Jump to content

ost

Пользователи
  • Content Count

    1,602
  • Joined

  • Last visited

1 Follower

About ost

  • Rank
    Титулярный житель усадьбы

Информация

  • Пол
    Мужчина
  • Проживает
    Калининград

Recent Profile Visitors

9,493 profile views
  1. Александр Елисеев Складывается устойчивое впечатление, что покушение на Ленина было результатом внутрипартийного заговора Исследователь Константин Гайворонский обращает внимание на одно интересное и малоизвестное обстоятельство: «Этот брак поневоле продолжался до 1 августа 1918 г., когда Москва сделала решительный шаг к превращению его в настоящий военно-политический союз. Чичерин предложил новому германскому послу Карлу Гельфериху заключить советско-германский договор о совместной борьбе против Антанты и белых на территории России. Сам Гельферих был противником такого соглашения, но в Берлине за предложение ухватились обеими руками… Берлин пошел даже дальше: в подписанном 27 августа пакете добавочных соглашений советскому правительству была обещана помощь в изгнании союзников из Мурманска, Архангельска и Баку (если красным не хватит собственных сил), а также участие в борьбе с Добровольческой армией. В ходе переговоров всплыла даже фамилия потенциального командующего объединенной германо-финско-советской группировкой на севере – большевики предложили на эту роль фельдмаршала фон Макензена. В качестве алаверды Москва предоставила широчайшие экономические преференции германской промышленности, обещала обширные поставки сырья и, наконец, согласилась выплатить контрибуцию в 6 млрд марок». («Почему Россия не стала «германской Индией») Да, интересная сложилась бы комбинация. Я сейчас не рассуждаю в категориях «хорошо» или «плохо». Понятно, что интерес большевиков был в том, чтобы разгромить руками немцев белых, а заодно затянуть военное противостояние Антанты и центральных держав. Обе стороны, по их замыслу, ослабили бы друг друга по максимуму. Ну, а дальше – революция в Европе – при активной поддержке РСФСР. Вряд ли немцы этого не понимали, однако они всё-таки пошли на договор с большевиками. Дело в том, что дело могло бы обернуться победой Германии. Это так принято считать, что она была обречена, на самом деле, союзники выиграли на последнем дыхании. В случае победы Германия получила бы в России обширные рынки для своей продукции и солидные источники сырья. Впрочем, и большевики могли бы упереться и предельно минимизировать немецкую экономическую экспансию. О мировой революции, конечно, пришлось бы забыть – ну да это и к лучшему. Дальше неизбежно последовала бы национал-большевизация. И она проходила бы сравнительно легко, учитывая разгром западных плутократических демократий. И вот какое интересное совпадение. 27 августа заключён договор с Германией, а уже 30 августа осуществляется покушение на Ленина. Дело здесь, как говорится, весьма тёмное. В Ильича якобы стреляла полуслепая Ф. Каплан, которую спешно казнили – без какой либо экспертизы - судебно-медицинской и баллистической. Любопытно, что Ленин, после покушения, задавал вопрос: «Поймали ли его?» То есть, именно «его», а не «её». А вот ещё одна интересная «деталь». В покушении были замешаны два боевика-эсера Г. Семенов-Васильев и Л. Коноплева, которые работали на ВЧК ещё с начала 1918 года. Благодаря этим деятелям чекистам удалось парализовать всю работу боевой организации ПСР. Вывод напрашивается сам собой. Складывается устойчивое впечатление, что покушение на Ленина было результатом внутрипартийного заговора, направленного против главы правительства. Организаторами заговора были Свердлов, Троцкий и Дзержинский. Первый (председатель ВЦИК и секретарь ЦК) поместил Каплан в свою личную (!) тюрьму (полуподвальную комнату в Кремле) и отдал приказ о её скором расстреле – хотя полномочий таких и не имел. С Дзержинским всё ясно, учитывая фактор упомянутых выше эсеров-боевиков, работающих на ВЧК. Теперь что касается Троцкого. «2 сентября ВЦИК принимает следующее, весьма характерное, постановление: «Советская республика превращается в военный лагерь. Во главе всех фронтов и военных учреждений Республики ставится Революционный военный Совет. Все силы и средства Социалистической республики ставятся в его распоряжение». Новый орган управления возглавил Троцкий. Причём в принятии данного решения не участвовали ни партия, ни правительство. Всё решил ВЦИК, точнее, его председатель — Яков Свердлов. «Обращает на себя внимание тот факт, что никакого решения ЦК РКП(б) о создании Реввоенсовета не было, — замечает Сергей Миронов. — Неизвестно ни о каком пленуме ЦК в эти дни. Свердлов, сосредоточивший в своих руках все высшие партийные должности, просто отстранил партию от решения вопроса о создании РВС. Создавалась «совершенно самостоятельная государственная власть». Военная власть бонапартистского типа. Недаром современники нередко называли Троцкого Красным Бонапартом» («Гражданская война в России»). («Ленин и Троцкий: враги и союзники») Ленин, как только оправился от болезни, сумел минимизировать произошедшее, создав и возглавив новый координационный орган – Совет рабоче-крестьянской обороны (СРКО). Показательно, что Троцкий и Дзержинский стояли на проантантовский позициях. Первый всегда лоббировал интересы Антанты, выступая в феврале-марте 1918 года за войну с Германией на стороне Англии, Франции и США. («Троцкий и западные демократии») Дзержинский, во время споров о Брестском мире, примыкал к «левым коммунистам», выступавшим за «революционную войну против германского империализма». Кстати, данный мир стал совсем уже похабным, благодаря позиции Троцкого и левых коммунистов. Вначале немцы требовали от нас только Литву, Курляндию, часть Лифляндии и Гродненской губернии. Надо было бы сразу принимать эти условия. Но указанные выше деятелистали «чудить», заняли деструктивную позицию, в результате чего РСФСР теряла уже (по новым условиям) Украину, Крым, Закавказье и Эстонию. («Похабный мир») 6 июля 1918 года произошло мятежное выступление левых эсеров. Его принято считать антибольшевистским, хотя сами организаторы о борьбе с большевизмом ничего и не говорили, указывая на то, что их акция направлена только против «германского империализма». Что же делает «Железный Феликс», который, как председатель ВЧК, вроде бы должен был подавлять мятежников? Он отправляется в штаб восставших, где его якобы арестовывают. Сам главный чекист, впоследствии, объяснял своё поведение тем, что хотел образумить путчистов. Но это, конечно, смехотворное объяснение. Скорее всего, бывший (?) левый коммунист Дзержинский хотел быть вместе с мятежниками, которым он симпатизировал. Между прочим, левые коммунисты и левые эсеры вместе возглавляли московское областное правительство. Там они активнейшим образом боролись против Брестских договорённостей. И так продолжалось даже в мае 1918 года – вплоть до роспуска данной структуры. У «Железного Феликса» малость «снесло крышу» на идее борьбы с немецкой агентурой. И тут он сошёлся с агентурой антатовской. Весной 1918 года Дзержинский установил тесный деловой контакт с М. Орлинским (Орловым), который руководил Центральной уголовно-следственной комиссией Северной области. Сей деятель работал в следственных структурах ещё до революции и уже тогда гиперактивно разоблачал немецкий шпионаж, пытаясь добраться до т. н. «распутинской партии». Сам он придерживался ориентации на Англию и Францию. Служа ВЧК и большевикам, Орлов-Орлинский одновременно установил связи с английской и французской резидентурами. Их он снабжал первоклассной информацией – так, знаменитый английский разведчик С. Рейли получал львиную долю данных именно от Орлинского. Дзержинского в Орлинском сблизила явная германофобия, которая вылилась в зацикленности на немецком шпионаже. Феликс Эдмундович приложил огромные усилия для того, чтобы затащить Орлинского в Москву, а там - поставить его во главе ещё только создаваемой контрразведки ВЧК. Однако, в Петрограде воспротивились намерению отнять у них столь «ценного» работника. И планам Дзержинского не суждено было сбыться. А в августе 1918 года Орлинский просто-напросто сбежал из Питера. Нарисовался он уже только в рядах белого движения. Позже, в эмиграции, он посвятит себя борьбе с Коминтерном, принеся множество хлопот ведомству своего бывшего покровителя. Итак, на основании всех данных, приведённых выше, можно сделать предположение - в августе-сентябре 1918 года в РСФСР имел место антиленинский путч, который, судя по всему, был ориентирован на Антанту. И можно предположить, что именно он сорвал союз большевиков и немцев, который был последним шансом для кайзеровской Германии. Да, ситуация могла бы развернуться по-разному. Рассматривалась и такая комбинация – союз Антанты и Германии против большевиков. Намечался антисоветский союз кайзеровской Германии и Антанты. Последняя считала, что немецкие войска вполне можно использовать против большевиков — даже и после окончания мировой войны. «27 октября французский премьер-министр Жорж Клемансо предложил командующему союзными войсками на Балканах Франше д'Эспере отказаться от преследования германско-австрийских армий, которые отступали за Дунай. Этим частям нашлось другое применение — они должны были повернуть свои штыки против России. Одновременно союзники передали по радио сообщение, в котором германские войска на Украине объявлялись «блюстителями порядка и права». Более того, Антанта позволила немцам перебрасывать на восток части с Западного фронта. Так, благодаря этому разрешению в Харькове появились части 4-го корпуса, снятые с французского фронта». («Германская революция и Советская Россия») Однако Ноябрьская революция в Германии опрокинула все эти расчёты. А в январе 1918 года Антанта предложила красным и белым провести совместную мирную конференцию на Принцевых островах. Красные, что характерно, согласись. А вот белые отказались, что ещё раз опровергает байку об их сугубой зависимости от Запада. Сама же конференция была нужна западным «демократиям» для того, чтобы максимально затянуть гражданскую войну и ослабить Россию. К слову, сама гражданская война была бы невозможна без мятежа белочехов, который был инициирован именно Антантой. («Демократическому» Западу – большое «спасибо».) 8 апреля 1918 года в Париже союзники по Антанте приняли документ, в котором чехословацкий корпус рассматривался в качестве составной части армии интервентов в России. 2 мая в Версале Л. Джордж, Ж. Клемансо, В. Э. Орландо, генерал Т. Блисс и граф Мицуока приняли т. н. «Ноту № 25». Она предписывала чехословаакам остаться в России и создать восточный фронт против германских войск. А вскоре было принято решение использовать сам корпус для борьбы с большевиками. Маслица в огонь подлил всё тот же Троцкий. Нарком по военным делам направил в города, расположенные по линии Транссиба, следующую телеграмму: «Каждый чехословак, который будет найден вооружённым на железнодорожных линиях, должен быть расстрелян на месте; каждый эшелон, в котором окажется хотя бы один вооружённый, должен быть выгружен из вагонов и заключён в лагерь для военнопленных. Местные военные комиссариаты обязуются немедленно выполнить этот приказ, всякое промедление будет равносильно измене и обрушит на виновных суровую кару. Одновременно посылаю в тыл чехословацким эшелонам надёжные силы, которым поручено проучить неповинующихся». «Ленин и мировая Республика» «Ленинский «либерализм», советизация Грузии и социал-демократия» https://zavtra.ru/blogs/germano-bol_shevistskij_al_yans_i_putch_protiv_lenina
  2. Не трогайте нашу уважаемую мадам! По её мнению у нас в провинции молодёжь по 70 тыс. рублей зарабатывает.
  3. Открытое письмо ученых-экономистов Мы, сообщество экономистов, работающих в ведущих университетах в России и за ее пределами, крайне обеспокоены траекторией развития Российской Федерации в последние годы. Мы считаем, что политические репрессии, отсутствие сменяемости власти и политической конкуренции уже привели к катастрофическим последствиям для российской экономики и дорого обойдутся ей и в ближайшие годы. Мы требуем освободить Алексея Навального и прекратить незаконное преследование его сторонников и участников мирных протестных акций. “Потерянное десятилетие” – отсутствие экономического роста в 2010х годах – и угроза еще одного потерянного десятилетия – это невосполнимое экономическое отставание на многие годы вперед. В 2010е гг. доля России в мировом ВВП упала с 3% до 2% и, согласно прогнозам, продолжит снижаться в 2020е гг., возвращая Россию на уровень начала 2000х гг. Россия растет существенно медленнее мировой экономики, увеличивая свое отставание от развитых стран. За последние 10 лет по ВВП на душу населения Россия пропустила вперед Венгрию, Польшу, Румынию, Хорватию, Латвию, Турцию, Малайзию и Панаму – страны с менее благоприятными начальными условиями с точки зрения человеческого капитала и природных ресурсов. Экономическое отставание последних десяти лет – не случайность, а закономерный результат отсутствия политической конкуренции, которая, в свою очередь, приводит к ухудшению инвестиционного климата, монополизации и неэффективности экономики, всеобъемлющей коррупции. Для стабильного долгосрочного экономического развития необходимы восстановление системы сдержек и противовесов, защита прав собственности и верховенство права. Ключевой причиной экономической стагнации является использование правоохранительной и судебной системы против частного бизнеса и для защиты коррупционных интересов чиновников. В России ежегодно открываются десятки тысяч уголовных дел против частных предпринимателей с целью отъема бизнеса. Кардинальная реформа правоохранительной и судебной системы – необходимое условие для перезапуска экономического роста в России. Подобная реформа невозможна в условиях использования правоохранительной и судебной системы в политических целях. Прекращение политических репрессий, освобождение политических заключенных, либерализация политической системы, допуск оппозиционных политиков и партий на выборы всех уровней власти от муниципальной до федеральной – необходимые условия для избежания экономических и социальных потрясений и возвращения к устойчивому экономическому росту. Процветание России в 21-м веке напрямую зависит от человеческого капитала. Незащищенность прав и свобод приводят к массовому оттоку из России предпринимателей и специалистов. Либерализация политической системы, регулярная сменяемость власти на честных и конкурентных выборах и, в первую очередь, отказ от политических репрессий и освобождение политзаключенных необходимы, чтобы Россия стала привлекательным местом для профессиональной самореализации и предпринимательства, без чего невозможны эффективные экономические реформы и ускорение экономического роста. 21 апреля 2021 года Майкл Алексеев, профессор экономики, Университет штата Индиана Екатерина Волкова, профессор финансов, Мельбурнский университет Сергей Гуриев, профессор экономики, Сьянс По, Париж Константин Егоров, профессор экономики, Российская экономическая школа Екатерина Журавская, профессор экономики, Парижская школа экономики Олег Ицхоки, профессор экономики, Университет Калифорнии в Лос-Анджелесе Василий Коровкин, профессор экономики, Карлов Университет, Прага Иван Королев, профессор экономики, Бингемтонский университет Лидия Косенкова, профессор экономики, Университет Вирджинии Алекс Крумер, профессор экономики, Университетский колледж Мольде, Норвегия Константин Кучерявый, профессор экономики, Университет Токио Андрей Маленко, профессор финансов, Мичиганский университет Максим Миронов, профессор финансов, IE Business School, Мадрид Дмитрий Мухин, профессор экономики, Университет Висконсина Анна Нахмурина, профессор финансов, Йельский университет Мария Петрова, профессор экономики, Университет Помпеу Фабра, Барселона Илья Сегал, профессор экономики, Стэнфордский университет Андрей Симонов, профессор финансов, Колумбийский университет Константин Сонин, профессор, Чикагский университет Галина Хэйл, профессор экономики, Университет Калифорнии в Санта-Крузе Антон Цой, профессор финансов, Университет Торонто Виктор Черножуков, профессор экономики, Массачусетский технологический институт Михаил Шварц, главный экономист, Майкрософт Денис Шишкин, профессор экономики, Университет Калифорнии в Сан-Диего https://sites.google.com/view/ruseconopenletter/
  4. Не знаю как автору, мне платят за каждый НЕ положительный комментарий. Жду новых.
