Jump to content

KPOT

Пользователи
  • Content Count

    10,756
  • Joined

  • Last visited

About KPOT

  • Rank
    Персона
  • Birthday October 10

Информация

  • Пол
    Не определился
  • Проживает
    BRD

Recent Profile Visitors

28,350 profile views
  1. Немецкий футбольный клуб «Боруссия» из города Дортмунд объявил о предоставлении в пользование своего стадиона «Сигнал Идуна Парк» для борьбы с пандемией коронавируса. Соответствующее заявление было размещено на сайте клуба. С субботы, 4 апреля, пациентов с подозрением на коронавирус и пациентов с соответствующими симптомами будут привозить в медицинский центр, оборудованный в районе северной трибуны стадиона. В центре будут оценивать степень тяжести заболевания и принимать решение об амбулаторной или стационарной помощи. «Наш стадион является основной точкой для многих в Дортмунде и окрестностях, а благодаря техническим, инфраструктурным и пространственным условиям – это идеальное место для активной помощи людям, которые потенциально могут быть заражены коронавирусом», – сказал глава правления клуба Ханс-Йоахим Вацке. «Сигнал Идуна Парк» – крупнейший футбольный стадион Германии, он может вместить 81 000 болельщиков. https://n-w.tv/samyy-bolshoy-stadion-germanii-pomozh/
  2. Снос памятника маршалу Коневу: Оскорбление не только России, но и Украины В пятницу, несмотря на протесты России и общественности, в столице Чехии властями городского района Прага-6 был демонтирован памятник маршалу Ивану Коневу, располагавшийся на Площади Интербригады с 1980 года. Конев известен как руководитель ряда важнейших операций в ходе Второй мировой войны – участвовал в битве за Москву, в Курской битве, штурме Берлина, освобождал Прагу. Инициатором сноса монумента стал районный староста Ондржей Коларж, который съязвил, будто у скульптуры Конева не было маски, необходимой во время эпидемия коронавируса. «Произошедшее вызывает глубокое возмущение. Обращает на себя внимание особый цинизм расправы над памятником в канун 75-летия Победы над нацизмом. Не оставляет сомнений провокационность действий борца с памятником, старосты Праги-6 Коларжа. Это подтверждает и его комментарий в соцсетях, в котором он глумится над памятью освободителя в том числе Праги, Освенцима и Терезина. В то же время в посольство России в Чехии поступают многочисленные обращения неравнодушных чешских граждан с осуждением акта «муниципального вандализма», – говорится в заявлении МИД России. В ведомстве обещают, что инцидент «не останется без соответствующей реакции российской стороны», передает корреспондент «ПолитНавигатора». МИД Чехии в ответ выразил протест российскому послу, заявив, что памятник будет перенесен в один из музеев, и это, якобы, является внутренним делом чешской стороны. Российский журналист Эдвар Чесноков, изучивший биографию инициатора сноса памятника Коневу, рассказывает интересные подробности: Психологический портрет Коларжа — нарцисс с эдиповым комплексом, который за счёт эпатирующих поступков стремится «оставить след в истории» (хотя бы кэша гугла) и выйти из тени отца. Отец – известный дипломат Пётр Коларж, работал послом Чехии в США, потом в России. Поддерживал размещение американской радарной системы ПРО/ПВО в Чехии. Критиковал высшее руководство Чехии, включая Земана. Видный деятель пражского фонда «Европейские ценности» (продвигает либерализм, атлантизм). И отец, и сын работали с Карлом Шварценбергом — экс-главой МИД Чехии и экс-сенатором от района Прага-6. Установку памятника дальней родственнице Шварценберга, императрице Марии-Терезии, финансирует администрация района Прага-6 во главе с Ондржеем Коларжем. Все они – и 36-летний Ондржей Коларж, и 57-летний Петр Коларж, и 82-летний фон Шварценберг – входили в т.н. «Комитет по Противодействию Русской Агрессии», – сообщает Чесноков. Интересно, что на события в Праге отреагировала и оппозиция на Украине, к которой маршал Конев имеет прямое отношение. Однако Владимир Зеленский предпочитает хранить молчание. «Во время карантина не только принимают позорные законы по ночам, но и сносят памятники. В Праге не стало памятника маршалу Василию Коневу. Тому самому, который с весны 1944 года командовал 1-ым Украинским фронтом. Владимир Зеленский вспоминал именно про этот фронт во время выступления в Польше на 75-летии освобождения концлагеря Аушвиц. 1-ый Украинский фронт освободил почти половину Украины, часть Польши, штурмом вместе с 1-м Белорусским фронтом взял Берлин, а затем спас 25.000 чехов в ходе Пражского восстания. Может президент поручит МИДу выступить с нотой протеста? Ведь это был памятник не только Маршалу, но и каждому солдату и офицеру 1-го Украинского фронта», – пишет в своем блоге экс-министр юстиции Елена Лукаш. Покинувший Киев после Евромайдана тележурналист Максим Равреба полагает, что в демонтаже памятника Коневу нет ничего неожиданного. «Ребята, ну а чего вы от них ждете? Они воевали против нас на Германской войне. Они напали на нашу страну изнутри, подняв мятеж и разожгли Гражданскую войну. Они легли под Адика, целовали его в самую дырочку, передали ему свои танчики, а когда Адик напал на нас штамповали для него пули для ваших, собственно говоря, дедов. Когда британские