посоветовал обратиться к мнению самих немецких военных и объяснил бы, что у любого государства есть план войны с потенциальным противником. У нас был и, надеюсь, еще есть план войны и с Японией, и с Китаем, и с США. Кто же готовит план возможной войны во время войны? Не дай Бог, если такой подход у сегодняшних военных РФ.

http://iwolga.narod.ru/docs/ofiz/resun.htm

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

×