  5. МАРИАННА МАДЗУКАТО. Профессор Университетского колледжа в Лондоне и автор книги «Стоимость всего: производство и потребление в мировой экономике». КАК ПРАВИЛЬНО ВОССТАНОВИТЬСЯ После финансового кризиса 2008 г. правительства всего мира влили в финансовую систему больше 3 трлн долларов, чтобы разморозить рынки кредитования и снова запустить мотор мировой экономики. Но вместо поддержки реальной экономики, производящей настоящие товары и услуги, львиную долю этой помощи получил финансовый сектор. Правительства бросились накачивать ликвидностью крупные инвестиционные банки, которые как раз и спровоцировали кризис, и когда экономика перезапустилась, именно эти компании пожали плоды от восстановления рынков. А налогоплательщики остались с той же разбалансированной, неравноправной и углеродоёмкой экономикой, что и прежде. «Не пустите хороший кризис коту под хвост», – гласит общеизвестный принцип выработки политического курса. Но именно это и случилось. Сегодня, когда экономика многих стран находится в шатком положении по причине пандемии COVID-19 и связанных с ней карантинов, политикам необходимо избежать той же ошибки. В первые месяцы после появления вируса правительства присоединились к поискам выхода из неизбежных кризисов в экономике и здравоохранении, предлагая пакеты стимулирования для защиты рабочих мест. Они издавали правила, призванные замедлить распространение болезни, инвестировали средства в научные исследования и разработку лечебных препаратов и вакцин. Эта спасательная миссия необходима, но недостаточна. Правительства должны не просто вмешиваться во время обвала рынков или кризисов как потребители последней инстанции, а активно формировать рынки, чтобы добиваться долгосрочных результатов, от которых выиграют все стороны. Мир упустил возможность сделать это в 2008 г., но судьба дарит ещё один шанс. Выбираясь из нынешнего кризиса, страны могут сделать больше, чем просто стимулировать экономический рост; они могут направить рост так, чтобы построить более эффективную экономику. Вместо того, чтобы выделять корпорациям финансовую помощь, не ограничивая её никакими условиями, правительства – за предоставление этой помощи – вправе требовать от корпораций проводить политику в общественных интересах и решать социальные проблемы. Например, обязать их, чтобы вакцина от COVID-19, получившая государственную поддержку, была доступна для всех. Государство может отказать в помощи компаниям, которые не снизят углеродные выбросы в атмосферу или не прекратят укрывать прибыль в офшорах. Слишком долго правительства обобществляли риски, но присваивали награды и бонусы: общественность платила цену за расчистку завалов, но выгоды от неё накапливали, в основном, компании и их инвесторы. В тяжёлые годы многие предприятия сразу просят правительство о помощи; однако в хорошие времена они требуют, чтобы правительство не мешало им получать и накапливать прибыль. Кризис, вызванный COVID-19, даёт нам возможность выправить этот дисбаланс благодаря новому стилю администрирования: нужно принуждать компании, получающие помощь, действовать в общественных интересах и позволить налогоплательщикам также пожинать плоды успешной деятельности компаний, которые традиционно достаются исключительно частному сектору. Но если вместо этого правительства сосредоточатся лишь на снятии «болевого синдрома», не переписывая при этом правила игры, тогда экономический рост, который начнётся после завершения кризиса, не будет устойчивым и не принесёт выгоду всем. Он не пойдёт на пользу предприятиям, заинтересованным в долгосрочном развитии. Вмешательство останется бесполезным, а упущенные возможности спровоцируют новый кризис. Гниль в системе Развитые экономики страдали от серьёзных структурных изъянов и перекосов задолго до пандемии. Финансовый сектор финансирует сам себя, тем самым размывая фундамент долгосрочного роста. Большая часть прибыли финансового сектора реинвестируется в него же – банки, страховые компании и недвижимость – вместо более продуктивных инвестиций в новую инфраструктуру или инновации. Лишь 10 процентов банковского кредитования в Великобритании, например, используется для поддержки нефинансовых компаний, тогда как остальное вкладывается в недвижимость и финансовые активы. В 1970 г. в развитых экономиках на кредитование недвижимости приходилось около 35 процентов всех банковских кредитов; к 2007 г. доля недвижимости выросла почти до 60 процентов. Таким образом, нынешняя структура финансового сектора подпитывает долговую систему и приводит к возникновению спекулятивных пузырей. Когда эти пузыри лопаются, банки и другие компании просят помощи у правительства. Ещё одна проблема состоит в том, что многие крупные предприятия игнорируют долгосрочные инвестиции в пользу краткосрочных выгод. Одержимые страстью к повышению квартальной доходности и цен на акции, генеральные директора и управляющие советы компаний вознаграждают акционеров посредством обратного выкупа акций, чтобы повысить стоимость тех, что остаются в обращении, а значит – и стоимость фондовых опционов, которые входят в большинство пакетов поощрительных выплат менеджменту. За последнее десятилетие компании, входящие в список Fortune 500, выкупили свои акции на сумму свыше трёх триллионов долларов. Эти обратные выкупы осуществляются за счёт снижения инвестиций в заработную плату, обучение работников, научные исследования и разработки. Затем происходит выхолащивание возможностей государства. Правительства обычно вмешиваются только после явного краха рынков, а предлагаемые ими меры оказываются недостаточными и запоздалыми. Когда государство рассматривается не как партнёр по созданию стоимости, а просто как рулевой, тогда выделяемых правительством субсидий на всех не хватает. В итоге социальные программы, образование и здравоохранение недофинансируются. Провалы усугубляют мегакризисы – как экономические, так и планетарные. Финансовый кризис во многом вызывается избыточным кредитованием, поступающим в финансовый сектор и сектор недвижимости. Это ведёт к искусственному раздуванию стоимости активов (пузыри на рынке недвижимости) и росту долга домохозяйств вместо поддержания реальной экономики и стимулирования устойчивого роста. Между тем отсутствие долгосрочных инвестиций в зелёную энергетику ускоряет глобальное потепление до такой степени, что Межправительственная группа экспертов ООН по изменению климата предупреждает: у мира осталось лишь десять лет, чтобы избежать необратимых последствий. Тем не менее правительство США субсидирует компании, добывающие ископаемое топливо, примерно на 20 млрд долларов в год – в основном посредством льготного режима налогообложения. Ежегодные субсидии, выделяемые ЕС, в сумме превышают 65 млрд долларов. В лучшем случае политики, пытающиеся остановить процесс изменения климата, рассматривают такие стимулы, как углеродные налоги и официальные списки инвестиций, считающиеся зелёными. У них не хватает духа издать обязательные регуляторные предписания, которые необходимы для предотвращения катастрофы к 2030 году. Кризис, связанный с COVID-19, лишь усугубил все эти проблемы. На данный момент внимание мирового сообщества направлено на то, чтобы пережить острую ситуацию в области здравоохранения, а не предотвратить грядущий климатический коллапс или следующий финансовый кризис. Карантинные мероприятия разорили людей, работающих в рискованной экономике краткосрочных контрактов и свободных сделок. Многие из них не имеют сбережений, не получают социальных пакетов от работодателей – у них нет медицинских полисов и им не оплачиваются больничные, поэтому им трудно пережить бурю на рынке. Корпоративный долг – главная причина предыдущего финансового кризиса – растёт, поскольку компании лихорадочно берут новые кредиты, чтобы переждать обвал спроса. А одержимость многих компаний ублажением своих акционеров с их краткосрочными интересами не даёт возможности разработать долгосрочную стратегию, позволяющую благополучно преодолеть кризис. Пандемия также показала, насколько разбалансирована связь между государственным и частным секторами. В Соединённых Штатах Национальный институт здравоохранения инвестирует примерно 40 млрд долларов в год в медицинские исследования. Он был главным кредитором научных исследований и разработок лекарственных препаратов и вакцин для лечения COVID-19. Однако никто не обязывает фармацевтические компании сделать конечную продукцию доступной для американцев, из налогов которых государство в первую очередь и выдаёт субсидии. Калифорнийская компания Gilead разработала лекарство от COVID-19 «Ремдисивир», получив поддержку от федерального правительства в 70,5 млн долларов. В июне эта компания анонсировала цену, которую американцы должны будут заплатить за курс лечения этим препаратом: 3120 долларов. Это был типичный ход Большой Фармы. В одном из исследований рассмотрено 210 лекарственных препаратов, получивших одобрение Управления США по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов с 2010 по 2016 гг., и установлено, что ни одно из них не разработано «без финансирования Национального института здравоохранения». Но при этом цены на лекарства в Соединённых Штатах самые высокие в мире. Фармацевтические компании также проводят антиобщественную политику, злоупотребляя процедурой оформления патентов. Чтобы отвадить конкурентов, они регистрируют патенты с очень широкими формулировками, по которым трудно оформить лицензию. В некоторых из них оговаривается, что процесс разработки находится в самом начале, что позволяет этим компаниям приватизировать не только результаты научных исследований, но и инструменты проведения этих исследований. Такие же скверные соглашения заключаются с крупными технологическими компаниями. Во многих отношениях Кремниевая долина – продукт инвестиций правительства в разработку высокорискованных технологий. Национальный научный фонд профинансировал исследования, необходимые для разработки поискового алгоритма, прославившего компанию Google. ВМС США сделало то же самое для разработки технологии спутниковой навигации, от которой зависел успех компании Uber. А Управление перспективных исследовательских проектов Министерства обороны – структурное подразделение Пентагона – поддержало развитие интернета, создание технологии сенсорного экрана, Siri и других ключевых компонентов айфона. Налогоплательщики шли на риск, инвестируя в эти технологии. Однако большинство компаний, получивших выгоды от данных технологий, не платят налоги по справедливой ставке. И они ещё имеют наглость противодействовать принятию законодательства, защищающего право на неприкосновенность частной жизни. Хотя многие указывают на мощь искусственного интеллекта и другие технологии, разрабатываемые в Кремниевой долине, при более внимательном взгляде становится понятно, что и в этих случаях фундамент закладывается высокорискованными государственными инвестициями. Без решительных действий правительств нарушается связь между государственным и частным сектором, и прибыль от этих инвестиций может снова осесть в карманах частных лиц. Государству нужно лучше управлять технологиями, которые разрабатываются при его непосредственном участии и частично на казённые средства. В некоторых случаях государство должно удерживать контрольный пакет акций таких компаний и позаботиться о том, чтобы все граждане, а не узкий круг акционеров, получали пользу от государственных инвестиций в подобные разработки. Как показало массовое закрытие школ во время пандемии, лишь некоторые учащиеся имеют доступ к технологиям, необходимым для получения качественного домашнего образования, что ещё больше расширяет пропасть между богатыми и бедными, усиливая неравенство. Доступ к интернету должен быть правом, а не привилегией. Переосмысление стоимости Всё это говорит о нарушении связи между государственным и частным сектором. Для выправления дисбаланса необходимо в первую очередь решить основополагающую проблему в экономике: неверное представление о стоимости. Современные экономисты трактуют стоимость как синоним цены. Такая точка зрения навлекла бы на них анафему от отцов-теоретиков, например, Франсуа Кенэ, Адама Смита и Карла Маркса, которые считали, что товары имеют свойственную им стоимость, соотносящуюся с динамикой производства, и эта стоимость вовсе необязательно связана с их ценой. Современное понятие о стоимости оказывает колоссальное воздействие на структуру экономики. Оно влияет на способы управления организациями, составление отчётности об их деятельности, на приоритетность разных отраслей, взгляды на правительство и измерение национального богатства. Например, стоимость государственного образования не отражена в ВВП страны, потому что оно бесплатно, хотя зарплаты учителей учитываются. Поэтому нет ничего удивительного в том, что многие говорят о государственных «расходах», а не о государственных «инвестициях». В рамках этой логики становится понятно, почему генеральный директор компании Goldman Sachs Ллойд Бланкфейн заявил в 2009 г., всего через год после того, как его компания получила пакет помощи от государства на сумму 10 млрд долларов, что её сотрудники «занимают одно из первых мест в мире по производительности труда». В конце концов, если стоимость – это цена и если доход Goldman Sachs на сотрудника один из самых высоких в мире, тогда, конечно, сотрудники этой компании могут похвастаться одним из самых высоких показателей производительности труда в мире. Чтобы изменить нынешнее положение, стоит иначе отвечать на вопрос, что такое стоимость. Необходимо учитывать инвестиции и творческую составляющую самых разных действующих лиц в экономике – не только компаний и предприятий, но и их сотрудников, а также государственных учреждений. Слишком долго мы вели себя так, как будто частный сектор – первичный локомотив инноваций и создания стоимости, а потому заслуживает получать конечную прибыль. Но это не имеет ничего общего с действительностью. Фармацевтические препараты, интернет, нанотехнологии, ядерная энергетика – всё было разработано во многом благодаря государственным инвестициям, усилиям бесчисленных работников и государственной инфраструктуре, организациям и учреждениям. Признание этих коллективных усилий облегчит задачу обеспечения справедливого вознаграждения для всех участников и более справедливого распределения прибыли и доходов. Путь к более взаимосвязанному партнёрству государственных и частных институтов начинается с признания того факта, что стоимость создаётся коллективно. Плохая помощь Помимо переосмысления понятия «стоимость», обществу следует ставить на первое место долгосрочные интересы всех участников создания стоимости, а не краткосрочные интересы акционеров. В нынешнем кризисе это может означать разработку «народной вакцины» от COVID-19, которая будет доступна всем людям на планете. Следует так руководить процессом создания новых лекарственных препаратов, чтобы он способствовал сотрудничеству между странами, укрепляя солидарность между ними как на стадии научных исследований и разработок, так и на стадии распространения вакцины. Университетам, государственным лабораториям и частным компаниям нужно создавать пулы патентов для обеспечения беспрепятственного распространения знаний, данных и технологий по всему миру. Без этих мер вакцина от COVID-19 может стать дорогостоящим продуктом, который продаёт монополия – предметом роскоши, который могут себе позволить только богатейшие страны и граждане. В более общем смысле страны должны оформлять государственные инвестиции не столько как подачки, сколько как попытку формирования рынка во благо обществу. Это означает, что государственную помощь нужно сопровождать определёнными условиями. Во время пандемии эти условия должны быть направлены на решение трёх конкретных задач: во-первых, сохранение занятости для поддержки производительности предприятий и безопасности домохозяйств в смысле обеспечения достаточного уровня их доходов. Во-вторых, улучшение условий труда за счёт обеспечения безопасности, достойной заработной платы, достаточных уровней оплаты больничных и большего вовлечения трудящихся в процесс принятия решений. В-третьих, это продвижение к долгосрочным целям – таким, как снижение выбросов углерода в атмосферу и использование преимуществ цифрового формата при оказании государственных услуг: от общественного транспорта до здравоохранения. Закон, принятый Конгрессом США в марте в качестве главного ответа на COVID-19 – CARES (помощь в борьбе с коронавирусом, облегчение и экономическая безопасность) – стал иллюстрацией всех этих пунктов, но с точностью до наоборот. Вместо поддержания стремления компаний сохранить максимальное число рабочих мест, как это сделало большинство других развитых стран, правительство Соединённых Штатов предложило расширенное временное пособие по безработице. Такой выбор привёл к увольнению более 30 млн человек и к тому, что в США был один из самых высоких уровней безработицы по причине пандемии в развитом мире. Поскольку правительство выделило крупным корпорациям триллионы долларов прямой и косвенной помощи без внятных условий, многие компании получили полную свободу и фактически способствовали распространению вируса, поскольку отказывались оплачивать больничные сотрудникам и обеспечивать для них безопасность на рабочем месте. По закону CARES была также принята Программа защиты заработной платы (Paycheck Protection Program), по которой предприятия получили кредиты и могли их не возвращать, если все сотрудники оставались в штатном расписании на зарплате. В итоге она оказалась не действенным методом сохранения рабочих мест, а огромным грантом наличных денег, осевших на счетах корпораций. Кредит могло получить любое малое предприятие – не только те, которые действительно в нём нуждались, – и Конгресс быстро ввёл послабления в правила о том, сколько компании нужно потратить на сохранение зарплаты сотрудникам, чтобы не возвращать кредит. В результате эта программа снизила безработицу на ничтожно малый процент. Группа учёных из Массачусетского технологического института пришла к выводу, что в рамках программы выдано кредитов на 500 млрд долларов, но при этом примерно за шесть месяцев удалось сохранить лишь 2,3 млн рабочих мест. Если исходить из того, что большая часть долга в итоге была прощена компаниям, в годовом исчислении эта программа обошлась примерно в 500 тысяч долларов на одно рабочее место. За лето программа и расширенные пособия по безработице закончились, а безработица по-прежнему превышала 10 процентов. К настоящему времени Конгресс одобрил выделение свыше 3 трлн долларов на борьбу