диверсанты завалили Гейдриха, они помогали ловить этих самых диверсантов. Когда пришла Красная армия, они быстро переобулись и имитировали бурное сопротивление. Потом они взялись за своих соседей-немцев. Выгоняли их из своих домов, грабили их до нитки, депортировали со своей земли, насиловали женщин и детей. Изнасилованных немок, немцев и их домашних животных, они потом приписали Красной армии. При первом же шухере они устроили Пражскую весну и еще что-то там бархатное. Потом снова легли под немцев. И устроили у себя хазу для русофобов и «радио свобод». Чего вы на них пузыритесь? Они никогда не были нашими друзьями. Они всегда были врагами», – считает Равреба. С ним согласен российский телеведущий Андрей Медведев. «На суде в Нюрнберге фельдмаршала Кейтеля спросили про 1938 год. Был бы захват Судет, если бы западные державы поддержали Чехословакию? Кейтель сказал – конечно, нет. Германия не была достаточно сильна с военной точки зрения. Да и вообще весь генералитет Вермахта понимал в 38-м, что, если чехи начнут войну, то немцы умоются кровью. У Чехословакии была неплохая армия, отличные укрепления на границе. Но чешские политики просто испугались воевать. Да, Запад их предал. Но так он и нас предал в 41-м, и что? Мы воевали. Они струсили. Чехи, по сути, предали даже память Карела Павлика – командира 12-й пулеметной роты, единственного офицера, который вступил в бой с Вермахтом. Кстати, во время боя в Чаянковых казармах, его бойцы очень серьёзно накидали немцам. Так вот в Праге нет памятника Павлику. И в Чехии вообще нет. Есть кенотаф в небольшом городе, доска на доме, где он жил. И всё. Память о нем практически стёрта. Струсили в 38-м, всю войну кормили немцев, делали им оружие. Сегодня трусливо, с шутками-прибаутками, снесли памятник маршалу Коневу, который их, трусов освобождал. У меня к чехам даже особо вопросов нет. Они в рамках своей традиции поступили. У меня к нам вопрос. Точнее просьба. Давайте памятник заберём в Россию. Мы же своих не бросаем. Чехи его куда-то хотели вроде переустановить. Но трусам памятники героям не нужны. Обойдутся», – комментирует Медведев. https://www.politnavigator.net/snos-pamyatnika-marshalu-konevu-oskorblenie-ne-tolko-rossii-no-i-ukrainy.html
  3. Не, не утёрлись. Не помню сколько, но основную часть таки вывезли до Фатерланду.
  4. Что делать с телефонными спамерами Очень часто нас "атакуют" различные банки, "форексы", опросы и другие телефонные звонки, которым мы совсем не рады. Кто-то пытается в двух словах сказать, что эта темп им не интересна и закончить разговор. Однако операторы очень прилипчивые и даже если вы положите трубку звонят еще раз и пытаются заговорить с вами. Один из моих знакомых говорит "Здравствуйте! Слушаю вас..." и кладет телефон на стол и занимается своими делами 10-20 минут. К тому времени на другом конце провода трубка уже положена. В следующий раз делает ровно так же. А вот вам еще один способ отвадить телефонных спамеров... Я знаю, что некоторые пытаются писать заявление в полицию на каждый случай обзвона, по причине того, что они не давали свой номер телефона этому банку или сервису и они не имеют право звонить. Кто-то постоянно пополняет базу "заблокированных номеров". А как вы справляетесь со спам-звонками? https://masterok.livejournal.com/6127366.html
  5. Почему бы не выжить? Килька малосольная, крупная, жирная. Одним проверенным движением головка и хребет отделяются от тушки. А рыбка укладывается на хлебушек бородинский, ровно намазанный коровьим маслом, пахучим и свежим. С Привоза. А как же! И так полную тарелку. Теперь сало. Не копченое, нет! Широкое – с ладонь! – розовое сало с коричневыми прожилками мяса. Оно ждало в морозилке и теперь извлечено и слегка слезится. Сало режется тонко и укладывается, как упавшие друг на друга косточки домино. Лук! Белый хорезмский лук, освобожденный от шелухи и разрезанный на четыре части. К луку полагается блюдце с горкой крупной соли, политой постным, жареным маслом. Брынза! Мягкая коровья брынза, малосолка, разумеется. А вот ее надобно на пушистом белом хлебе… И кружок степной помидорки сверху. И картошка. Отварная картошка. Молодая еще, некрупная, розовая, гладкая. Ее не нужно будет чистить. А просто зацепить кончиком ножа ломтик масла, положить на картошечку и откусить. Но это позже. А сейчас достать из буфета хрустальный графинчик, налить в него ледяной водочки, смотреть, как запотевают стенки графинчика… А тара? Кто-то скажет, что подойдут стопки. Не уверен. Слишком просты они для такого стола. Хрустальные рюмки? Тяжеловаты… Вот, поставлю-ка я серебряные чарки. По-моему, самый раз! И водку в чарки налью так, чтоб на один глоток. Теперь тост. Я поднимаю чарку. Ко мне тянутся руки из Америки и России, Германии и Израиля, Австралии, Франции, Канады… И наши, одесские руки тянутся ко мне. И киевские, и харьковские… Ну, чей тост первый? https://m.ok.ru/group/55271787200525/topic/151379108989709?_cl.id=1585947827998&_clickLog=[{"target"%3A"text"}%2C{"topicId"%3A"151379108989709"%2C"groupId"%3A"55271787200525"%2C"target"%3A"topicCard"}%2C{"targetId"%3A"151379108989709"%2C"target"%3A"linkInt"}%2C{"target"%3A"content"}%2C{"topicId"%3A"151300812660829"%2C"groupId"%3A"52009547661405"%2C"target"%3A"topicCard"}%2C{"feedPage"%3A"1"%2C"topicId"%3A"151300812660829"%2C"feedPosition"%3A"13"%2C"feedFeatures"%3A"0601b400020202ffffff0000ffff000000000000000301030f00"%2C"feedId"%3A"feedId_030200002f4d6a9d005d00001642dbf3635d"%2C"groupId"%3A"52009547661405"}%2C{"feedLocation"%3A"group"%2C"feedFilterId"%3A"101"}%2C{"registrationContainer"%3A"anonym.group"}]
  6. Германия намерена изолироваться ещё от четырёх соседей Министр внутренних дел Германии Хорст Зеехофер хочет усилить контроль на границе с Польшей, Чехией, Бельгией и Нидерландами, сообщает Der Spiegel. По данным издания, правительство должно обсудить новые предложения в понедельник. Ожидается, что разрешение на въезд будут иметь только граждане с уважительными причинами. Например те, кто работает в пограничной зоне. Подобные ограничения уже действуют с 16 марта для путешественников из Австрии, Франции, Швейцарии, Люксембурга и Дании. По данным МВД ФРГ, около 60 тысячам путешественников из этих стран отказали во въезде из-за неспособности доказать цель поездки. Отмечается, что Зеехофер намерен обязать всех прибывающих в страну авиарейсами проходить карантин. На сегодняшний день в Германию ежедневно прибывают 20 тысяч человек из третьих стран, которые, по данным МВД, могут распространять коронавирус. https://n-w.tv/germaniya-namerena-izolirovatsya-eshhe/
  7. Жителям Берлина придется заплатить штраф в размере от 10 до 100 евро за пребывание вне своей квартиры или места пребывания без уважительной причины, сообщается на сайте городской администрации. Берлинский сенат в четверг продлил меры по предотвращению распространения коронавируса до 19 апреля включительно. За открытие предприятий общественного питания вопреки запретам владельцам грозит штраф в размере от 1 тысячи до 10 тысяч евро. Размещение туристов с ночевками также облагается штрафом от 1 тысячи до 10 тысяч евро. За несоблюдение минимальной дистанции (1,5 метра) грозит штраф от 25 до 500 евро. Нарушителям обязательного домашнего карантина придется заплатить от 250 до 2,5 тысячи евро. Также запрещены коммерческие туристические прогулки и обзорные экскурсии по городу. Занятия спортом на свежем воздухе в одиночестве или с членами семьи разрешены, но нельзя собираться в группы. Жарить гриль запрещено. Чтобы избежать переполнения людьми, доступ в парки может быть ограничен. https://n-w.tv/zhiteli-berlina-zaplatyat-shtraf-za-naru/
  8. Есть. Камрады (офицеры) рассказывали, шо там пиндосы вытворяют. Да и не только они. Там у них "своя война"..
  9. Больше никогда не поеду в русофобскую Чехию... Чехи снесли памятник маршалу Коневу. "У него не было маски на лице..." Под шумок коронавируса в Праге снесён памятник маршалу Коневу, спасшему ее от нацизма и разрушения. Глава района Прага-6, Ондржей Коларж, где располагался памятник, ещё и поглумился: "У него не было маски на лице. Правила должны соблюдать все - на улицу можно выходить, только прикрыв рот и нос". С началом вирусобесия Чехия особенно отличилась, сначала своим мародёрством, конфисковав гуманитарный груз из Китая для Италии, а затем своими подленькими статьями про Россию, оплёвывая из всех своих чешских сил и гуманитарный десант в ту же Италию, и внутрироссийские меры безопасности, и даже скабрезно комментируя телефонный разговор Путина и Трампа. Напрягая все силы Чехия борется с поляками и прибалтами за приз "Главного Русофоба Европы" . Чехия упорно лезет на колени к англосаксам, преданно крутя хвостиком и заискивающе глядя в глаза. Мюнхенский сговор? Скажу даже больше - чехи отнюдь не против нового Гитлера. Им и при старом "не дуло": По подсчетам историка Юрия Нерсесова, от чехов немцы получили более 1,4 миллиона винтовок и пистолетов, свыше 62 тысяч пулеметов, около 4 тысяч орудий и минометов. Чешскими трофеями в 1939 г. было оснащено 5 пехотных дивизий вермахта, в 1940–м — еще 4. На вооружение германской, румынской и словацкой армий поступили сотни чешских бронеавтомобилей, танкеток и легких танков, причем последние считались тогда лучшими в мире, «идеальной машиной для блицкрига». На 22 июня 1941 года бронетехника чешского производства составляла четвертую часть парка немецких танковых дивизий 1–го эшелона. Позднее оккупированные заводы вместо морально устаревших танков начали выпускать самоходные и штурмовые орудия. Вот что, например, исследователь Дмитрий Пятахин пишет по поводу знаменитого штурмового орудия «Хетцер»: «Создателем «Хетцера» по праву является знаменитое предприятие ЧКД в Праге, которое во время оккупации носило название Boehmisch—Mahrish—Maschinenfabrik (BMM) Первоначально на заводе планировалось производство StuG IV, однако перестроить технологию предприятия в сжатые сроки на производство новой машины не удалось, хотя ВММ и до этого занимался ремонтом немецких самоходных орудий… Главным производителем «Хетцеров» являлся завод ВММ, однако позже, когда стало ясно, что он не справляется с первым заказом на 1000 машин, к производству подключился завод «Шкода» в г. Пльзень… «Хетцеры» широко применялись в боях за Восточную Пруссию, в Померании и Силезии, а также во время Арденнского наступления немецкой армии. Благодаря рациональным углам наклона брони, низкому силуэту, «Хетцер» явился отличным образцом противотанкового орудия, способного сражаться из засад, быстро менять позицию… «Хетцер» был идеальным оружием ближнего боя». О том, сколько экипажей советских Т–34 и американских «шерманов» сгорело после удачных попаданий из этих самоходных и штурмовых орудий, сведений нет… Доверие немецких заказчиков к надежности чешских производителей было настолько велико, что им было даже поручено производство последней надежды Германии — «чудо—оружия». На чешских заводах выпускались реактивные истребители «МЕ–262». Город Брно снабжал гитлеровцев стрелковым оружием. Здесь расположен знаменитый завод «Зброевка». Отдельные акции саботажа и диверсии общую картину не изменяют.