с пандемией, а Федеральная резервная система ввела в оборот ещё четыре триллиона долларов, что в совокупности превысило 30 процентов годового ВВП страны. Однако эти гигантские расходы ничего не дали для решения безотлагательных долгосрочных проблем – от изменения климата до неравенства. Когда сенатор-демократ Элизабет Уоррен от штата Массачусетс предложила оговаривать государственную помощь условиями – обеспечение более высокой заработной платы, расширение полномочий рядовых сотрудников при принятии ключевых решений, а также ограничение размера дивидендов, обратного выкупа акций и премиальных для директоров компаний, – она не смогла собрать достаточного числа голосов в поддержку своего предложения. Смысл государственного вмешательства заключался в предотвращении краха рынка труда и поддержании компаний в качестве производительных организаций – по сути дела, правительство должно было действовать как страхователь рисков. Но нельзя допускать, чтобы такой подход приводил к обнищанию государства и его казны; нельзя позволить, чтобы средства, выделяемые в качестве помощи, субсидировали разрушительные бизнес-стратегии. Спасая предприятия от банкротства, государство обязано ставить конкретные условия. Обеспечивая финансовую стабильность предприятий, правительство может потребовать определённый пакет акций в компаниях, которые оно спасает, как это произошло в 2008 г., когда Казначейство США стало совладельцем General Motors и других компаний, терпящих бедствие. Спасая предприятия, государство вправе настаивать на определённых действиях – в частности, запретить выплачивать несвоевременные премиальные генеральным директорам, избыточные дивиденды, осуществлять обратный выкуп акций, влезать в ненужные долги, направлять прибыль в офшоры, участвовать в проблемном политическом лоббировании. Следует также предписать компаниям прекратить взвинчивать цены, особенно на лекарства и вакцины от COVID-19. Другие страны демонстрируют правильную реакцию на кризис. Когда в начале пандемии Дания предложила своим компаниям покрыть 75 процентов их издержек на фонд заработной платы, правительство выдвинуло условие не увольнять сотрудников по экономическим причинам. Оно также отказалось предоставлять помощь компаниям, зарегистрированным в офшорах, и запретило использовать финансовую помощь на выплату дивидендов и обратный выкуп акций. В Австрии и Франции авиакомпании были спасены на условии, что они резко снизят выбросы углерода в атмосферу. В отличие от этих стран британское правительство в апреле предоставило компании easyJet доступ к ликвидности на сумму свыше 750 млн долларов, а всего через месяц эта компания выплатила своим акционерам почти 230 млн долларов в виде дивидендов. Великобритания отказалась оговаривать условия предоставление помощи easyJet и другим компаниям, оказавшимся в трудном положении, во имя рыночного нейтралитета. Согласно данному принципу государство не должно диктовать частным компаниям, как тратить выделенные им в качестве экстренной помощи средства. Однако предоставление финансовой помощи никогда не может быть нейтральным: по определению спасательная операция означает, что правительство решает спасти от катастрофы одну компанию и не спасать другие. Без выставления жёстких условий правительство рискует субсидировать дурные бизнес-практики – от бизнес-моделей, не предполагающих защиту окружающей среды, до офшоров для ухода от налогов. Схема принудительного отпуска без сохранения содержания, при которой британское правительство покрывало до 80 процентов заработной платы сотрудников, отправляемых в принудительный отпуск, должна была быть запущена на условии, что этих сотрудников не уволят после окончания данной программы. Однако такого требования не выставляли. Ментальность венчурного капиталиста Государство не может просто инвестировать средства; оно должно заключить правильную сделку. Для этого ему нужно начать мыслить так же, как мыслят предприниматели, и стать «предприимчивым государством», согласно моей терминологии, – то есть, в процессе инвестирования ему нужно не только исключить риск негативного сценария, но и участвовать в получении прибыли и дивидендов. Один из способов – становиться акционером спасаемых им компаний. Возьмём, к примеру, компанию Solyndra, занимавшуюся генерацией солнечной энергии и получившую кредит в 535 млн долларов под гарантии Департамента энергетики США. Несмотря на эту субсидию, компания обанкротилась в 2011 г. и стала притчей во языцех у консерваторов, которые указывали на неё как на наглядную иллюстрацию неспособности государства определять победителей. Примерно в то же время Департамент энергетики выделил кредит компании Tesla, которая затем пережила взрывной рост. Налогоплательщики, по сути, оплатили крах Solyndra, но не получили никакого вознаграждения за успех Tesla. Ни один уважающий себя венчурный капиталист не структурировал бы инвестиции таким образом. Что ещё хуже, Департамент энергетики структурировал кредит Tesla таким образом, что, если Tesla не сможет выплатить кредит, она должна будет передать министерству три миллиона акций. Цель этой договорённости состояла в том, чтобы не оставить акционеров с пустыми руками. Но для чего правительству был бы нужен пакет акций терпящей крах компании? Более умной стратегией было бы прямо противоположное: потребовать от Tesla передать государству три миллиона акций, если она сможет вернуть кредит. Если бы правительство это сделало, оно бы заработало десятки миллиардов долларов по мере роста цен на акции Tesla на протяжении всего срока кредита – эти деньги могли бы с лихвой покрыть убытки от краха Solyndra и ещё много осталось бы для следующего раунда инвестиций. Но беспокоиться нужно не только о денежном вознаграждении и доходности государственных инвестиций. Правительству также следует жёстко обуславливать сделки с компаниями, чтобы обеспечить выгоду от них для простых граждан. Важно, чтобы цены на лекарства, разработанные с помощью государства, определялись с учётом государственных инвестиций. Патенты, выдаваемые государством, должны быть узкими и конкретными, чтобы по ним можно было выдавать лицензии для стимулирования инноваций и изобретений, содействия предпринимательству и чтобы отбить охоту заниматься экономической деятельностью, не связанной с созданием материальных ценностей. Правительствам также нужно подумать о том, как использовать прибыль от своих инвестиций для содействия более справедливому распределению доходов в обществе. Речь идёт не о социализме, а о правильном понимании и оценке источника капиталистических прибылей. Нынешний кризис привёл к возобновлению дискуссии о всеобщем базовом доходе, при котором все граждане получают от правительства равные и регулярные выплаты независимо от того, работают они или нет. Это хорошая идея, но правильно представить её проблематично. Поскольку всеобщий базовый доход воспринимается как подачка, он увековечивает ложное понятие о том, что государство – просто сборщик дани, выкачивающий часть прибыли в виде налогов и распределяющий их в качестве благотворительной помощи. Лучшей альтернативой являются дивиденды гражданам. При такой политике правительство забирает себе процент богатства, создаваемого с помощью государственных инвестиций, кладёт эти деньги в фонд, а затем делится доходами со всеми людьми. Идея в том, чтобы напрямую вознаграждать граждан долей богатства, которое они создают. Например, штат Аляска с 1982 г. распределяет нефтяные доходы между жителями этого штата через ежегодные дивиденды, выплачиваемые Постоянным фондом. Норвегия делает нечто подобное с Государственным пенсионным фондом. Калифорния, в которой располагаются некоторые из богатейших компаний мира, могла бы рассмотреть принятие аналогичной программы. Когда компания Apple, штаб-квартира которой находится в Купертино, Калифорния, создала дочернюю компанию в Рено, штат Невада, чтобы воспользоваться нулевой ставкой налога на прибыль корпораций в этом штате, Калифорния потеряла гигантские налоговые поступления от этой компании. Нужно не только блокировать подобные манёвры, но и подумать о создании государственного фонда богатства в Калифорнии, где можно было бы накапливать некую долю от стоимости, создаваемой технологическими компаниями, находящимися на её территории, в дополнение к такому механизму как налогообложение. Гражданские дивиденды позволяют делиться совместно создаваемым богатством с широкими массами населения, независимо от источника его накопления. Это может быть добыча полезных ископаемых, которые принадлежат всем людям, государственные инвестиции в лекарства или цифровые технологии, предполагающие коллективные усилия. Такая политика не должна подменять собой систему налогообложения, какой бы неэффективной она ни была. Государству не следует использовать отсутствие средств в качестве предлога для отказа в финансировании ключевых общественных благ. Однако государственный фонд может изменить политический расклад за счёт явного признания общего вклада всех людей в создание богатства. Целеустремлённая экономика Когда государственный и частный сектор стремятся к общей цели, они могут творить чудеса. Только так США смогли осуществить полёт на Луну в 1969 году. На протяжении восьми лет НАСА и частные компании в таких разных отраслях, как аэрокосмическая промышленность, текстильная промышленность и электроника, сотрудничали в рамках программы «Аполлон», инвестируя и изобретая вместе. Благодаря смелым экспериментам они добились того, что президент Джон Кеннеди охарактеризовал как «самое рискованное, опасное и великое предприятие в истории человечества». Цель в данном случае заключалась не в коммерциализации определённых технологий и даже не в стимулировании экономического роста, а в том, чтобы сделать что-то сообща, совместными усилиями. Спустя 50 лет после тех событий, в разгар мировой пандемии у мира есть шанс воплотить в жизнь ещё более амбициозную цель: создание эффективной, инклюзивной и устойчивой экономики, предполагающей снижение углеродных выбросов, уменьшение неравенства, построение современного общественного транспорта, обеспечение цифрового доступа для всех и создание всеобщего здравоохранения. В качестве ближайшей цели необходимо сделать вакцину от COVID-19 доступной для каждого. Создание такой экономики потребует сотрудничества между государственным и частным сектором, какого мы не видели в последние десятилетия. Некоторые из тех, кто говорит о восстановлении после пандемии, упоминают привлекательную цель: возвращение к нормальной жизни. Но это не то, к чему следует стремиться, потому что так называемая «нормальность» устраивает далеко не всех. Скорее нужно ставить другую цель, которую многие формулируют как «построение лучшего, более светлого будущего». Двенадцать лет назад финансовый кризис открыл перед мировым сообществом редкую возможность изменить капитализм, но мы ею не воспользовались. Теперь ещё один кризис открывает перед нами возможность обновления. На этот раз мир не может позволить себе упустить уникальный шанс. Опубликовано в журнале Foreign Affairs №6 за 2020 год. © Council on foreign relations, Inc. https://globalaffairs.ru/articles/kapitalizm-posle-pandemii/
  6. ТИМОФЕЙ БОРДАЧЁВ. Кандидат политических наук, научный руководитель Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ «Высшая школа экономики», программный директор Международного дискуссионного клуба «Валдай». НАЦИОНАЛЬНАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ КАК ЕДИНСТВЕННЫЙ ПРИОРИТЕТ РОССИИ Через тридцать лет после ликвидации СССР можно констатировать, что Россия относительно благополучно преодолела период, критический для любой империи после распада. На его протяжении этот наиболее мощный из осколков прежней общности не раз сталкивался с соблазном попытаться восстановить разрушенное здание. Целью подобных действий (вне зависимости от результата) было бы создание нового сообщества безопасности на пространстве бывшего единого государства. Но Россия уже имела такой опыт в течении нескольких столетий имперской внешней политики, итоги заставляют как минимум глубоко задуматься о целесообразности. Россия избежала соблазна попробовать восстановить Советский Союз, потому что утрата этого государства не означала качественного изменения российских силовых возможностей. Страна уникальна тем, что она – единственная из европейских империй XIX века почти в неизменном виде сохранила основной потенциал (материальные ресурсы и силовые рычаги), в то время как все её «коллеги» давно покинули мир великих держав. Геополитическая катастрофа 1991 г. сократила физические размеры Российского государства, но не лишила его важнейших атрибутов и активов, как это произошло с Британской, Австрийской, Германской или Османской империями в первой половине ХХ века. Как заметил в 1995 году Доминик Ливен, избавление советской империи от внешнего контура, который был бременем не в меньшей степени, чем преимуществом, не затронуло силовую основу – ресурсные кладовые и военные возможности. Эта особенность является определяющей для российской внешней политики. Россия, как и прежде, в наименьшей степени нуждается в международном порядке и в полной мере готова нести ответственность за безопасность только тех территорий, которые находятся в её непосредственном управлении. Колоссальные природные богатства и географические масштабы Сибири, население, численностью превосходящее любой из европейских народов, внушительная армия и обеспеченная ядерным оружием стратегическая автономия – совокупных силовых возможностей России достаточно для того, чтобы требовать уважения своих интересов и ценностей в рамках любого международного порядка. Эти же возможности позволяют стране обеспечивать собственное развитие и безопасность без опоры на институты международного управления, которые необходимы торговым великим державам – США и Китаю. Последние вынуждены создавать и предлагать другим правила игры ради собственного выживания и развития. Сочетание имперского масштаба и силовой автономии приводит к политике колебаний и непоследовательности в отношении ближайшей периферии, возникающей по принципу «есть хочется, худеть хочется, всё хочется». Искреннее стремление создавать вокруг своих границ и на мировой арене постоянные институты сотрудничества, противодействие попыткам других ведущих держав диктовать условия игры органично сочетаются со способностью обеспечить собственное выживание, не прибегая к контролю над другими государствами. Следовательно, не создавая для этого институциональных механизмов, известных нам в рамках либеральной теории под названием «международное управление». В российской внешнеполитической дискуссии присутствует запрос на формирование по своему периметру «кольца друзей» и огорчение по поводу того, что у России «нет союзников». Однако искренность таких сетований всегда будет ограничена тем, что потенциальные друзья и союзники не играют важной роли в выживании и развитии Российского государства. В каком-то смысле российская внешняя политика до сих пор руководствуется подходом Александра I, который на Венском конгрессе поражал участников тем, как абстрактные рассуждения о необходимости более морального устройства мира сочетались у него с жёсткими требованиями сохранения прямого территориального контроля над Польшей. Первое отражает претензию на то, чтобы мир прислушивался к российским этическим аргументам, второе – реальную способность нести ответственность только за то, что является частью России. Баланс сил, на котором был основан Венский порядок и внутреннее устройство современного Европейского союза, как таковой России не нужен. Хотя в периоды наивысшего могущества – после побед над Наполеоном и Гитлером – Россия обретала силовые возможности влиять на международный порядок непосредственно. Но сама она практически никогда не выступала в качестве революционной силы по отношению к международному порядку. Россия не может видеть в создании нового международного порядка источник своего могущества, – это то, что сейчас делает Китай, а сто лет назад – США. Единственное исключение – доктрина «мировой революции», но Сталин, по сути, отверг её уже в 1930-е гг., обратившись к концепции «осаждённой крепости», гораздо более естественной для отечественной внешнеполитической традиции. Когда же силы страны ограничены, она думает о порядке только в пределах собственных границ и концентрируется на том, что британский историк Доминик Ливен считает важнейшей задачей любой империи: на «управлении многоэтничностью». 2020 г. принёс несколько важных событий, заставляющих рассмотреть внешнюю политику России по отношению к ближайшему окружению, – завершение эпохи в развитии белорусского государства, разрешение военным путём конфликта вокруг Нагорного Карабаха, смена политической системы в Киргизии. Приближается значимая дата: в декабре 2021 г. исполнится тридцать лет с момента крупнейшей, как её определил президент России, «геополитической катастрофы» ХХ века – распада СССР. Однако при всей важности внутренних изменений и внешнеполитических зигзагов, которыми наполнена история новых независимых государств, для международной политики подлинное значение имеет эволюция только российского поведения, поскольку именно Россия – определяющий фактор развития этой части мира. Важное и не очень Россия действует в принципиально новом для себя окружении, и это позволяет иначе раскрыть её уникальный внешнеполитичес­кий потенциал. Гибкость международной среды первой половины XXI века способствует участию Москвы в эволюции мирового порядка, даже если она не ставит цели его сломать и заменить. Россия участвует в соглашениях, определяющих цены на природные энергоресурсы, влияет на развитие ситуации в сравнительно удалённых от её границ странах – Сирии, Венесуэле или Центральноафриканской республике. Открытое отрицание Россией правил и норм, которые Запад ради своей выгоды стремится формировать в глобальном масштабе, также отражается на международной политике в целом. Полностью изменилась ситуация и вокруг России. Одна из причин того, что её влияние на международную безопасность вдоль собственных границ является решающим, – отсутствие прямого соприкосновения с другими мировыми державами. Перед Первой мировой войной Россия граничила на западе с Германской, Австро-Венгерской империями, на юге – с Османской и Британской, на востоке – с Китаем. Сейчас относительно прямое соприкосновение с другим многоэтническим образованием сохранилось только на Востоке, хотя и здесь присутствует суверенная Монголия. Европейский союз – международный порядок, созданный после холодной войны без российского участия и даже вопреки интересам Москвы. Но он не является единым государством, и степень контроля ЕС даже над присягнувшими ему на верность Украиной и Молдавией, ограничена, если посмотреть на поведение властей этих двух стран. Вместо других имперских порядков Россию окружает сонм малых и средних стран, поведение которых незначительно и ситуативно определяется великими державами – США или Китаем, в ряде случаев – европейцами. Это заставляет Россию постоянно задумываться о мере своей ответственности за происходящее вокруг её границ. И такие размышления неизбежно сталкиваются с противоречием между способностью создать здесь международный порядок и отсутствием реальной необходимости в нём. Наблюдаемая нами эволюция российской политики относительно периферии в полной мере отражает данное противоречие и попытки его преодолеть. Поведение Москвы в отношении ключевых событий 2020 г. даёт богатый материал для анализа того, в какую сторону движется российская политика по периметру собственных границ. После распада СССР российская политика оставалась достаточно стабильной. В её основе лежало предположение о том, что страны, возникшие на руинах общего государства, представляют собой целостность, сравнительно изолированную от внешнего мира, а бывшие союзные республики объединяет нечто большее, чем географическое пространство. Однако постепенно из базовой гипотезы произрастает более точечное отношение к конкретным проблемам соседей. И влияние фактора российской самодостаточности явно возрастает. Реакция Москвы определяется не тем, насколько ситуация представляет собой вызов порядку под управлением России, а насколько непосредственно она угрожает её национальной безопасности. Заинтересованность Москвы в союзниках для решения этих задач в принципе невелика по причине уникальных военных возможностей. Как ведущая ядерная держава Россия не может видеть в странах, настолько несопоставимых с ней по военной мощи, источник дополнительного усиления в случае конфликта с равными себе. А чтобы иметь дело с более слабыми, то есть со всеми странами мира, кроме членов «ядерной пятёрки», Россия и так располагает достаточным военным потенциалом. События осени – зимы 2020 г. в Киргизии, крайне важные для внутреннего развития этой страны, имеют второстепенное значение в контексте анализа российской политики на пространстве бывшего СССР – они просто не содержат сколько-нибудь заметной международно-политической составляющей. В свою очередь, Армения и Белоруссия – не только формальные союзники Москвы в рамках Организации договора о коллективной безопасности (ОДКБ) и участники Евразийского экономического союза (ЕАЭС). Они находились в центре событий, имеющих ярко выраженное международное измерение. На протяжении всего периода после распада СССР оба государства были военными союзниками России и никогда не доставляли ей серьёзных хлопот. Сейчас их внутренняя стабильность и международное положение под вопросом – меняется статус, возникший ещё в первой половине 1990-х гг. и, в общем, устраивавший Москву. Поэтому любые изменения возможностей и статуса Армении и Белоруссии неизбежно оцениваются наблюдателями с точки зрения их влияния на позиции России. Да и в целом – на её способности обеспечить контроль над ближайшими к своим границам территориями. Речь идёт о приверженности Москвы классическому имперскому поведению: играть решающую роль в делах соседей ради обеспечения собственной безопасности, которой может угрожать проникновение враждебных держав или просто неконтролируемый хаос. И если в случае с Белоруссией российские власти достаточно недвусмысленно выразили поддержку легитимному правительству, то на Южном Кавказе подход оказался более нюансированным. Это заставило наблюдателей предположить, что Москва не готова втягиваться в серьёзный конфликт и вообще может уступить напору внешнего игрока. В обоих случаях в качестве противников, вмешивающихся в дела российской периферии, выступают не мировые державы первого ряда, а второразрядные игроки – Польша и Турция. То, что обе страны далеко уступают России по совокупным возможностям, делает дискуссию ещё более эмоциональной. Международная политика на российской периферии словно возвращается к геополитическим реалиям XVII–XVIII веков, когда Украина была расколота, а ещё недостаточно окрепшая Россия противостояла Польше и Османской империи. Но уже в конце XVIII и первой половине XIX века обе державы были Россией ликвидирована в одном случае и низведена до внешнеполитического ничтожества – в другом. Способность этих двух соседей к хищническому поведению сейчас неизбежно оценивается как проявление российской слабости. Тем более что она контрастирует с уверенностью руководства России в значимой роли Москвы на глобальной арене и решающей – в своём евразийском окружении. Отличие реакции России на события в Белоруссии и вокруг Нагорного Карабаха показывает в первую очередь ценность каждого из регионов для российской национальной безопасности. В первом случае Москва не может допустить возникновения на западном направлении очередного форпоста НАТО и готова пойти ради этого на решительные действия. Своими заявлениями и действиями президент Александр Лукашенко неоднократно давал поводы для сомнений в его лояльности России. Хотя Белоруссия под его руководством никогда не бросала настоящего вызова российским интересам, заигрывания с Западом («многовекторность») не могли остаться незамеченными. Это, однако, не стало поводом оставить его наедине с давлением европейских соседей и собственной оппозиции. Причина в том, что у России нет сомнений относительно наиболее вероятной внешнеполитической ориентация оппонентов Лукашенко. Польша, выступившая вместе с Литвой основным спонсором оппозиции, – это страна НАТО и важный союзник США в регионе. Внешнеполитический активизм Варшавы не является её собственным автономным изобретением, а отражает многолетние усилия Запада по выдавливанию России с пространства бывшего СССР. Выступления белорусской оппозиции – продолжение расширения на Восток двух наиболее важных институтов Запада – НАТО и Европейского союза. Оба института сейчас – главные противники России, они вводят против неё экономические меры давления и проводят у российских границ военные учения. Вооружённый конфликт на территории Белоруссии будет означать для России и Европы практически неизбежное сползание к ситуации, эскалация которой может сделать реальностью всеобщую войну. Предотвращение такого развития событий имеет для Москвы принципиальное значение. В случае конфликта между Арменией и Азербайджаном ситуация не столь очевидна. Даже если оставить за скобками, что оба враждующих народа являются для России дружественными, на её территории проживают большие диаспоры, а ряд решений руководства Армении за последние два года мог вызвать в Москве недоумение. Качественно иначе выглядит международный контекст. Военное наступление Азербайджана на дипломатическом уровне поддержала Турция. Эта держава хотя и остаётся членом НАТО, по своим размерам, амбициям и тревогам явно не вписывается в круг «нормальных» союзников Соединённых Штатов в Европе. Отношения Анкары с большинством европейских государств скорее неважные, а с главной после США ядерной силой Запада – Францией – откровенно плохие. Военный конфликт с Турцией не угрожает России серьёзной эскалацией – периодические столкновения между сторонами случались в Сирии и всегда приводили к дипломатическим договорённостям. Во многом поэтому события вокруг Карабаха для России – не вопрос выживания, а предмет для дипломатического взаимодействия. Тем более что результатом может стать завершение работы Минской группы. Этот международный формат возник в 1992 г. в рамках ОБСЕ с участием США, Франции и ещё нескольких стран – все они, кроме России, Белоруссии и непосредственных участников противостояния, являются сейчас членами НАТО или Евросоюза. Вряд ли у Москвы есть причины действительно сожалеть о том, что канет в небытие один из дипломатических артефактов эпохи максимальной слабости России. Даже если это отвечает интересам Турции, которая к тому же является для Москвы удобным партнёром. Таким образом, действия России в двух этих ситуациях напрямую зависели от того, как развитие событий повлияет на баланс сил в её отношениях с Западом. Сократившиеся совокупные возможности России определяют политику ранжирования внешних вызовов. Это предполагает взгляд на одни из них как на действительно принципиальные для выживания, а на другие – как на возможность дипломатической игры. Посредничество одной из ведущих европейских держав в урегулировании белорусского кризиса Россию совершенно не интересовало, поскольку за ним всё равно стояло бы неблагоприятное для неё изменение общего баланса. Взаимодействие с Турцией было приемлемым, так как не влекло за собой таких изменений, а наоборот – позволило закрыть один из каналов влияния США и Европы на пространства бывшего СССР. Снимая обязательства нести полную ответственность за дела периферии, Российское государство адаптируется к нарастающему вокруг хаосу, но сохраняет имперскую способность так или иначе эту периферию контролировать. К тому же в современных условиях мы не можем с той же уверенностью, как и раньше утверждать, что имперское могущество обязательно должно подкрепляться прямым контролем над зависимыми государствами. Анархическая и конкурентная природа международной политики остаётся неизменной, но конкретные требования к принимаемым решениям могут меняться. Они всё более связаны с возрастающими техническими возможностями, которые отсутствовали в эпоху, когда дистанция от столицы до границы означала время, необходимое для военной мобилизации. Ведущие европейские государства и Соединённые Штаты также стремятся сохранить имперский контроль над определёнными странами и целыми регионами. Однако – за редкими исключениями – делают это через манипулирование экономическими режимами. Глобальное влияние США, конечно, отличается – военное присутствие сохраняется в большинстве регионов мира, но оно далеко не всегда предполагает готовность выступать защитником своих подопечных. Дискуссии о том, какую степень военных рисков Вашингтон может на себя принять даже ради самых ближайших союзников, ведутся постоянно. Среди европейских стран только Франция сохраняет контингенты в нескольких бывших африканских колониях. Как мы видели на примере событий в Мали, эти силы могут успешно применяться для купирования тактических угроз на локальном уровне. И в том, и в другом случае обе державы полностью контролируют только своё окружение – США в Канаде и Мексике, Франция – в рамках европейской интеграции. На более удалённых участках способность оказывать влияние связана либо с передовыми техническими возможностями и военным перенапряжением (США), либо с ограниченностью целей и задач (Франция и Великобритания). Нарастание подвижности международной среды заставляет великие державы проводить более осмотрительную и сдержанную политику в части собственных обязательств, и Россия – не исключение. Вряд ли стоит ожидать, что в современных условиях она сохранит в первозданном виде черты имперского поведения, присущие весьма удалённым историческим эпохам. Россия, в отличие от Австрии, Великобритании, Турции или Франции, и так сохранила в своём составе главное приобретение периода активной территориальной экспансии – пространство от Урала до Тихого океана. Эти территории – единственное имперское достижение, приносившее Российскому государству прибыли, а не убытки, как это было с другими её владениями от Балтики до Памира. Все остальные могут рассчитывать на действительно заинтересованное российское участие, только если занимают критически важное для безопасности России географическое положение. В случае с пространством бывшего СССР – это Белоруссия и Казахстан. Союзничество как необязательная роскошь Отказ великих держав от своих обязательств за минимально необходимыми пределами – новый вызов для самой концепции мирового порядка. Гегемония одной державы в категориях науки о международных отношениях – способ преодолеть последствия анархичности международной системы. Сейчас актуальным становится вопрос, возможен ли вообще порядок в условиях, когда державы, теоретически способные претендовать на гегемонию, не нуждаются в порядке для обеспечения собственной безопасности и развития? Международные институты находятся в состоянии глубокого кризиса. И чем больше великие державы будут экономить силы в соответствии с чётко определёнными приоритетами, как сейчас это делает Россия, тем меньше надежды на то, что нарастающая анархия сменится какой-либо формой «концерта». Нравится нам это или нет, у великой державы – участницы глобального ядерного клуба – не может быть союзников. Отношения стран «пятёрки» Совета Безопасности ООН со всеми остальными определяются их решающим военным превосходством. Оно создаёт основу для перманентного состояния «холодной войны», по выражению Джорджа Оруэлла, между ними и другими участниками мирового сообщества. Эта «война» может протекать разными способами, но даже если её практическим выражением становится весьма тесное сотрудничество, никто из участников не способен инкорпорировать интересы партнёра в систему своих национальных интересов. Поэтому мы не должны удивляться, что для Соединённых Штатов неочевидна даже защита своих формальных союзников, если российские интересы безопасности вступят в противоречие с их суверенитетом, или что Россия не считает интересы своих союзников приоритетом собственной внешней политики. Особенно, когда речь идёт не о выживании союзника, а о потенциальном изменении силовых возможностей. В международных отношениях более сильные участники не могут вступать в борьбу за интересы менее сильных. Исключение – прямая зависимость выживания более сильного государства от того, насколько защищены интересы его младшего партнёра. Но эту задачу решает, как мы видим, только география, диктующая расположение стратегических объектов на территории сопредельного государства. Даже если более слабые страны не создают поводов усомниться в собственной лояльности, доказать свою действительную нужность им крайне сложно. Особенно, когда речь идёт об отношениях с ядерной державой. С учётом того, что среди стран «пятёрки» даже наименее сильные Великобритания и Франция могут решить проблему выживания самостоятельно, сложно убедить ведущие ядерные державы в том, что интересы союзников имеют для них принципиальное значение. Именно в таком положении находится Россия, и не надо забывать об этом, оценивая текущие события на её ближайшей периферии. В действительности история международной политики знает мало примеров отношений, которые мы могли бы определить как союзнические. Тем более когда речь идёт о разных по силам государствах. Идеальным примером союзнических отношений было взаимодействие Великобритании, СССР и США в годы Второй мировой войны. Сопоставимые силы участников и наличие у них общей цели – уничтожение Германии, проводившей агрессивную революционную политику, – обеспечивало устойчивость альянса на протяжении нескольких лет. Концом этой коалиции стало создание Соединёнными Штатами ядерного оружия, немедленно и необратимо изменившего баланс сил. К тому же общий враг был повержен. Коалиция держав, победивших в 1813 г. революционную Францию, также не просуществовала долго. В ходе Венского конгресса 1815 г. разногласия между Россией, Пруссией, Великобританией и Австрией стали настолько велики, что пришлось вернуть Францию в число великих держав в качестве общего балансира. Союзнические отношения между США и Великобританией, а также другими партнёрами по НАТО основаны на абсолютном военном превосходстве Вашингтона и именно поэтому центральный вопрос Североатлантического альянса с момента его основания – готовность США принимать на себя риски, связанные с реализацией интересов остальных участников. Великобритания и Франция в 1956 г., Франция в ходе колониальных войн в Индокитае и Алжире, а также Великобритания в ходе конфликта с Аргентиной за Фолклендские острова в полной мере ощутили, что их главный союзник будет оказывать поддержку только там, где затронуты его непосредственные интересы. Великие державы идут на создание формальных институтов союзничества, если это необходимо для обеспечения их собственных интересов. Например, возможностей развёртывания сил и средств в случае военного конфликта. Но по мере того, как развёртывание становится ненужным (возрастают технические возможности или снижаются угрозы), ценность союзников становится весьма относительной. Так вправе ли младшие партнёры в союзнических отношениях в принципе на что-то рассчитывать? Да, вправе, если международный контекст складывается в их пользу и конкретный регион нужен великой державе в связи с её собственными интересами. Например, перспективы российского военного присутствия в Закавказье по истечении пяти лет, необходимых для полноценной реализации гуманитарной миссии, будут зависеть исключительно от отношений между Россией и Азербайджаном. То, что во всём остальном российское участие в делах обеих стран региона имеет моральную, а не корыстную природу, прекрасно иллюстрируется упоминанием невозможности повторения геноцида армян в ходе встречи президента России с участниками Валдайского клуба в октябре 2020 года. Было бы академическим упрощением считать, что форматы многостороннего сотрудничества, созданные Россией и несколькими странами на пространстве бывшего СССР, – продукт исключительно российской международно-политической слабости или могущественных внешних ограничителей. Хотя, безусловно, соотношение сил в рамках ЕАЭС или ОДКБ диктует именно такую логику. Однако ЕАЭС, например, был создан в современном виде (в 2015 г.) уже после того, как Москва восстановила необходимые возможности для возвращения к полноценной политике великой державы. Аргументация представителей институционалистского подхода, ратующих за то, что институты в любом случае снижают транзакционные издержки и поэтому выгодны, здесь имеет убедительные основания. Россия в рамках ЕАЭС имеет те же права в механизме принятия решений, как и государства, силовые возможности которых не могут быть сравнимы с её собственными. Но она существенно экономит за счёт того, что целый ряд важных вопросов решается здесь совместно. Столь же неправильно абсолютизировать российскую заинтересованность в сохранении присутствия и обязательств за пределами своих границ. Она не выше, чем у других великих держав и повсеместно имеет ярко выраженную тенденцию к сокращению. Мы не можем назвать ни одной третьей страны, союз