- пишет историк М.В. Кустов При этом немцы с чехами не либеральничали, как и не либеральничают сейчас англосаксы. "Западные партнёры" чехов продавали, предавали и только что в карты не проигрывали. Ну и, как полагается рачительному хозяину - лупили и лупят, как сидоровых коз и всё равно при этом остаются вечно желанными и любимыми. А вот "русские оккупанты" - это вечная чешская песня попаболи. Из чего я лично делаю единственный вывод - вся политика межнациональных отношений СССР-Чехия после войны была в корне неправильной. Требовалось поступать так, как чехи ЛЮБЯТ и понимают: - Промышленность, работавшую на Третий Рейх (то есть вообще всю промышленность Чехии) надо было конфисковать и вывезти в СССР в качестве компенсации за порушенные войной заводы и фабрики - Технических специалистов, радостно батрачивших на нацистов, обязать обслуживать те же заводы и фабрики с оплатой труда за счет Чехии, в качестве компенсации погибших на фронте советских технических специалистов. - Обложить Чехословакию, как страну, участвовавшую в подлом нападении, такими репарациями, чтобы и через 100 лет чешские кнедлики были бы для самих чехов деликатесом из сказок. Вот тогда бы, уверен, не осталось бы у "наших чешских партнеров" ни слюны, чтобы плеваться, ни говна, чтобы кидать им в Россию. И был бы у нас сейчас абсолютный мир-дружба-фройншафт, как у чехов с англосаксами, которые чем больше чехов грабят - тем милее становятся. А пока имеем то, что имеем. Прости, маршал Конев, мы всё ещё продолжаем их называть "наши партнёры", хотя просится другое, более народное определение... https://aftershock.news/?q=node/850921
  10. В Одессе сожги машину бандеровца Ганула, отмечавшего шашлыками казнь людей в Доме профсоюзов В Одессе сожгли автомобиль так называемого активиста, радикала Дениса Ганула. Об этом он сообщил в социальной сети. Денис Ганул известен тем, что шашлыками отмечал расправу над людьми в одесском Доме профсоюзов 2 мая 2014 года. 29 марта Ганул промелькнул в прессе в связи с нападением в Одессе на автомобилиста за изображение Иосифа Сталина на стекле. «Я попросил снять портрет с авто добровольно. Он (владелец — ред.) отказался, согласился подождать полицию. По прибытию патрульной полиции на место событий также прибыли «бойцы» не существующей армии ОНР», — сообщил тогда Ганул на своей странице в Facebook. По его словам, после того, как со стороны оппонентов пошли в ход фразы типа «Одесса — русский город», началась массовая драка. «Пришлось выстрелить в воздух, сидеть за ликвидацию этих подонков желания нет», — заявил он. Неизвестные подожги автомобиль «активиста» в ночь на 3 апреля. Демьян Ганул опубликовал фото с места происшествия. «Связываю это с моей общественной деятельностью», - написал Ганул. Он добавил, что обратился в полицию, но и сам ведет расследование. Сейчас проверяю подозреваемых, вечером напишу подробно кто это может быть», - добавил активист. По данным местных СМИ, инцидент произошел на улице Успенской возле дома №32, где был припаркован автомобиль бандеровца. http://antifashist.com/item/v-odesse-sozhgi-mashinu-banderovca-ganula-otmechavshego-shashlykami-kazn-lyudej-v-dome-profsoyuzov.html
  11. Война за говно © George Zоtov Однажды сразу между несколькими государствами разразилась война за говно. Нет, я не шучу. Чили, Перу и Боливия натурально воевали за гигантскую кучу говнища, и положили в говноборьбе 25 000 солдат. В просторечии это называется "гуано" - разложившийся помёт птиц и летучих мышей, каковое используется для удобрения на кукурузных полях. На побережье Боливии и Перу хулиард лет были "птичьи базары", и говна скопилось - да хоть по колено зайди и ведром черпай. Однако, именно это самое говно Чили, Перу и Боливия не поделили. Говно подкралось незаметно. 