с которой имел бы действительно жизненное значение для выживания России, Китая или США. Более того, мир всё больше зависит не от сложных институционализированных систем, а от рационального осознания государствами гибельности военных решений. Наличие или отсутствие формальных союзников также меняет в этой ситуации природу и значение. Способность Америки или Европы мобилизовать союзников в момент принятия решений в международных институтах мало что значит в реальности. Если эти решения направлены против слабейших членов международного сообщества, то они и так находятся в уязвимом положении. А если против сильных – Китая или России, то последствия доставляют неудобства, но не являются критическими. То, что у Москвы и Пекина нет союзников в том смысле, как у США, ничего в соотношении сил в рамках международной политики не меняет. Но если они создадут формальный союз между собой, международная система окажется на грани революционной ситуации, поскольку такой союз равных по силам будет нуждаться в определении общей конкретной цели и противника. Когда речь идёт о великих державах, феномен союзнических отношений неравных по силам наталкивается на две сложности концептуального характера. Во-первых, эти отношения не нужны, а, во-вторых, они невозможны. Но если мы, говоря о союзничестве, подразумеваем другое, формально неравноправное состояние отношений, необходимо использовать другой термин. Как заметил ещё в начале октября 2020 г. весьма уважаемый коллега из Армении, иллюзией было то, что Россия должна бороться за армянские интересы, но правда в том, что это Армения должна бороться за интересы России. То есть стране на основе рациональной оценки своих возможностей следует вести себя так, чтобы её место в системе интересов великой державы было не только результатом субъективной самооценки, но хоть как-то стремилось к отражению объективной реальности. Добродетель воздержания Великие державы утрачивают интерес к принятию на себя избыточных обязательств. Последним исключением остаются ведущие европейские страны, но их ограниченные возможности сами диктуют необходимость избавляться от обязательств, если не на словах, то на деле. Этот процесс объективен и нет оснований думать, что он может быть обратим. Последние несколько лет мы много рассуждали (с полным на то основанием), что в современных условиях малые и средние державы могут проводить более многовекторную политику. Большинство государств на территории бывшего СССР, но также и страны, например, Юго-Восточной Азии, вполне официально заявляют, что возможности, предлагаемые им великими державами, делают рациональным отказ от жёсткого выбора в пользу одной из них. Но точно в той же мере возрастает и внешнеполитическая гибкость самих великих держав – они всё меньше нуждаются в союзниках, всё меньше готовы инвестировать в создание международного порядка на глобальном или региональном уровне и всё меньше стремятся рисковать, там, где не затронуты их жизненные интересы. Материальная основа для такого поведения у них всё равно намного более солидная, чем у всех остальных. Распад сообщества безопасности СССР в 1991 г. и последующее поведение его бывших субъектов, вполне, впрочем, естественное для новых независимых государств, позволили России гораздо лучше, чем Европе или США, подготовиться к миру, где обязанности государства перед создавшими его гражданами имеют первостепенное значение по сравнению с любыми этическими соображениями. В 2020 г. технологические возможности и гибкость в привлечении ситуативных союзников позволяют решать задачи национальной безопасности без опоры на институты. Но это не означает, что Россия начнёт менее внимательно относиться к тому, что происходит у соседей, скорее – внимание будет даже более сконцентрированным. Хочется, чтобы это стало для них стимулом тщательнее соотносить свои действия с интересами России в области безопасности и экономического развития. Переход к новой политике на постсоветском пространстве не случился в одночасье. Драматические события на Украине в 2014–2015 гг. не стали началом восстановления СССР, хотя к тому моменту у России были для этого военные возможности. Концепция «русского мира», прозвучавшая тогда несколько раз со стороны Москвы, вызывала опасения в том, что у неё есть намерения масштабно переформатировать международную политику в своём окружении. Но возвращение Крыма, как и сочувствие к событиям на востоке Украины стали лишь мерами обеспечения собственной безопасности, а не создания нового безопасного пространства для всех. Если бы Россия думала в 2014 г. о будущем украинского народа, то в течение нескольких недель военным путём решила бы проблему февральского переворота в Киеве. Несмотря на то, что она и сейчас связана с Украиной значительными экономическими и человеческими отношениями, их структурная функция – уже не поддержание общего пространства развития, а реализация практических интересов. Даже если в будущем Москва окажется в ситуации необходимости действовать здесь более решительно, вряд ли её цели будут альтруистическими. Примерно тогда же Россия осознала, что для неё не является проблемой внимание Китая к Центральной Азии. Те, кто в 2014 г. ожидал там конфликта и конкуренции Москвы и Пекина, исходили из того, что попытки сохранить изолированность региона от окружающего мира остаются главным инструментом российской политики. Хотя уже тогда, наверное, стоило задуматься о том, что доброжелательная реакция на инициативу «Пояс и путь» говорит об изменении алгоритмов российского поведения. Отношение Москвы к действиям Китая было отчасти продиктовано желанием создать здесь «очаг мира» на фоне разгоравшегося конфликта с Западом. Ради достижения этой цели Россия с лёгкостью приветствовала китайские амбиции в Центральной Азии. Сейчас сожаление может вызывать только то, что за семь лет Китай не смог преодолеть собственные ограничители и региональные особенности и создать там достаточно много рабочих мест. В 2020 г. Турция сыграла значительную роль в изменении баланса сил в Закавказье. Разрешение конфликта вокруг Нагорного Карабаха – самого старого и наиболее масштабного из межнациональных конфликтов эпохи распада СССР – в пользу Азербайджана было невозможно вне контекста новой турецкой внешней политики и привело к значительному укреплению позиций Москвы и упрощению ситуации в целом. Новые международные условия гораздо более комфортны и выгодны для России, разместившей в Карабахе свой миротворческий контингент. Поэтому в современной международной политике нет деятеля, который бы настолько хорошо послужил эгоистическим российским интересам, как Эрдоган. Турция, всё ещё являющаяся членом НАТО, теперь тоже ближнее российское зарубежье, вовлечённое в орбиту силовой политики России. Такая последовательность решений Москвы подводит к мысли, что для российской внешней политики страны-соседи представляют интерес не как таковые, а применительно к тому, как она оценивает угрозы и возможности более широкого глобального контекста. Соседи её по причине скромных силовых возможностей и зависимости от внешних центров влияния вряд ли могут участвовать в решении даже частных внешнеполитических задач России. Белоруссия остаётся в центре внимания, потому что её подчинение НАТО и ЕС будет угрожать российской безопасности, экономическим интересам и миру в Европе. Южный Кавказ – зона широкого международного взаимодействия, число участников которого ограничено только их намерениями в отношении российских интересов. Приднестровье может иметь смысл лишь в связи с местом Румынии в стратегическом планировании НАТО, ничего личного. Центральная Азия – регион взаимодействия с Китаем ради того, чтобы там не было стран Запада и радикальных исламистов. Обе задачи, как и поставки рабочей силы из Киргизии, Узбекистана и Таджикистана в Россию, Пекин полностью разделяет. Достаточно неопределённой становится судьба евразийской экономической интеграции. Видимо её важнейшей функцией в ближайшие годы станет не повторение опыта ЕС – создание экономическими средствами регионального сообщества безопасности, а техническое содействие трансграничной торговле. Конечно, уже упомянутые Белоруссия и Казахстан занимают особое место на карте российских приоритетов. Но только потому, что географически расположены вблизи основных «центров силы» суверенной территории России. Однако задачи обеспечения защиты от внезапного удара со стороны Запада и свободной коммуникации между европейской Россией и Дальним Востоком должны решаться вне зависимости от того, какие у Москвы отношения с политическими образованиями на этих пространствах. Особенно в условиях, когда даже самые решительные тактические действия в военно-политической области являются скорее способом достижения мира, а не приглашением к большой войне. Значение имеет не природа политического режима или институциональный формат отношений с Россией, а его поведение, прогнозируемое путём простейшего контент-анализа. Об этом, кажется, прекрасно осведомлены участники внутриполитического процесса в Киргизии, где каждый переворот сопровождается подтверждением добрых намерений новой власти в отношении российских приоритетов. При этом в новых условиях мы вряд ли мы можем рассчитывать, что отказ России от попыток оказывать кому-то покровительство или развивать «особые отношения» – гарантия невмешательства в ситуациях, которые могут стать критическими для её интересов. Данная статья расширяет и углубляет тезисы, изложенные в материалах, написанных для Валдайского клуба. С ними можно ознакомиться здесь: https://ru.valdaiclub.com/about/experts/3813/ https://globalaffairs.ru/articles/imperiya-i-eyo-sosedi/
  7. ЧАСТЬ 1 РЕДАКЦИЯ Информагенство “Ледокол” постоянно следит за ситуацией во всех регионах России и старается по максимум возможности вскрывать сущность капитализма и оповещать наших читателях о всех серьезных проблемах в обществе, которые из года в год только набирают оборот. Сегодня мы решили снова вам показать, как “глубока и вязка трясина” буржуазного общества с её хозяйственной деятельностью. Где любой из нас уже завтра может попасть в эти списки “кинутых” на заработную плату. Несмотря на то, что большинство нас, наёмных работников и так трудятся за сущие копейки, на которые иногда даже не хватает протянуть до следующей подачки, но эти “эффективные хозяйчики” умудряются и тут даже дополнительно обогащаться за наш неоплаченный труд. Москва: Черемушкинская межрайонная прокуратура инициировала расследование по факту невыплаты зарплат на сумму свыше 80 млн руб. более тысячи работникам компании ООО «АРКС МТ». В декабре 2020 года руководство ООО «АРКС МТ» после вмешательства СК погасило долг перед своими работниками на сумму более 70 млн руб. Республика Башкортостан: В Контрольно-счетной палате Башкирии назвали сферы труда, в которых наблюдаются самые высокие задолженности по зарплате. Согласно данным Росстата на 1 марта 2021 года, в Башкирии сумма просроченных зарплат составила 46,1 млн рублей. По этому показателю республика вошла в антирейтинг страны, заняв там 11 место. Лидером по объемам просроченной зарплаты считается Кемеровская область, где работодатели задолжали сотрудникам свыше 237 млн рублей. Общий долг по зарплате предприятий в Приволжском федеральном округе оценивается в 154,6 млн рублей. На Башкирию приходится почти 30% от общей суммы долга. В соседнем Татарстане объем просроченной задолженности немного больше, чем в Башкирии, и составляет 48,6 млн рублей. По данным КСП, наибольшая часть невыплаченной зарплаты приходится на обрабатывающие производства – 39,6% работников, не получивших зарплату, трудится именно в этой сфере. Остальные 21,7% рабочих заняты в строительстве, 11,5% – в добыче полезных ископаемых, 7,1% – в сельском хозяйстве, 5,8% – в транспортной отрасли. Ростовская область: Работникам одной из птицефабрик в Кагальницком районе Ростовской области выплатили более 4,4 млн рублей долга по заработной плате. Получить деньги сотрудники смогли только после вмешательства прокуратуры, сообщает пресс-служба областного ведомства. «Установлено, что на предприятии имеется задолженность перед 110 работниками в размере более 4,4 млн рублей и в органы статистики не представлен отчет о просроченной задолженности. Оренбург: Предприятие, которое стало банкротом, задолжало работникам заработную плату. 19 работников организации не получили зарплату за январь 2020 года. Общая сумма долга составила 300 тыс. рублей. Прокуратура выявила многочисленные нарушения в работе конкурсного управляющего предприятия-банкрота. В отношении него возбудили дело об административной ответственности. Арбитражный суд, рассмотрев протокол, назначил конкурсному управляющему штраф в размере 25 тыс. рублей. Свердловская область: Задержка выплаты зарплаты происходит на Керамзитовом заводе в Кушве и «Натальинском стеклозаводе» в Красноуфимском районе. «Без всякого объяснения с января зарплату стали платить частями, как будто так и надо. 26.02 перечислили аванс 1000 рублей. Все сотрудники как бы смирились. Но у людей дети, надо платить за садик, кредиты, квартплата и т. д. Да и вообще — на что жить, кушать что?», — пишут работники Кушвинского кермзитового завода. Гораздо сложнее ситуация на «Натальинском стеклозаводе», выпускающем стеклянные изоляторы из отожженного термостойкого стекла и светильники: не работает с 16 июня 2020 года — на предприятии начались ремонтные работы. «Заработная плата не выплачивается на предприятии с сентября 2020 года, срок задержки зарплаты на сегодняшний день составляет 6 месяцев. Генеральный директор и главный бухгалтер уволились (сбежали) с предприятия 9.12.2020 года. По настоящее время на пост генерального директора никто не назначен. С 01.01.2021 работники предприятия находятся дома в соответствии со ст. 142 ТК РФ. На данный момент задолженность перед работниками составляет 5 870 678,37 рублей», — написали представители стекольного завода. Магнитогорск (Челябинская область): В Магнитогорске предприятия-банкрота АО «ПО «Монтажник» задолжало по заработной плате в размере 18 миллионов рублей. Районная прокуратура внесла представление руководителю УФССП по Челябинской области из-за недостаточной работы судебных-приставов исполнителей Орджоникидзевского РОСП Магнитогорска. «В результате принятых мер установлено имущество, принадлежащее должнику, осуществлен сбор документов на проведение его оценки, приняты меры к обращению взыскания дебиторской задолженности», — сообщила Мамаева. На первое марта 2021 года 226 судебных актов на сумму более 18 миллионов рублей было исполнено. Саратов: В ООО «Элатто», занимающемся эксплуатацией и обслуживанием жилого фонда, на февраль текущего года скопилась задолженность по заработной плате в размере почти одного миллиона рублей. Деньги задерживали 58 работникам в январе этого года. Руководитель организации привлечен к административной ответственности за невыплату в установленный срок заработной платы и оштрафован. Ярославская область: Работникам областного госпредприятия «Южный водоканал» не заплатили за февраль, мартовская заработная плата пока также не выдавалась. Работники предприятия, расположенного в городе Ростов Великий, опубликовали в социальных сетях обращение к директору госпредприятия Ярославской области «Южный водоканал». «Уважаемый директор водоканала! Скажите пожалуйста нам, обычным рабочим, когда это безобразие закончится Люди сидят без денег, не покушать купить, не кредит заплатить. В конце-то концов, это крик уже. Уже второй месяц, у людей дети, семьи. Решайте уже вопрос, будем тогда обращаться в прокуратуру, далее письмо президенту или вызовем журналистов прямо к воротам водоканала», — написала одна из работниц предприятия. В департаменте ЖКХ Ярославской области подтвердили факт задолженности перед рабочими. Февральский долг на «Южном водоканале» хотят погасить до середины апреля, мартовскую зарплату собираются выдать в срок. «Как пояснили на предприятии, на сегодня ГП ЯО «Южный водоканал» имеет девятидневную задолженность по заработной плате перед 386 работниками в размере 4 миллиона 454 тысячи рублей, за февраль 2021 года. Задолженность ежедневно снижается и будет полностью погашена до 16 апреля 2021 года. Ведется ежедневная работа со службой судебных приставов. Заработную плату за март планируется выдать без задержек», — рассказали в департаменте ЖКХ Ярославской области. Как ранее сообщалось, работники «Южного водоканала» дважды получали заработную плату после того, как судебные приставы возбуждали исполнительные производства по факту невыплаты. Последний такой факт зафиксирован в декабре 2020 года. Киров: В Кирове частное охранное агентство «Легион» не платило зарплату своему сотруднику с февраля по август прошлого года. За это время охранник должен был получить 80 тысяч рублей. После того, как делом занялись следователи, зарплату выплатили. Тюменская область: Рабочие, занимавшиеся ремонтом здания администрации Тобольского района, пожаловались на то, что им не платят зарплату, хотя работы выполнены.В Тобольске ремонтные работы здания мэрии района, расположенного на Ремезова, 24, обернулись скандалом. Один из работников пожаловался в социальных сетях на то, что ему и другим ремонтникам не платят зарплату. Волгоградская область: Следователи Николаевского межрайонного следственного отдела завершили расследование в отношении гендиректора коммерческой организации, специализирующейся на подаче питьевой воды жителям одного из поселков Быковского района. Было установлено, что с октября 2019 года начальник компании на протяжении года регулярно задерживал выплаты своим сотрудникам: двум водителям, бухгалтеру и специалисту отдела кадров. Работники получали зарплату не чаще чем раз в три – четыре месяца. При этом общая сумма задолженности перед ними составляла свыше 850 тысяч рублей. В ходе разбирательств следователи и прокуратура Быковского района установила, что компания не испытывает финансовых проблем, поэтому причин для невыплаты зарплаты у руководителя не было. Саратов: Межрегиональный профсоюз кинематографистов опубликовал заявление в защиту прав работников саратовского Дома кино, собиравшихся устроить забастовку из-за невыплаты зарплат. «Предприятию предписали в недельный срок устранить нарушения: погасить долги и заключить трудовые договоры с сотрудниками, а также запретили оказывать давление на коллектив, — отметили в профсоюзе. — Несмотря на эти требования на сотрудников со стороны руководства оказывается давление. Во вторник 30.03.21 сотрудникам были предложены тексты трудовых договоров к заключению, коллектив высказался по поводу корректировки ряда пунктов, администрация согласилась внести изменения. Однако уже в среду 31.03.21 инициатору забастовки Александру Мигурскому, работающему киномехаником с февраля 2021 года, после выплаты долгов по зарплате сообщили, что не могут допустить его к работе, и в его смену в четверг 01.04.21 ему не следует приходить в кинотеатр; его коллегами, работающими в кинотеатре уже несколько лет, договоры обещали подписать, при этом указывая на то, что их действия могут привести к закрытию всего предприятия». Мигурскому руководство Дома кино предъявило документ, согласно которому, его отстранили от работы, так как его якобы принял на неё не уполномоченный на то сотрудник. Киров: Прокуратура Ленинского района города Кирова на основании поступившего обращения провела проверку исполнения трудового законодательства ООО «НОРМАЛЬ». Во время проверки выяснилось, что перед бывшим работником в 2018-2020 г.