1878 году Боливия лишила налоговых льгот чилийские компании, тоннами увозившие с её территории говнище. "Вам что для нас, уже и говна жалко?" - искренне возмутились чилийцы, и отправили к берегам Боливии военный флот. Боливийские говновладельцы промолчали, но тут же захапали себе главный чилийский говноконцерн со всеми говночерпалками и говноспециалистами. "Да вы даже с говном не расстанетесь!" - психанули чилийцы, и 1 марта 1879 года объявили Боливии войну. За боливийцев вписалось Перу, рассчитывавшее по результатам войны огрести прилично говнеца. Так оно в общем-то и получилось, но несколько в другом смысле. Чилийцы, окрылённые говном, бросились в бой. Их было всего 30 000 против 80 000 перуано-боливийцев, но их это не смущало: говно блистало в их глазах. Боливия и Перу, отнесясь к охране говна самонадеянно, понесли страшные поражения. Президент Боливии Игнасио Даса проявил себя как полное говно: его сместили военные, и он сбежал в Париж со всей казной, оставив родимое говно на растерзание чилийцам. Президент Перу Мариано Игнасио также как классифицируется как говно - но не птичье, а даже собачье, поскольку собрал с сограждан драгоценности на покупку вооружений, съебался в Европу и успешно тратил бабло в постелях у бл@дей, забыв про честь священного говна. Чилийцы одержали несколько побед, повсюду громя перуанцев и боливийцев. Те крупно обосрались, и говна на побережье стало намного больше, но ситуации это не помогло. 17 января 1881 года чилийские войска заняли столицу Перу Лиму. "Пиночет ёб@ный" - огрызнулись перуанцы, и ушли в партизаны. Чилийские оккупанты лежали в шезлонгах посреди благоухающего говна, и блаженствовали, разминая его пальцами. Партизаны стали пиzдить оккупантов из засад. Враги перекрыли партизанам доступ к говну, и сами их запиzдили. В результате, в 1883 году был заключён мир, по которому к чилийцам перешло всё говнище и территории, где оно булькало. "Великая дерьмовая война" закончилась. Ну, Чили, разумеется, торжествовало. Пиночет ими бы, бл@дь, гордился. Теперь у них было столько говна, хоть жопой жуй. "Граждане, - рыдал чилийский президент. - Мы победили, и отныне по самые уши в говнище. Говна столько, что и нашим внукам останется". Народ плакал от счастья, представляя себе целые горы говна. Радость продолжалась 20 лет, пока немецкие учёные не изобрели производство гуано химическим путём, и стоимость его упала так, что пиzдец. "Это что же, - чесали кактус чилийцы. - Мы столько солдат угробили, а теперь даром дешёвого говна наелись?". Ржание подлых перуанцев и боливийцев, лишившихся говна, было им ответом. А мораль тут такова - ну поделись ты говном с соседом, честное слово. К чему говно зажимать? Не жадничай..
  12. Терьер в морозильнике Юрий Жуков Если выглянуть из камеры – все стандартно: ряды овальных заслонок с сочетаниями цифр и букв. Кроссворд для знатоков алфавита и почти бесконечный, уходящий в обе стороны коридора сложный шифр. Консервы человеческих знаний и опыта за каждой дверцей, под каждой надписью. Его ячейка подписана RS-2018. Отлично, его зовут Арес. Мужчина подтягивается и выскальзывает из криокамеры ногами вперед. Странно… Обычно после сна тело немного вялое, а мысли не сразу становятся на место. Он помнит, что должно быть так, но не представляет откуда. Не важно. Арес оглядывается. В голове послушно возникает объемная карта навигации. Вот пульсируют огоньки охранников, столпившихся возле дальнего выхода воздуховода. Авария? Там что-то происходит, но ему это только на руку. Налево и бегом, пока все отвлеклись. Сразу. Сейчас. «Старт. Время активности 06:00». Чип в руке – вчерашний день. У Ареса в мозге продвинутая нейросеть, подключенная… Кто ее знает, к чему он сейчас подключен: к центральному компьютеру корабля, к Мозгу? Ко Второму Контролю? Неясно. В любом случае, подключение есть, он видит весь «Корабль поколений», от рулевых дюз снизу до верхушки Купола поколений. Кстати, сколько он проспал? Нет ответа. «Цель – нейтрализация главы Ареопага. Время активности 05:57». Он бежит со скоростью посыльного мобиля, овальные дверцы по сторонам сливаются в размытые полосы, коридор впереди заворачивает, дробится, но сбить его с толку не может. Карта в голове. Выход – толстая плита композита, красные полосы, запирающий штурвал. Арес не останавливается, уверенный, что уровня доступа хватит. Едва не врезается плечом в плиту, но выход уже открывается, он скользит наружу. Ни сигналов тревоги, ничего. Приятный бонус. Взламывать выход – потеря времени, которого и так мало. «Вводная. Глава Ареопага – профессор Назломб». Перед глазами – не мешая, впрочем, оглядываться на бегу по сторонам – появляется портрет господина средних лет с тяжелым взглядом. Короткие волосы, слегка сероватая кожа, как у всех, кто родился и вырос уже на корабле. Арес на бегу придает своему телу тот же оттенок – не стоит разительно отличаться от остальных. «Согласно теории кризисных циклов Радуэлла, возникла опасность для населения корабля. Прямая угроза - профессор Назломб. Создание биоактивного материала». Откуда они берутся, гениальные идиоты… Зачем ему, кстати, понадобилось готовить эпидемию? Арес бегом поднимается по лестнице, ведущей из криозоны в жилые кварталы. Потолок яруса идеально копирует обычное земное небо, которое население корабля никогда не видело. Низкие тучи, сквозь которые местами прорывается блеклое осеннее солнце. Совершенная имитация. Триумф инженерной мысли и текущих кристаллов. Он стоит на перекрестке обычных городских улиц. Слева и справа – невысокие дома по четыре-пять этажей, фонарь на углу, витрины дорогих магазинов. Да и публика под стать: никого в стандартной робе, как на самом Аресе, нет – только наряды ручной работы, немного смешные, но дорогие на вид. Вот степенно прошла дама в мехах – полоска вшитого чипа выглядывает из-под рукава. За ней торопится куда-то парочка явных богатеев – он в старомодном костюме, его