г. образовалась задолженность по заработной плате на сумму более 200 тыс. рублей. Продолжение следует … Часть 2 Иван Киселёв Информагенство “Ледокол” постоянно следит за ситуацией во всех регионах России и старается по максимум возможности вскрывать сущность капитализма и оповещать наших читателях о всех серьезных проблемах в обществе, которые из года в год только набирают оборот. Сегодня мы решили снова вам показать, как “глубока и вязка трясина” буржуазного общества с её хозяйственной деятельностью. Где любой из нас уже завтра может попасть в эти списки “кинутых” на заработную плату. Несмотря на то, что большинство нас, наёмных работников и так трудятся за сущие копейки, на которые иногда даже не хватает протянуть до следующей подачки, но эти “эффективные хозяйчики” умудряются и тут даже дополнительно обогащаться за наш неоплаченный труд. Кемеровская область: В Кемеровской области прокуратуре пришлось вмешаться из-за частичной невыплаты работникам ООО «Ровер» зарплаты. Как сообщили в пресс-службе надзорного ведомства по региону, задолженность перед 225 работниками составила 38 млн рублей. Челябинск: Долг в 15 млн рублей агрокомплекса «Чурилово» после вмешательства прокуратуры был погашен полностью. Такую сумму за январь компания вовремя не выплатила 442 сотрудникам. Директору объявили предостережение. Ранее проверку по невыплате зарплаты проводила трудовая инспекция. Речь тогда шла о долге, скопившемся с июня 2020 года. В феврале начались массовые жалобы на невыплату зарплаты в агрокомплексе «Чурилово». Затем появились аналогичные проблемы на другом предприятии агрохолдинга — комплексе «Горный». Екатеринбург: Более 500 тыс. рублей долга по заработной плате, было выплачено сотрудникам биатлонной базы «Динамо», которая чуть не закрылась в феврале. «В ходе надзорных мероприятий установлено, что на спортивной базе образовалась задолженность по выплате заработной платы за февраль 2021 года перед 40 работниками в размере свыше 500 тыс. рублей, — говорится в сообщении. Курганская область: За первые 4 месяца 2021 года зауральские работодатели задолжали 7,5 млн рублей по зарплате перед работниками. За первый квартал текущего года взыскана задолженность по зарплате в результате прокурорского вмешательства на сумму почти 7,5 млн рублей. В частности, полностью погашены долги на 12 предприятиях Курганской области, три из которых находились в стадии банкротства. За 3 месяца органы прокуратуры выявили свыше 1,2 тыс нарушений трудовых прав граждан. Погашения более 1 млн рублей задолженности удалось добиться перед 43 работниками МУП «Сириус», «Комбинат бытового обслуживания», «Бытовые услуги» и ОАО «Шумихинский лесхоз». Волгоградская область: Прокуратура Волгоградской области утвердила обвинение директору фирмы, занимающейся разработкой проектов газоснабжения. По версии следствия, длительное время обвиняемая не платила заработную плату четырем проектировщикам. Долг перед работниками превысил 2,8 миллиона рублей. Финансовых трудностей в этот период фирма женщины не испытывала, пояснили в пресс-службе областной прокуратуры. – Свою вину она признала частично. Киров: Прокуратура Первомайского района города Кирова на основании поступившего обращения провела проверку исполнения трудового законодательства в деятельности ООО «НСТ», в ходе которой выявлены нарушения закона. Установлено, что заместитель руководителя коммерческой компании уклонился от оформления трудового договора с одним из работников и выплачивал ему «серую» зарплату. После увольнения заявитель не получил окончательный расчет по зарплате. Прокурор Первомайского района города Кирова внёс руководителю общества представление. Должностное лицо привлечено к административной ответственности в виде штрафа в размере 10 тысяч рублей. Армавир: Сотрудникам Армавирского машиностроительного завода начали выплачивать задолженность по зарплате. После продажи части имущества стало возможным начать рассчитываться по долгам предприятия. Некоторые работники уже получили первые деньги. На сегодняшний день есть задолженность по зарплате перед более чем 800 сотрудниками. Им должны 159 млн рублей. Напомним, что летом 2020 года завод объявлен банкротом. Ростовская область: Директора одного из обществ с ограниченной ответственностью в Гуково дисквалифицировали на три года. Такое решение принял суд после обращения прокуратуры, сообщает пресс-служба областного ведомства. Как выяснилось в ходе проверки, работникам компании не выплатили заработную плату за январь текущего года. Размер задолженности превысил 200 тысяч рублей. Ранее директора предприятия уже привлекали к административной ответственности за аналогичные правонарушения. Так как ситуация не изменилась, были приняты более строгие меры реагирования. Кемерово: Бывшие сотрудники машиностроительного предприятия в Кемерове продолжительное время не получали зарплату, а руководство не вернуло им деньги и после увольнения. Сумма задолженности по оплате труда составила 278 тысяч. Шесть кемеровчан пожаловались на бывшее место работы ООО «Машиностроительный завод «Фалар», где недополучили свои зарплаты. Курганская область: Как установлено следствием, юридическое лицо не выплачивало зарплату полностью двум работникам ООО «Имени Калинина» более двух месяцев. Общая сумма задолженности составила 83 193 руб. Во время производства предварительного следствия было достоверно установлено, что гендиректор погасил задолженность по зарплате работникам компании в полном объёме. Основным видом деятельности компании является животноводство. Предприятие зарегистрировано в 2009 году, сумма уставного капитала составляет 100 тысяч рублей. Среднесписочная численность сотрудников — 40 человек. Подмосковье: При участии областной прокуратуры в прошлом году в Подмосковье погасили задолженности по заработной плате на сумму более 770 млн руб., сообщил в четверг прокурор Московской области Сергей Забатурин. «В прошлом году при участии органов прокуратуры удалось добиться погашения долгов перед работниками на сумму свыше 770 млн руб.», – сказал Забатурин на заседании Мособлдумы. Он добавил, что 2020 году сотрудники прокуратуры выявили более 6 тыс. нарушений трудовых прав граждан. «В сфере исполнения законов защиты прав и свобод человека в прошедшем году пресечено более 68 тыс. нарушений. Наказано свыше 26 тыс. виновных лиц. Возбуждено 563 уголовных дела», – отметил Забатурин. Ростовская область: По требованию прокуратуры суд дисквалифицировал директора ООО Транспортное управление «Шолоховское» за невыплату зарплаты работникам. — Во время проверки было установлено, что работникам не выплачена заработная плата на общую сумму более 3,2 млн рублей, — говорится в сообщении. Директора дисквалифицировали на один год, а на общество с ограниченной ответственностью наложили административный штраф в размере 60 тыс. рублей. Ямало-Ненецкий автономный округ: Ноябрьский филиал компании «Юнэрго Сервис» в очередной раз задолжал миллионы по заработной плате почти сотне работников. «Установлено, что 94 работникам предприятия не выплачена заработная плата за февраль 2021 года. Размер задолженности превысил 3,59 млн рублей», — говорится в сообщении прокуратуры ЯНАО. Ранее компания «Юнэрго Сервис» несколько раз попадала в скандалы с невыплатами зарплаты. Всякий раз для возврата долгов приходилось вмешиваться прокуратуре. Предприятие предоставляет услуги в области добычи нефти и газа. В январе 2019 года «Юнэрго Сервис» нарушила порядок трудоустройства сотни работников компании «Ямал Альянс», уволенных при реорганизации. Оренбург: Прокуратура Оренбурга выявила нарушение законодательства на одном из предприятий города. Там не платили заработную плату работникам. Задолженность по зарплате перед 4 сотрудниками у компании достигла 390 тыс. рублей. В результате руководителя и фирму привлекли к административной ответственности в виде штрафа на общую сумму 40 тысяч рублей. Сальск (Ростовская область): Уголовное дело возбудили в Сальске в отношении директора коммерческой организации. «По версии следствия, подозреваемый с июля 2020 года по февраль 2021 года не выплачивал заработную плату трем своим сотрудникам. При этом на расчетных счетах организации имелось достаточно денежных средств для погашения возникшей задолженности», – говорится в сообщении. Всего работники не получили более 330 тысяч рублей. Долг по заработной плате был полностью погашен после вмешательства прокуратуры. Напомним, в Таганроге 45 работников предприятия получили зарплату только после вмешательства прокуратуры. И так далее, можно перечислять до бесконечности: населенные пункты, фирмы-шарашки и предприятия, новые даты этих событий и напоминать прошлые даты задержек, пока каждый из нас не окажется в этих списках, где он живёт и работает. Конечно, всё это, совсем не конец — данная тенденция лишь набирает обороты! Это только начало эксплуатации и нищеты для большинства населения, которое “живёт”, точнее выживает изо дня в день — погрязшее во всевозможных долгах. Которые не покрыть нищенской заработной платой и особенно при её задержках или вообще полным “опрокидыванием”. Проявление эксплуатации трудящихся со стороны буржуазии не обязательно должно быть прямым сокращением заработков. Достаточно не индексировать их или повышать несоразмерно ползучей инфляции. Это не так бросается в глаза. Выбор стоит за каждым из нас, ведь будущее наших детей зависит сегодня от нас — какой мы им мир оставим: смиримся, тогда погрязнут наши дети в наследственных долгах,кредитах и ипотеках — продолжать влачить жалкое существование. Или мы сегодня можем изменить этот мир и построить новое социально-справедливое общество, через социализм. Выбор стоит перед каждым из нас и уже сегодня! http://ledokol.org/2021/04/16/o-faktah-po-ekonomicheskomu-rabstvu-v-rossii-chast-2.html Материалы: https://finance.rambler.ru/money/46141599-prokuratura-initsiirovala-delo-o-nevyplate-zarplat-na-80-mln-rub-bolee-tysyachi-rabotnikam-firmy-v-moskve/ https://finance.rambler.ru/money/46159640/ https://finance.rambler.ru/business/46153419/ https://news.mail.ru/economics/45570113/ https://finance.rambler.ru/money/46063012-v-magnitogorske-predpriyatie-bankrot-montazhnik-zadolzhalo-rabotnikam-20-millionov/ https://finance.rambler.ru/money/46056542/ https://ufacitynews.ru/news/2021/03/26/nazvany-otrasli-ekonomiki-bashkirii-s-samymi-bolshimi-dolgami-po-zarplate/ https://finance.rambler.ru/money/46071746/ https://finance.rambler.ru/money/46071924/ https://finance.rambler.ru/money/46138782/ https://finance.rambler.ru/money/46138250/ https://finance.rambler.ru/money/46135847/ https://finance.rambler.ru/money/46136691/ https://finance.rambler.ru/money/46133778-rabotnikam-kuzbasskogo-predpriyatiya-zadolzhali-38-mln-rubley https://finance.rambler.ru/realty/46130467/ https://finance.rambler.ru/money/46204884/ https://finance.rambler.ru/money/46129239/ https://finance.rambler.ru/money/46129529/ https://finance.rambler.ru/money/46128988/ https://finance.rambler.ru/realty/46123100/ https://finance.rambler.ru/money/46188742/ https://finance.rambler.ru/money/46185562/ https://finance.rambler.ru/money/46182982/ https://finance.rambler.ru/money/46202432/ https://finance.rambler.ru/money/46133778-rabotnikam-kuzbasskogo-predpriyatiya-zadolzhali-38-mln-rubleyhttps://finance.rambler.ru/realty/46130467/https://finance.rambler.ru/money/46204884/https://finance.rambler.ru/money/46129239/https://finance.rambler.ru/money/46129529/https://finance.rambler.ru/money/46128988/https://finance.rambler.ru/realty/46123100/https://finance.rambler.ru/money/46188742/https://finance.rambler.ru/money/46185562/https://finance.rambler.ru/money/46182982/https://finance.rambler.ru/money/46202432/https://finance.rambler.ru/money/46229952/https://finance.rambler.ru/money/46230777-direktora-transportnogo-upravleniya-sholohovskoe-diskvalifitsirovali-za-nevyplatu-zarplaty/https://finance.rambler.ru/money/46227927/https://finance.rambler.ru/money/46226076-odno-iz-orenburgskih-predpriyatiy-zadolzhalo-rabotnikam-390-tysyach-rubley/https://finance.rambler.ru/money/46222816-bolee-330-tysyach-rubley-zadolzhal-rabotnikam-direktor-firmy-v-salske/
  8. ДМИТРИЙ ПЕРЦЕВ О манипуляциях с памятью Задайте любому прибалтийскому историку вопрос «Когда руководство СССР приняло решение о присоединении Латвии, Эстонии и Литвы к Советскому Союзу?» и в ответ услышите: 23 августа 1939 года, в день заключения с Германией Договора о ненападении. К договору прилагался секретный протокол о разграничении между сторонами сфер интересов в Восточной Европе на случай «территориально-политического переустройства». Документ предусматривал включение Латвии, Эстонии, Финляндии, Бессарабии и восточных «областей, входящих в состав Польского государства» в сферу интересов СССР. Литва и западная часть Польши были отнесены к сфере интересов Германии. Волеизъявление народа. Рига, 1940 г. Фото: fotostrana.ru Сегодня в Литве твердят: «Пакт Молотова – Риббентропа стал ключом к советской оккупации». Член «международной комиссии по оценке преступлений нацистского и советского оккупационных режимов» (так!) Арунас Бубнис утверждает: «Секретные протоколы стали подтверждением того, что Литва не по своему желанию вошла в состав Советского Союза, а была принудительно инкорпорирована в него. Поэтому обнародование этих документов очень важно и для политики Литвы, и для нашего исторического сознания». Договор не стал "ключом оккупации". Фото: history.com Договор о ненападении между Берлином и Москвой («пакт Молотова – Риббентропа») и всё последующее стало основанием «политики исторической памяти» в Литве. Эта политика «заставляет просвещать общество по поводу последствий преступлений тоталитарных режимов на Европейском континенте». Никто из президентов Литвы не отказывает себе в желании сообщить, что «пакт привёл к развязыванию Второй мировой войны и обрёк на десятилетия страданий пол-Европы». Об этом вещают в Литве все кому не лень. Это устоявшийся стереотип и шаблон восприятия прошлого. «Договор открыл путь ко Второй мировой войне и к занятию частями Красной армии летом 1940 года Литвы, Латвии и Эстонии. Последствия этого факта сказывались ещё в течение нескольких десятков лет после окончания войны», – любит повторять отец литовских русофобов Витаутас Ландсбергис. И отсылает внимающих ему к западным историкам времён холодной войны, утверждавшим, что «решение об уничтожении независимости стран Прибалтики в Кремле приняли 23 августа 1939 года или, во всяком случае, не позднее начала октября 1939 года». Оспаривать эту устоявшуюся точку зрения опасно: грозит тюремный срок до 8 лет «за отрицание советской оккупации». Однако правду не утаить. «Как выяснилось впоследствии, основан этот взгляд был на несуществующих документах – таких, например, как якобы подписанный 11 октября 1939 г. приказ НКВД № 001123 об организации депортации из Прибалтики «враждебного элемента». Вопреки утверждениям зарубежных историков, в этом приказе ни депортация, ни Прибалтика не упоминались вообще». Историк А.Дюков, которого боятся в Балтии. Фото: politobzor В настоящее время директор фонда «Историческая память» Александр Дюков на основании документов Политбюро ЦК ВКП(б) ищет ответ на один из важнейших вопросов прибалтийской истории. Документы показывают, что ни осенью 1939-го, ни в мае 1940-го, ни даже в начале июня 1940 года решение об инкорпорации Прибалтики в состав СССР в Кремле не принималось. Вопрос решился лишь в конце июня – начале июля 1940 года. Дюков для Литвы, Латвии и Эстонии – persona non grata. Он является объектом клеветнических кампаний, он лишён возможности лично работать в местных архивах. Однако с использованными в его работе аутентичными документами из архива президента РФ придётся либо согласиться, либо аргументированно эти документы опровергнуть. Второе, на наш взгляд, невозможно. Исследование ещё не завершено, но уже доказано отсутствие у советского руководства намерения как-либо вмешиваться во внутренние дела трёх стран Прибалтики даже после подписания осенью 1939 года договора с Берлином. Рушится миф о начатой в 1939 году подготовке НКВД СССР к проведению на территории стран Балтии зачисток, которые там пытаются представить «геноцидом» литовцев, латышей и эстонцев. В Литве широко культивируется мнение, что «советская оккупация» оказалась «много брутальнее» «мягкой немецкой». Цинизм такого сравнения очевиден: Литва больше других бывших республик СССР пострадала от гитлеровских властей, потеряв с июля 1941 по июль 1944 года 200 тыс. граждан еврейской национальности и примерно 70 тыс. представителей титульной нации. К безвозвратным потерям необходимо добавить около 300 000 уничтоженных пленных красноармейцев и несколько тысяч красных партизан. Так что официальный Вильнюс понимает под «брутальностью»? Здешние историки не любят обращаться к «Справке о выселенных на спецпоселение из Литовской ССР в северные и восточные районы СССР в 1941-1952 годах жителях республики». Это документ КГБ Литовской ССР № С / 1 183 от 12 мая 1988 года. Из него узнаём, что первое выселение было осуществлено 15-17 июня 1941 года. Этой мере подвергался антисоветский, социально-опасный и социально-вредный элемент и члены их семей: «Были выселены 12 562 человека (7439 семей). Из них: активные члены буржуазных партий и участники антисоветских, националистических организаций (5536 человек); бывшие руководящие работники криминальной и политической полиции, тюремщики (1582 человек); бывшие офицеры литовской, царской и других белых армий (221 человек); бывшие помещики, фабриканты, торговцы и крупные чиновники буржуазного государственного аппарата (3165 человек); беженцы из Польши – бывшие помещики, фабриканты, офицеры и чиновники, а также лица, отказавшиеся от приёма советского гражданства по политическим мотивам (1530 человек); проститутки (449 человек). Выселению подвергалась вышеназванная категория лиц не только по формальным признакам социальной опасности, но и при наличии на них компрометирующих материалов в органах госбезопасности. В то же время НКГБ Литовской ССР за активную антисоветскую деятельность было арестовано и осуждено к различным срокам наказания 3649 человек, многие из которых в начале Великой Отечественной войны немецкими властями были освобождены от отбытия наказания». Всего было репрессировано 16 211 человек. Если изучить национальный состав врагов советской власти, то на первом месте окажутся поляки, далее – евреи, русские и только потом литовцы. При такой статистике говорить о «геноциде» литовцев невозможно. Поэтому придумали выход. Ежегодно 15 июня тысячи известных в Литве людей попеременно зачитывают фамилии репрессированных за все годы Советской власти. Рефреном звучат литовские фамилии. Создается иллюзия «геноцида». Так называемое Июньское восстание 1941 года – ещё один инструмент манипуляции памятью. Его участниками были растерзаны в Каунасе, Алитусе, Мариямполе, Варене члены семей командиров Красной армии. Свидетели тех ужасов утверждают, что беззащитных женщин и детей убивали, хуже скота. Им выкалывали глаза, рвали рты, отрезали груди, выжигали на спинах звёзды, беременным вспарывали животы... По всей территории тогдашней Литовской ССР враждебно настроенные по отношению к новой власти элементы из числа этнических литовцев вылавливали и убивали одиночных красноармейцев, уничтожали мелкие группы отступавших, утративших связь со своими подразделениями бойцов и командиров Красной армии. Их расстреливали, вешали, топили, резали, рубили топорами, закалывали вилами. И тому ещё остались живые свидетели. Остались свидетельства об ужасающих фактах: умирающих хуторяне добивали и варили из человечины холодец, которым кормили свиней. Статистика времён "советской оккупации" Всё это «политика исторической памяти» в Литве, Латвии, Эстонии, страшась правды, обходит стороной. А если взвесить на одной чаше весов зверства, творившиеся против населения, лояльного новой власти, а на другой – полтора десятка тысяч репрессированных? Что перевесит? https://www.fondsk.ru/news/2021/04/20/kto-podderzhivaet-lozh-o-genocide-litovcev-v-sssr-53412.html