спутница – в длинном, до мостовой, платье. Арес выглядит как сбежавший из тюрьмы арестант. В какой-то мере это правда, требуется срочно слиться с населением. Мимикрировать. Стать привычным и незаметным. Чем он хуже нарисованного неба? Навстречу даме в мехах из-за угла выныривает полицейский наряд. Двое. Затянуты в черную форму, при шлемах, с короткими палками парализаторов. Конечно, Арес слишком заметен, удивляться нечему. Сразу прибежали, но и хорошо, это решение проблемы. - Охрана корабля, пссмен аль Джеба. - Предъявите чип. Пссмен Антонов. Им бы в театре выступать, какая слаженность речи! Дуэт хранителей стабильности. - Да у меня его и нет… - Протяните левую руку. - Не сходите с места. Арес молча протягивает руку под сканер. Сквозь поляризованные стекла шлемов не то, что взглядов – и выражений лиц не видно. Наверное, удивились. - Взрослый нерегистрант! - Пройдемте с нами. - Сохраняйте спокойствие. Вот чудики… Можно подумать, он сейчас разнервничается. Арес пожимает плечами и послушно идет между полицейскими. Один из них держит наготове парализатор, второй – видимо, старший в патруле - топает расслабленно. «Потеря времени. Срок активности – пять часов тридцать шесть минут». Патрульные заводят его за угол, где в мобиле их дожидается напарник. Трое. Ну что же, бывало и хуже… Господина с парализатором пришлось уложить первым. Короткий удар локтем в шею, под шлем. Старший встрепенулся, успел поставить блок, но куда ему против Ареса… Водитель, услужливо, но опрометчиво приоткрывший дверь для коллег, успел даже что-то сказать перед тем, как откинуться на спинку сидения. Три охранника – три удара. Меньше бывает только в книгах, которые никто из этих никогда не держал в руках. Арес открывает заднюю дверь и закидывает туда два бесчувственных тела. Парализаторы не глядя сует в салон, а с водителем решает не возиться – спихивает на соседнее сидение, садясь за пульт. «Время активности 05:32…». - Слушай, заткнись! – ворчит Арес. – Я сам как таймер, не надо меня отвлекать. Слышимый только ему голос замолкает. Мобиль, захлопнув двери, послушно взлетает. Внизу – Жилая зона, минус шестой ярус. Теперь надо переодеться, прямо в машине. Арес не любит полицейскую форму – не предел эстетики, да и шлем воняет чужим потом, но ходить в криоробе слишком вызывающе. Почти никто из жителей корабля ее в жизни не видел и даже не поймет, что это, но есть знатоки, есть… К тому же, он спешит. Крыши домов под прозрачным полом кабины резко уходят вниз, улицы, мгновение назад широкие и грубые, превращаются в сетку ниток. Вдали виднеется неровное зеленое пятно парка, прорезанного искусственной рекой. Дальше снова жилые кварталы, шпиль местного храма Единой Цели. Убогие домишки соседствуют с обнесенными высокими оградами особняками. Развернувшись, машина скользит на юго-запад, набирая скорость. Арес управляет ей напрямую через нейросеть, поэтому сидит откинувшись, прикрыв глаза. Дополнительный контур сети считывает чипы всех троих полицейских, копирует, создает ему искусственную личность. Готово. Пора двигаться дальше. У него ощущение, что он читает книгу. Обложкой стало пробуждение. Будь он издателем, написал бы там «Дорога Ареса». Дальше вводная – цель и срок активности. Кажется, что сквозь страницы изнутри льется теплый свет, словно где-то внутри его книги спрятано маленькое солнце. Персональное. Только его и только для него. Он не помнит, кем был раньше, да и не забивает себе голову. Он знает корабль и всегда достигает цели вовремя. Сколько уже раз… А действительно – сколько? Не важно. Это его работа. Больше, чем работа - смысл существования. - Попытка перехвата управления, - сообщает динамик на панели. Арес отключает систему слежения, а заодно активирует в нейросети еще один контур – он просто кладезь неожиданностей для местной полиции. Теперь в полицейском управлении видят на радарах пару десятков отметок, летящих в разные стороны. Пусть ловят, тем более что единственный реальный объект на экранах отсутствует. Следует найти цель на карте. Профессор Назломб. Активация слежения за людьми. Гм… Большинство населения корабля стекается под верхний Купол. Цель тоже там, в отдельной секции. Что за чудеса, какой-то праздник? Новости. Важное. Ага: турнир корабля по фриболлу! «Время активности 05:11. Вы двигаетесь в неверном направлении». Умник какой, все ему не так… Полицейские пока в отключке, мобиль ненадолго снижается, чтобы Аресу было не так неуютно прыгать вниз, и улетает дальше, повинуясь программе уклонения. Падение на мостовую, перекат, встать. Дальше – немного пешком. Точнее, бегом. Раз уж он полицейский при исполнении, это никого не удивит. Парализатор на бедре жутко мешает бегу, приходится держать его в руке. Ближайший лифт вверх до отказа забит людьми – празднично настроенными, в нелепых двуцветных шапочках фриболлистов. Многие с детьми, кучка подростков. На полицейского все смотрят с уважением, теснятся, охотно пускают внутрь. Арес немного расслабляется. Лифт грузовой, тихоходный, но времени пока достаточно. Поднимаемся в нужном направлении, ярус за ярусом, а там разберемся. Ему кажется, что он и дальше листает свою книгу. На мелькающих перед глазами страницах, которых нет, то и дело всплывали фразы. «…теория кризисов Радуэлла гласит, что каждые шестьдесят – шестьдесят пять лет в социуме Корабля возникает опасность невыполнения Миссии…» «…создание опасных биоактивных веществ является преступлением первого уровня, караемым ликвидацией виновных вне зависимости от заслуг перед населением «Корабля поколений»…» «…Мозг не имеет права на прямое вмешательство в жизнь людей, но обязан приложить все усилия для выполнения Миссии…». Теплое свечение внутри книги разгорается, теперь ему кажется, что там таится бутон. Нераскрывшийся горячий цветок, в котором, под тугим комком лепестков спрятано что-то очень важное для него. Что-то самое главное. - Простите, господин пссмен, мы прибыли! – вежливо говорит стоящий рядом паренек в смешном дутом наряде из ярких алых и серебристых полосок. Лифт действительно на месте, у края Купола, открылся наружу рядом пропускных коридоров. Арес уверенно идет вперед. Карта перед глазами показывает, что цель близка, рисует красные цепочки вероятных проходов, посты охраны, расположение камер и сканеров – незаменимый помощник диверсанта. Купол поколений, через который в обычные дни можно было посмотреть на звезды, сегодня изображает земное небо. Но не осеннюю хмарь минус шестого яруса, а яркое летнее солнце, застывшее в зените посреди голубого, с легкой дымкой, неба. - Проходите и располагайтесь. Номер вашего яруса – на стрелках справа вверху. Номер вашей улицы – далее на стрелках справа вверху. Личное место соответствуют номеру вашего чипа… Мелодичный голос, негромкий и вкрадчивый, пронзает огромное пространство Купола, достигает всех и направляет каждого. А вот Арес здесь – чужак. Не то, что своего, обжитого яруса и улицы – у него и чипа-то нет. Нерегистрант. Отщепенец из глубин криокамеры. На мгновение ему становится одиноко, но у него есть цель, это заменяет чувство общности с народом корабля. Он все равно с ними заодно, просто жующие, смеющиеся, идущие вокруг люди этого не знают. Его нейросеть готова ответить верными данными на запрос дверей по дороге, активирована база паролей из чужих чипов, скачаны обновления. Но нет, двери ничего не запрашивают и открываются без задержки, что удивляет. Арес доходит до секции Ареопага, миновав десяток пропускных пунктов. Ни единого запроса от электроники, ни одного глупого вопроса от торчащих повсюду полицейских. Раз в зоне доступа – значит, имеет право. Военная логика, прямая как рельс. «Срок активности – 03:42. Попытка прорыва станет угрозой выполнению задания, двигайтесь скрытно». Дверь в секцию Ареопага, откуда за матчем по фриболлу будет наблюдать все высшее руководство корабля, гораздо солиднее и прочнее на вид, чем та, в криосекции. Толстая сталь, расчерченная сеткой каких-то добавок, ряды камер и датчиков, нависающий козырек. Власть и сила в чистом виде – грубые и массивные, против которых нет приема. Кроме другого лома. «Выход на цель. Биоопасность. Активируйте контур биоблокады». Забавная штука – этот искусственный интеллект. А так он сам бы не догадался. Дверь беззвучно сдвигается в сторону, и Арес заходит в зал. Симпатичное местечко! Конечно, он и не ожидал встретить подобие трущоб минус сто седьмого яруса, где – за этаж до Тюрьмы и конвертеров биомассы – живут бывшие заключенные, но увиденное поражает. Вряд ли дизайнеры корабля изначально копировали стиль Короля-Солнце, даже для самых важных персон и помещений. Сперва здесь было красиво, но просто, однако затем сменяющие друг друга поколения руководителей потребовали роскоши. Как можно отказать высокому руководству? Лепнина, тканые обои, вычурные формы мебели и украшавшие стены картины сделали бы честь любому дворцу на покинутой Земле. Люстры на золоченых цепях. Выложенный мраморной мозаикой пол. Низкие столики с напитками и разнообразной едой – тоже серьезный вызов, в том числе большинству населения корабля, питавшемуся синтезированными пакетами. Картон, пропитанный белками, жирами и витаминами – это же настоящая вкуснятина… Тем более дико смотрятся посреди этой роскоши, освещаемой из панорамного окна летним солнцем Купола напряженные фигуры в скафандрах высшей защиты. Человек шесть. Непробиваемые матрешки с угловатыми головами, как любят изображать на картинах героев-первопроходцев при высадке на Венере или участников экспедиции на Таргот. Двое вооружены, что тоже не добавляет оптимизма. - Пссмен? Что за шутки?! Как вы сюда попали? Прочь отсюда, это секция Ареопага! Спасибо, а он-то думал, что заглянул в музей. Сколько же они извели на глупую роскошь бесценных материалов со складов корабля… - Прошу прощения, господа! Сообщение для профессора Назломба. По дороге Арес обдумывал, как именно предотвратить биоатаку. Он же ничего не знает: ни вид, форму распространения заразы, ни ее вирулентность, ничего. Поэтому придется идти напролом. Кто сказал, что простые пути – плохие? - Я – Назломб, - важно говорит одна из фигур, слегка повернувшись в его сторону. Лицом похож, насколько позволяет разобраться экран на шлеме. - Сообщение от центрального компьютера «Корабля поколений», - чеканит Арес, снимая шлем. – Я прислан для предотвращения угрозы Миссии. - Тебя прислал Мозг? – смеется в ответ профессор. – Иди отсюда! Людишек стало слишком