  9. Андрей Захарченко В пятницу, 16 марта, молодые участники праймериз «Единой России» презентовали «Манифест новых путинцев», в котором выразили готовность конструктивно критиковать исполнительную власть, если она, по их мнению, будет «не дорабатывать». В свою очередь председатель партии власти, экс-президент и экс-премьер РФ, действующий заместитель председателя Совета безопасности РФ Дмитрий Медведев рассказал собравшимся, что такого роста социальной составляющей, как в России, нет почти ни у кого из других стран мира. «Никто не помнит уже почти, когда Владимир Владимирович Путин стал президентом в 2000 году, то средняя зарплата по стране была порядка $ 50. Тем не менее, это то, что мы имели 20 лет назад. Почувствуйте разницу. Если сравнивать нас с другими странами, то такого роста социальной составляющей почти ни у кого нет. Это очень важно. Об этом нужно помнить и рассказывать людям, напоминать нашим оппонентам», — сказал он. Понятно, что Дмитрий Медведев хотел, как лучше, чтобы в силу своих нынешних возможностей укрепить вертикаль власти. Однако эта услуга оказалась довольно медвежьей. Как человек, по его собственным словам, пользующийся интернетом 24 года, Дмитрий Анатольевич должен бы вообще-то знать, что во Всемирной паутине имеются архивы со свободным доступом, которые помнят все. Так вот, если открыть архивы Росстата по средней заработной плате и архивы монетарных властей по курсу валют, то любой желающий может убедиться — в переводе на доллары средняя заработная плата за весь 2000 год в пересчете на валюту по стране составляла 79 долларов. Если же сконцентрировать внимание исключительно на моменте избрания Владимира Путина президентом, что официально произошло 7 мая 2000 года, то все равно выходит, что тогда она составляла не 50, а 74 доллара. Естественно, никто бывшего главу кабмина, образно выражаясь, к стенке не поставит за неточность пересчета, но осадочек, как говорится, останется. Как остался он до сих пор в сердцах тех, кто помнит, как и по какому поводу Медведев произнес свое знаменитое «денег нет, но вы держитесь». Впрочем, все это, конечно, мелочи. Главный вопрос в другом — действительно ли в социальной сфере за 20 лет России удалось добиться таких успехов, что нам завидует весь мир? — Прогресс, конечно, был, и отрицать его бессмысленно, — отметил в беседе с «СП» доцент РЭУ им. Г. В, Плеханова Олег Комолов. — Так, по сравнению с концом девяностых годов уровень бедности сократился. Но говорить в этой связи с очень мудрой политикой российской власти, полагаю, не стоит. Никакой доблести тут нет, все нулевые годы был просто восстановительный рост после резкого провала в девяностые года прошлого века. Происходило это за счет обратного ввода в строй тех мощностей, которые тогда простаивали. «СП»: — Почему же в этом нет никакой доблести? — Потому что налицо один характерный показатель — как только уровень ВВП на душу населения в РФ достиг уровня РСФСР 1990 года, а произошло это в районе 2012 года, то весь этот рост сразу же и прекратился. С тех самых пор наша экономика пребывает в затяжной стагнации, а об эпохе высокого роста ВВП остались одни воспоминания. Отмечу, что произошло это задолго до введения антироссийских санкций и усиления внешнего давления на нашу страну, чем сейчас принято объяснять все неудачи последнего времени. На самом деле вся беда в том, что восстановительный рост давно закончился, а нынешняя экономическая модель по-прежнему не в состоянии предложить ничего другого, кроме продолжения эксплуатации советского наследия, которое фактически полностью исчерпало свой потенциал. Износ производственных мощностей растет. Инвестиций же, чтобы повышать производительность труда, недостаточно, поэтому мы вдвое отстаем по этому показателю от всего развитого мира, а от передовых стран уровня Германии — аж в 4 раза. На этом фоне, конечно, нынешней власти очень удобно спекулировать на проблеме 90-х годов, как бы отгораживаясь от нее, но нужно понимать, что она — плоть от плоти той «семибанкирщины», которая сколотила свои капиталы в эпоху приватизации. Ведь после этого процесса перед российским правящим классом встала задача сохранить награбленное, и с этой точки зрения внутренняя политика государства, действительно, стала чуть более социально ориентированной. По крайней мере, людям стали платить пенсии, размер которых, правда, до сих пор издевательски низок. И никакого света в конце тоннеля, который пообещал бы нам хоть небольшой источник экономического роста, отличный от дальнейшей эксплуатации природных ресурсов, тут не видно. «СП»: — Вот вы говорите об отсутствии света в конце тоннеля и невысоких пенсиях. Но ведь если взять средний размер заработной платы за 2019 год (47 867 рублей, согласно Росстату), и поделить ее на средний курс доллара за этот же период (64,61 рубля за единицу), то получаются внушительные по сравнению с медведевским «полтинником» 739 долларов. А если взять предварительные данные по средней зарплате за 2020 год (51 083 рубля), и поделить их на среднегодовой курс доллара (72,32 рубля за единицу), то выйдет 706 долларов. Это, конечно, чуть меньше, но все равно по сравнению с 2000 годом солидно. Власти, выходит, все равно есть, чем гордиться? — Переводить рубли в доллары надо не по номинальным курсам, а по паритету покупательской способности. Номинально-то курс доллара сейчас за 70, но если брать в расчет то, сколько в реальности можно купить на него иностранных товаров, то рубль окажется вдвое крепче, чем нынешний его номинальный курс, соотношение будет примерно 1 к 30. Но он искусственно девальвирован государством, чтобы насыщать карманы экспортеров. Как видите, номинальный курс вообще ни о чем не говорит, и использовать его не имеет смысла. Вообще, чтобы проводить подобные сравнения, нужно учитывать очень много факторов. Но есть ли смысл переводить рубли в доллары? Что это нам дает? Несем-то мы расходы в рублях, вот и надо смотреть, сколько и чего мы можем купить на рубли. А подавляющее большинство нашего общества все еще настолько бедно, что может себе позволить разве что базовые товары из пяти основных потребительских групп — еды, одежды, жилья, медицины и транспорта. И вопросы корреляции рубля с долларом, поверьте, для них весьма второстепенны. «СП»: — Есть надежда, что в ближайшей перспективе, скажем, до 2024 года, ситуация с благосостоянием граждан и их социальным комфортом изменится в лучшую сторону? — Ну, пока нам дай-то бог просто остановить продолжающееся падение доходов населения. Вроде бы Росстат пришел к выводу, что в 2019—2020 годах это сделать почти удалось, но пришедшая пандемия все это начисто перечеркнула. К тому же мы даже не ощутили еще в полной мере все ее последствия, которые будут весьма долгоиграющими. Последствия безработицы и банкротства предприятий еще дадут о себе знать, и это если мы избежим «третьей волны» заражения. Так что если к 2024 году доходы населения хотя бы просто достигнут уровня 2014 года, то и это для нашей власти будет очень заметным успехом. Однако пока никаких серьезных оснований для решения этой задачи я не вижу. Разве что чудо какое-нибудь поможет. Например, цены на нефть станут какими-то неприлично высокими. Или олигархи наши расщедрятся и решат поделиться своими доходами с народом. Но это пока больше благие пожелания, чем мало-мальски реальный сценарий. https://svpressa.ru/economy/article/295811/?utm_source=finobzor.ru
  10. Людас Дапкус Уже давно не было такого удобного случая, чтобы вонзить нож меж лопаток. Прогнивший Запад, как его воспринимает режим в России, сам загнал себя в угол, где защищаться будет сложно. Это — шанс нанести значительный урон репутации ненавистных демократий, посеять раздор в головах их граждан и тем самым укрепить собственные международные позиции. Страна, которая травит своих граждан препаратами отечественного производства "Новичок", внезапно получила исторический шанс, если уж не отмыть пятна стыда, то хотя бы вступить в клуб спасателей всемирного здоровья. Как это сделать? Как можно шире распространить свою вакцину "Спутник V", шансы которой на рынке в настоящий момент — как никогда хороши. Во второй год пандемии история предоставила Кремлю шанс помериться силами там, где еще совсем недавно у него не было никаких возможностей. И пока что он очень успешно пользуется этой брешью. Права человека, свобода слова, честные выборы — помимо всех этих качеств у демократических стран есть и ахиллесова пята. Это — воля их граждан решить судьбу государства у избирательной урны, отдав его в руки радикалов и самозванцев. Такое наказание сейчас является абсолютно реальным в ряде государств Европейского союза, где хаотичные действия бюрократов из Брюсселя в области массовой вакцинации повышают рейтинги популистов. Авторитарному режиму в России такие опасности не грозят, поэтому на вакцинном фронте можно вести игры с развязанными руками. И он ведет их — чем дальше, тем успешнее. Это — новый этап пропаганды, сопротивляться которому в странах ЕС будет все сложнее, так как ложь и правда смешиваются в точно рассчитанных пропорциях. "Как ты считаешь, когда наша власть опомнится и позволит прививаться "Спутником"?" — такой вопрос я слышал и на столичном Калварийском рынке, и в разговорах по телефону с людьми из Висагинаса, которые западные прививки считают подозрительными, а вот русские — проверенными и хорошими. При этом каким-то мистическим образом забывается тот факт, что в России ими привита гораздо меньшая часть общества, чем западными препаратами в "отстающем" ЕС. Люди вправе задавать вопросы и получать ответы, однако у Запада и здесь дела идут не так легко, по сравнению с восточными щебетунами, которые с самого начала воспринимают всю эту историю как этап борьбы за геополитическое влияние. Почему Пятрас или Йонас стали антипрививочниками? Почему в некоторых самоуправлениях такие низкие показатели привившихся пенсионеров? Вы думаете, что статистика, свидетельствующая о все более вялом желании прививаться в Литве, связана только с неуклюжей коммуникацией нашей власти или раздувшимся странным образом скандалом с вакциной "АстраЗенека"? Объективные причины? Может быть, но кто помогает им сформироваться? Давайте внимательнее рассмотрим эту игру и ее призовой фонд. Это — не просто толчея на международном фармацевтическом рынке. Это — принципиальная борьба ценностей. Демократический Запад против авторитарного Востока. Первые убедились в своем природном преимуществе, вторые пытаются его отрицать и одновременно с этим ослаблять. Все это — на фоне продолжающихся экономических санкций и развивающихся новых военных конфликтов. России исторически удавалось сплачивать общество на борьбу. Против общего врага. Тот же самый рецепт подошел для отпора фашистам под Москвой, борьбы с исламскими террористами, а сейчас приспособлен и для коронавируса. Однако есть план совладать с последним и нанести как можно больший урон традиционному врагу — Западу, у которого на этом фронте нет такого преимущества, как могло казаться в начале пандемии. Кремль мастерски разделяет членов ЕС, а забота политиков о настроениях избирателей то там, то здесь распахивает ворота перед Троянским конем, созданным идеологическим противником, — вакциной "Спутник V". Одновременно с этим словно по волшебному взмаху дирижерской палочки левые информационные каналы в Италии, Венгрии, Словакии начинают в один голос распространять мнения о "приближающемся крахе ЕС", "правительствах, работающих на фармацевтических гигантов" и другие метко сконструированные тексты, которые охотно распространяют измученные карантином и разочаровавшиеся в правительствах европейцы. Соединенное Королевство, которому Брюссель прогнозировал всяческие катастрофы после расставания, не только не гибнет, но и порой опережает весь ЕС по темпам вакцинации. Несмотря на то, что Лондон для Москвы — совсем не друг, в этом случае не упускается повод продемонстрировать неповоротливость евробюрократов путем провозглашения апокалиптических вестей о том, что весь блок уже вскоре будет обречен на гибель. Это — так называемый метод противопоставления ценностей с демонстрацией того, что Запад публично декларирует одно, а ведет себя абсолютно иначе. Что нет никакого единства, так как сейчас — каждый сам за себя. Что руководители стран ЕС скорее позволят своим гражданам умереть от вируса, чем будут прививать их "передовой" русской вакциной. Сейчас для Кремля самое важное — чтобы ее зарегистрировали службы по надзору за лекарственными препаратами, а тогда начнется следующий этап игры. Во-первых, постепенно будет увеличиваться давление на бывшие республики СССР, которые на самом деле попали в незавидное положение. Украина, Молдова, Грузия, сделавшие ставку на западные вакцины, получают их в неадекватно малых объемах. Союзники Запада брошены на волю судьбы! Вашей власти наплевать на вас, важнее всего для нее разжигать вражду с братской Россией! Такой информацией в настоящее время бомбардируются граждане тех стран, которые в нужный час будут выбирать тех, кто пообещает более тесные связи с Москвой. Разумеется, ящики с посылками "Спутник V" с Любовью из России появятся там задолго до выборов. Чтобы помогли сделать правильный выбор. Ведь это не какая-то геополитика. Это — вопрос жизни или смерти. А потом — уже всякие совместные проекты, международные газопроводы, перезагрузка отношений и отмены санкций. То, чего давно жаждет диктатор. В этой войне за влияние есть и объективные факторы, которые очень помогают рупорам кремлевской пропаганды распространять вести о "моральном разложении Запада" на фоне пандемии. Нет никакого равенства и справедливости — это выдуманные понятия для обмана избирателей, гласит основной постулат. Это утверждение иллюстрируют количества вакцин, зарезервированные правительствами богатых стран на всемирном рынке лекарств. До конца марта были заключены сделки более чем на 10 млрд. доз — иными словами, по первой прививке мог бы получить каждый житель планеты. Однако распределение — весьма неравномерное. Лидируют по закупкам США, однако по соотношению населения и приобретенного количества прививок абсолютным лидером является Австралия, которая обеспечила для себя 246% своей реальной потребности. Внушительным является и показатель Канады — вакцин закуплено столько, что каждого жителя можно привить по шесть раз. Цены на вакцины — тоже на первый взгляд с трудом объяснимы, однако там все обусловлено экономией за счет масштабов и лоббистскими сделками. Брюссель выторговал вакцину "АстраЗенека" за три с половиной доллара, для ЮАР она стоит пять с половиной, а вот куда более бедная Уганда платит по восемь. Международная система Covax действует неэффективно, однако пока что не видно никаких проблесков, так как если вакцин все еще не хватает там, где их производят, что уж говорить про куда более бедные страны? Это — объективная реальность, однако после раздутия таких фактов, приукрашивания и сдабривания их идеологическими крошками получаются прекрасные макароны для ушей уставших жителей Запада. В странах ЕС создано много запутанных схем и графиков вакцинирования, которые часто и много где не работают. В России прививают всех желающих — таких, однако, сравнительно немного, так как и ограничения там поменьше, да и пользы от этой вакцины пока что немного. Однако когда с приходом лета по Грециям, Италиям и Болгариям начнут свободно путешествовать члены клуба "Спутник V" из России, у ожидающих вакцин украинцев или других народов выбор их лидеров будет вызывать все больше сомнений. Их охотно развеет Москва или Пекин, не стесняемые никакими централизованными закупками или другими договоренностями, ограничивающими Запад. И это не будет какая-то гуманитарная помощь — скорее, еще одна выигранная битва в продолжительной борьбе за базовые ценности. Для чего вам эта сложная и шумная демократия, если наша страна может все сделать лучше? Такой является эта игра, в которой Западу необходимо одержать победу во что бы то ни стало. А вот Россию вполне устраивает ничья. https://www.delfi.lt/ru/opinions/comments/lyudas-dapkus-sputnik-novichok-i-drugie-recepty-adskoj-kuhni.d?id=86959195
  11. Я один это вижу про фундамент-промышленность в ЛИТВЕ!!!? Про всем известные литовские промышленные гиганты?
  12. Автор: Степан Никифоров Фото: архив "Клопс" В Калининградской области, где ежедневный прирост больных коронавирусом исчисляется десятками, работают рестораны, театры и клубы. В соседней Литве с населением чуть меньше 2,8 млн третья волна пандемии подобно Гринчу может украсть у людей праздник. Речь идёт не о Рождестве, которое уже утеряно, а об отпусках и летних фестивалях. Как живёт страна, которой пророчили место в «чёрной зоне» по COVID-19 — в материале «Клопс». Вокзал для троих На Вильнюсском железнодорожном вокзале, украшенном колоннами, которые появились здесь во времена Сталина, обычно шумно и многолюдно, но сегодня тихо. Вдоль улицы прогуливаются два сотрудника полиции, внутри всего несколько человек. Вместе с приятелем, который соскучился по литовской столице, мы ступили на перрон в полчетвёртого в субботу, 10 апреля. Из вагона, помимо нас, вышли ещё с десяток пассажиров. Обычно на маршруте Клайпеда — Вильнюс к локомотиву прикрепляют по пять-шесть вагонов, в этот раз хватило трёх, и это с учётом того, что в Литве действуют ограничения на заполняемость общественного транспорта. На вокзале работает всего одно кафе — возможно, из-за карантина, а может, из-за того, что выходной и послеобеденное время. Берём кофе, невзначай завожу разговор. — Людей как-то мало. — Сейчас да, зато вчера утром вокзал гудел, — многозначительно отвечает бариста. — По-моему, добрая треть города рванула из Вильнюса в Клайпеду и Палангу. Люди истосковались по морю. Ограничения на передвижение в стране сняли совсем недавно — 7 апреля, сразу после католической Пасхи, а до этого на въезде у городов дежурили отряды полиции. Такой порядок ввели ещё в декабре. Покидать свой муниципалитет разрешалось лишь по уважительным причинам. Даже те, кто живёт в Неринге, не могли без веских причин приехать в соседнюю Клайпеду. Смешались в кучу маски, люди На улице Вильнюса Фото: Денис Кишиневский Старый город Вильнюса оказался заполнен людьми. Улицы и переулки гудели, на скамейках нет пустого места, тут и там раздавались звуки музыки из переносных колонок. Погода выдалась невероятно тёплой. Клайпеду и Вильнюс разделяют всего 300 километров, но на побережье ещё чувствовалось дыхание холодного воздуха, а в столице уже пахло весной. Люди бесконечно гуляли, ели, пили на скамейках, ступеньках, пледах и просто на ходу. Бары работают только навынос, обслуживание на террасах должны разрешить на следующей неделе. В магазины одежды известных брендов на проспекте Гедиминаса стояли очереди. Торговые центры пока закрыты — недавно открылись лишь те, у кого есть отдельный вход с улицы. Покупатели прорывались в Zara, New Yorker или H&M, чтобы урвать зимние куртки на распродажах. После долгого сна магазины пытаются наверстать упущенное, освободив площадки для новых коллекций, поэтому некоторые вещи продают буквально задаром. Молодая пара сердится, глядя на очередь в магазин одежды на углу самой тусовочной улицы Вильняус и площади Винцаса Кудирки: И тут же следуют в хвост толпы. Центр Вильнюса был похож на большой табор — в хорошем смысле слова. О карантине напоминали лишь маски, которые люди надевали перед входом в кафе и магазины. Соблюдение дистанции, похоже, никого не волновало, хотя в Литве по-прежнему действует строгое правило, которое запрещает ходить друг к другу в гости, а на улице можно собираться группами до пяти человек включительно. В тот день всё смешалось в граде Гедимина и понять, кто здесь с кем, было бы сложно даже самому искушённому патрульному. Кафе и рестораны жаждут работать Бары и кафе закрыли 7 ноября прошлого года. Накопления, как и терпение, на пределе, помощь со стороны государства запаздывает, понимания, что будет дальше, нет, да и финансовая поддержка спорная. Государство может покрыть до 90% зарплаты сотрудникам, отправленным в простой, но подоходный налог платят владельцы. Неработающим предприятиям дают деньги, но в долг — их придётся возвращать. У крупных игроков-сетевиков есть какие-то сбережения и возможность более-менее быстро наверстать упущенное, а нишевым заведениям сложнее. Кроме того, предприниматели должны платить за аренду помещений. Клайпеда Фото: Денис Кишиневский «Анонсы меняются каждый час. У некоторых серьёзные проблемы, у них большие долги, поскольку они не получили финансовой помощи, следовательно, даже оборудовать террасу им финансово сложно, — цитирует LRT Марка Адама Харольда, главу организации Vilnius Night Alliance, объединяющей бары и ночные клубы столицы. На своей страничке в Fаcebook он высказывается о правительстве ещё жёстче: Представители сферы развлечений и общепита давно говорят, что ограничения не работают. Более того — сегодняшняя ситуация, по их словам, негативно влияет на рост заболеваемости, поскольку нет никакого контроля. А вот бары, рестораны и даже кинотеатры могли бы его обеспечить. «Ещё задолго до Пасхи мы обращались (к властям — ред.), чтобы 15 апреля нам разрешили открыть хотя бы открытые террасы. К нашему большому разочарованию — ответа никакого», — говорит Эвалда Шишкаускене, председатель национальной ассоциации отелей и ресторанов. Клайпеда Фото: Денис Кишиневский Третья волна и рост недоверия к правительству Литва входит в топ-5 лидеров среди стран Евросоюза по вакцинации населения и продолжает наращивать темпы. Правительству всё сложнее убедить людей потерпеть и сплотиться перед лицом зловредной инфекции, которая вдобавок ещё и мутирует. Тем временем, в столичных больницах ситуация вновь стала ухудшаться. Главврач Клайпедской университетской больницы, которая принимает тяжёлых пациентов со всей Западной Литвы, Винсас Янушонис говорит, что у них всё пока стабильно: 26 больных COVID-19, шесть из них в реанимации. Доктор подчёркивает, что это число очень подвижно. По словам главы республиканской больницы в Шяуляй Ремигиюса Мажейки, эпидемиологическая ситуация в регионе ухудшается, но медленно — время подготовиться есть, сообщает LRT. Весь медперсонал привили ещё в феврале. Получили вакцину около 60% жителей в возрасте от 70 до 79 лет и старше. Рост заражений, а он уверенно близится к отметке 1 500 случаев за сутки, уже не кажется таким устрашающим, как в марте и ноябре прошлого года. Тем не менее, сообщения министров двусмысленны, обещания — непоследовательны. По крайней мере, так считают представители туристической отрасли, гостиничного сектора, сферы общепита, индустрии кино и развлечений. Недавно взбунтовались и «гиганты» — владельцы больших магазинов и арендодатели крупных площадок. Клайпеда Фото: Денис Кишиневский Члены кабмина обещали открыть торговые центры ещё 12 апреля, а воз и ныне там. Акулы бизнеса, мобилизовав юристов, адвокатов, лоббистов и карманных блогеров, таких провинностей не прощают. Один из самых популярных в Литве публицистов и критиков, озвучивающий мысли столичной богемы и деловых кругов, Андрюс Ужкальнис, буквально накануне написал едкий пост в Facebook, который уже собрал свыше 6 000 лайков. Он критикует министров почём зря. Ужкальнис был одним из тех, кто изначально горячо поддерживал премьера-консерватора Ингриду Шимоните. Предприниматели, торговцы и рестораторы ропщут. Их злость и обида понятны — в конце октября в Литве сменилось правительство, к власти пришли консерваторы и либералы. Бизнес возлагал на них большие надежды, поскольку политики много и активно критиковали своих предшественников из-за непропорциональных ограничений. Получив полномочия, все резко «переобулись». Либеральная оппозиция стала сторонницей жёсткого порядка, а улыбчивая и обычно по-западному приветливая премьер Шимоните — любимица столичной молодёжи и свободолюбивой интеллигенции — превратилась в поборника железных мер и полицейского контроля. Жизнь взаймы Экономика страдает от затянувшегося карантина, но за голыми цифрами личные трагедии людей далеко не всегда видны. Впрочем, на уровне итоговых показателей за 2020 год, в Литве всё не так плохо — даже хорошо, если сравнивать с соседями. Фото: архив "Клопс" Экономист Александр Изгородин, ссылаясь на новые данные Евростата, утверждает: В 2020-м он сократился только на 0,8 процента, лучше показатели были лишь в Ирландии, чей ВВП вырос на 3,4 процента. Больше всего пострадали Италия и Испания, где экономика обвалилась на 8,9 и 11 процентов соответственно». В чём преимущество литовской модели? Прежде всего, в том, что фундамент экономики страны — промышленность, а сфера услуг, пострадавшая сильнее всех — лишь надстройка. Кроме того, в Литве не так хорошо развит туризм, поэтому его потери — безусловно, чувствительные и горькие — на общих результатах отразились слабо. В то же время экономист подчёркивает, что второй карантин ударил по бизнесу гораздо больнее, нежели предыдущий. Кредитоспособность и финансовое положение и литовских компаний ухудшаются, долги быстро растут. Если мы посмотрим на статистику детальнее, увидим, что в феврале банковские вклады предприятий уменьшились — впервые с начала первой пандемии, даже в марте и апреле прошлого года они росли. В начале карантина правительство объявило о беспрецедентном плане по спасению экономики в размере 2,5 млрд евро. Проблемы с пандемией решают с помощью займов. Учитывая, что у Литвы отличный кредитный рейтинг (международное агентство Standard & Poor’s повысило его до А+), страна активно берёт взаймы. Экономисты уже обращают внимание на то, что в будущем это может стать проблемой. По предварительным оценкам Минфина, в этом году госдолг Литвы вплотную подойдёт к отметке 52% от ВВП (26,247 млрд евро). В Маастрихтских критериях, оценивающих экономическое положение страны для вступления в еврозону, указано, что размер государственного долга не должен превышать 60% процентов от ВВП на конец финансового года. Призрак эмиграции Эмиграция — экзистенциальная проблемы Литвы. Начиная с восстановления независимости население страны сократилось с 3,7 млн до 2,8 млн. В последние годы литовцы, казалось, побороли эту проблему — в 2019-м число жителей начало расти, прогнозы экономистов и демографов были оптимистичными. Фото: архив "Клопс" Пандемия внесла свои коррективы. Впервые с января 2019 года миграционный баланс стал отрицательным — в марте 2021 года население сократилось на 364 человека. Возможно, это временное падение, но всё же тревожный сигнал. Так считает главный экономист банка Luminor Жигимантас Маурицас. Особенно, когда речь идёт о молодежи, если Литва не сумеет открыть свою экономику быстрее, чем большинство других государств ЕС. Это происходит потому, что немалая часть молодежи задействована в секторе услуг, в сфере так называемого досуга, который больше всех пострадал во время кризиса», - пишет эксперт на своей страничке в Facebook. По данным Службы занятости, в стране около 280 тысяч безработных: каждый десятый житель. За год уровень зарегистрированной безработицы вырос на 6,7 процентных пунктов. На взморье На западе Литвы заболеваемость растёт не так быстро, как в столице. 9-11 апреля, когда мы с приятелем наслаждались солнечной погодой в Вильнюсе, толпы жителей столицы, центральных и юго-восточных районов рванули на побережье. Глава ассоциации отелей и ресторанов Паланги Ингрида Валайтене накануне заявила, что заполняемость гостиниц составит почти 100 процентов. Правда, не все знают, что из 28 входящих в организацию отелей работают от силы 15. Клайпеда Фото: Денис Кишиневский Для Клайпеды, третьего по величине города Литвы, ограничения на передвижение стали серьёзной головной болью, а для соседних Паланги и Неринги карантин — проблема номер один. Муниципалитеты выживают в первую очередь за счёт туризма. Мэры всё больше критикуют центральные власти, замкнувшие на себе рычаги управления, не вникая в детали. Глава Неринги Дарюс Ясайтис стал одним из главных оппонентов кабмина. — возмущается мэр, добавляя, что люди уже отказываются от отпуска в Неринге в пользу Греции, Турции и Испании. По его словам, складывается впечатление, что правительство нарочно хочет лишить самоуправление возможности заработать, но в таком случае нужно понимать, что город Нида и другие посёлки вдоль Куршской косы, придётся содержать за счет бюджета. Дарюс Ясайтис Фото: Виктор Гусейнов После отмены ограничений на передвижение жизни в Ниде стало гораздо больше. В минувшую субботу жители припортовых районов Клайпеды могли наблюдать караван машин, тянувшихся к паромной переправе. Природные тропы, обзорные площадки, улочки Ниды, Юодкранте и Прейлы были наводнены людьми. Тем не менее власти города, владельцы гостиниц и баров, апартаментов и сувенирных лавок хотят большего. Прежде всего они ждут, что разрешат обслуживать клиентов внутри помещений, возобновят фестивали и изменят правила на въезд для иностранных туристов. Во-первых, Неринга действительно жизненно зависит от туризма и экологических сборов; во-вторых, здесь лучшая эпидемиологическая ситуация в стране и в регионе. Официально население муниципалитета составляет 3 639 человек, и на данный момент здесь привили около 34% жителей. Неринга — безоговорочный лидер по темпам вакцинации в Литве. Как говорит мэр, в реальности вакцинация почти завершена, так как львиная доля населения — владельцы недвижимости, которые живут в другом месте. Фото: Виктор Гусейнов Курорты, как и в прошлом году, возлагают основные надежды на местный туризм — с иностранцами всё сложно. Вакцинация в Европе идёт медленно. Если ограничения на въезд, наличие отрицательного теста на COVID-19 и изоляция на 14 дней сохранятся, вряд ли кто-то поедет сюда отдыхать. О россиянах, белорусах и украинцах говорить и вовсе не приходится. В прошлом году надежды на местный туризм не оправдались. Число литовских туристов увеличилось лишь в Неринге. В Паланге и Друскининкае — немного сократилось, а вот крупные города, включая Вильнюс, серьёзно просели. Спад в столице составил около свыше 39%. Вакцина вакцине рознь В среднем в Литве вакцинируют по 20 тысяч человек в день, в начале июня должна начаться массовая вакцинация, но на сегодня двумя дозами вакцины привито всего около 7% населения. Жителей Литвы прививают препаратами Pfizer / BioNTech, AstraZeneca и Moderna. В ближайшее время должно начаться применение Johnson & Johnson. Есть возможность выбирать, чем прививаться. Основные сложности возникают с AstraZeneca — сообщения о случаях тромбоэмболии, решение европейского регулятора временно приостановить, а потом возобновить использование этой вакцины спровоцировало волну недоверия. Желающих привиться AstraZeneca не так много, хотя специалисты во главе с министром здравоохранения Арунасом Дулькисом всячески пытаются искоренить ярлыки, навешанные на британо-шведского производителя. На приобретение вакцин Литва выделила в бюджете 65 млн евро. Если этих денег не хватит, правительство задействует активы из своего резерва. Государство может оперативно добавить к вышеупомянутой сумме еще 40 млн евро. Немало русскоязычных граждан хотели бы привиться российской вакциной Sputnik V. Пресса регулярно обращает внимание, что в местах компактного проживания русских и поляков, в том числе в Клайпеде, есть те, кто не верит ни одному производителю, за исключением российского. Надеяться, что Литва одобрит применение Sputnik V на своей территории, не стоит. Несмотря на то, что некоторые европейские страны уже активно используют Sputnik V, а Германия, Италия и Австрия заявляют о готовности рассмотреть возможность её применения, в Литве всё иначе. Даже Латвия и Эстония не исключают, что применение Sputnik V возможно, а официальный Вильнюс занял твёрдую политическую позицию. Премьер Ингрида Шимоните ещё в начале февраля заявила вполне однозначно: российская вакцина — очередное гибридное оружия президента Путина. — он предлагает её миру, как ещё одно гибридное оружие «разделяй и властвуй», — написала Шимоните жёсткий пост в Twitter. Возможность привиться Sputnik V пока есть лишь у российских граждан, имеющих вид на жительство в Литве. Им можно въезжать в Россию и спокойно вернуться обратно. Некоторые уже воспользовались такой возможностью — пересекли границу, укололись, вернулись обратно. Правда, им пришлось отсидеть на карантине, поскольку Sputnik V в отличие от Pfizer, Moderna, AstraZeneca или Johnson & Johnson пока не даёт преимуществ в виде свободного передвижения. Жительница Клайпеды Елена Водоносова, которая привилась в России Sputnik V: Вакцинация в Литве идет не так быстро, как хотелось бы. Массово граждан обещают начать прививать в июне, но, может быть, позже, а когда очередь дойдет до лиц с ВНЖ, ПМЖ и иностранцев… Бог его знает. Поэтому решила не упускать возможность. Болеть и подвергать опасности семью и друзей – не хочу. Кстати, полеты в Москву и Санкт-Петербург из Риги уже возобновила авиакомпания AirBaltic, в мае сообщение между странами Балтии и Москвой возобновляет “Победа”». Елена Водоносова Фото: Денис Кишиневский Преференции у тех, кто привился российской вакциной, очевидно, будут, но лишь после того, как Европейское агентство по лекарственным средствам одобрит этот препарат. Свобода — на горизонте С 19 по 26 апреля будут открыты уличные кафе, кинотеатры, театры, спортивные клубы, магазины в крупных торговых центрах. 3 мая в школы вернутся ученики выпускных классов. Решение было принято правительством накануне, сообщает Delfi. Была бы воля, признаются правящие депутаты Сейма, центральные власти с ослаблениями повременили, но давление бизнеса становится всё сильнее, градус общественного напряжения растёт. Староста парламентской фракции правящих консерваторов, замглавы Сейма Радвиле Моркунайте-Микуленяне пишет на своей страничке в Facebook. «Я точно понимаю, что показывать пальцем на другие страны и говорить, что там плохо или хуже, чем у нас, не совсем помогает нам чувствовать себя лучше. Даже если и были внедрены послабления — это было очень временно, так как буквально через две недели приходилось вновь возвращаться к еще более строгим запретам. <...> Что я хочу сказать? То, что нет лёгких ответов. То, что каждое послабление — это дополнительный риск и конкретный рост числа заболеваний, людей в реанимациях и, к сожалению, смертей». Правда, не исключено, что в спортивные и ночные клубы, кинотеатры попадут не все. Кабмин намерен внедрить так называемый «паспорт возможностей». Он даст больше прав привитым, протестированным и переболевшим, остальным придётся подождать, когда ситуация нормализуется и будет выработан коллективный иммунитет. Похожая модель используется в Дании. По словам министра экономики Аушрине Армонайте, паспорт будет состоять из трёх элементов — прививки от коронавируса, отрицательного теста на COVID-19 и подтверждённого иммунитета. Впоследствии этот паспорт хотят интегрировать в разрабатываемые ЕС цифровые COVID-сертификаты. https://klops.ru/articles/2021-04-16/231829-zaprety-vaktsiny-ispytanie-dlya-biznesa-kak-spravlyaetsya-litva-s-pandemiey-spetsreportazh-klops
×