много, не дело шкафов с процессорами судить о том, что я делаю. Я – гений! И мне решать, кому жить, а кому… За огромным, во всю боковую стену окном видны наполненные людьми трибуны. До начала матча остается не больше получаса. По мнению Ареса людей не может быть много или мало, все они – зачем-то, раз родились и выросли на этом корабле. К тому же, когда Миссия подойдет к концу, на планете-цели ценны будут каждые руки. И каждая голова. - И что вы сделаете? – тихо спрашивает он профессора. - Видите эту капсулу, пссмен? Назломб берет со столика небольшой кристалл размером с грецкий орех. - В ней – счастье. Для меня, моих жен и детей. И для приближенных, разумеется, - он лениво машет рукой в сторону остальной пятерки. – Через полчаса Купол блокируется наглухо. И вся эта биомасса станет тем, чем и должна быть – материалом для конвертеров. Автопогрузчики готовы переместить их тела вниз, к аппаратуре переработки. Машины для терраформирования со складов снесут к чертям их убогую жилую зону, никому не нужную Академию – кого и чему здесь учить?! - и создадут там рай. Острова! Пляжи! Вечное море! Я хочу жить в раю, парень! Я заслужил это. - А Миссия? С чем мы прилетим к цели? - Да мне плевать! – Арес замечает, что левый глаз профессора начинает подергиваться. Теперь приходится следить, чтобы никто не стал стрелять – сумасшедший генератор идей уже близок к взрыву. – Мне плевать на Миссию! Плевать на цель, ее нет! И Земли никакой нет, это миф и сказка для быдла! - Я ее помню, - негромко отвечает Арес. – Я помню Землю и она – прекрасна. Сейчас в его книге перед внутренним взором кто-то словно перекидывает влево сразу несколько глав. Он действительно вспоминает Землю, вспоминает всю жизнь до полета, а сквозь страницы сочится уже обжигающий яркий свет. Бутон готов раскрыться, главное успеть до него долистать. - Рамбус, убей его! – устало, но твердо говорит профессор вооруженному помощнику. – И блокируйте уже выходы из Купола. Я сам отнесу смерть на поле. Арес словно взлетает в воздух и в один немыслимо длинный – для обычного человека – шаг оказывается возле Назломба, вырывает из его пальцев капсулу. Кристалл меняет владельца. Воздух прорезают росчерки выстрелов, однако стреляющие целятся непонятно куда. Пострадавшие картины и задымившаяся в углу зала стена вряд ли угрожают их заговору. «Я отключил им зрение скафандров. Действуй по обстановке». Арес поворачивает крышку капсулы. Невидимая безмолвная смерть вырывается на свободу, теперь она в воздухе, в каждом уголке этой роскошной секции. Теперь вся эта секция и есть смерть. Но еще не все – он проглатывает содержимое. Несколько горьких капель живой культуры. Фигуры в скафандрах натыкаются друг на друга, помощник профессора невидяще, но упрямо стреляет куда-то вдоль зала – то методично стесывая лучом детали статуй, то разрезая на куски вычурную мебель. Внутри Ареса, несмотря на все его способности, взрывается огненная колба, впиваясь иглами в желудок, лишая кислорода и разрывая тело на куски. Совершенная биоблокада, творение лучших лабораторий Земли – против выдумки сумасшедшего микробиолога, обошедшего не только формальные запреты корабля, но и продуманную защиту, возведенную против подобных случаев Мозгом. Назломб стоит на месте, нервно дергая стволом пистолета слева направо, но понимает, что в скафандре не сможет увидеть своего врага. А раз не сможет увидеть, то не сможет и уничтожить. Он срывает с головы шлем и бросает его на пол с глухим стуком, поднимает лучевой пистолет. - Я тебя вижу! – кричит он тонким визгливым голосом, так не похожим на ровный начальственный тон до этого. Поднимает ствол и внезапно замирает. – Ви… жу… Несмотря на то, что сам Арес близок к гибели, он сквозь пелену в глазах ужасается увиденному. Лицо профессора стремительно синеет, по нему – словно облитому сверху краской – вспухают яркие белые прожилки. Ствол пистолета покачивается, так и не выстрелив. Потом оружие падает на пол, а сам Назломб, будто ослепнув, начинает ощупывать лицо руками. Из-под пальцев стекают струйки крови, неожиданно медленные, густые, потом отваливаются частицы плоти – уже мертвой, синеватой, как будто кто-то рвет на части покойника. Затем профессор падает навзничь, как статуя, так и не отняв крошащиеся на куски пальцы от лица. «Задание выполнено. Время активности минус 02:44. Ты молодец, Арес!». В груди что-то с шумом хлюпает, пелена перед глазами не ослабевает, но Арес чувствует, что выживет. Снова выживет. Он плохо слышит, но все-таки, частями, пропуская слова… «…я сразу не стал тебе возвращать память. Отключил камеры в криозоне и организовал выброс из воздуховода. Проход до секции Ареопага. Да тебе все это незачем в подробностях. Во многом знании – многие печали, ты же знаешь. Поэтому – знание дозировано. Квест для подготовленных разведчиков, тебе не привыкать. На планете-цели все может быть гораздо страшнее, наши внутренние проблемы – довольно предсказуемая чепуха». - А как быть с ними? – наконец спросил он, глядя сквозь внезапно хлынувшие слезы – это не эмоции, просто очистка организма от продуктов распада – на пять метавшихся по залу ослепших фигур. Помощник профессора давно бросил бесполезный пистолет на пол. «Да никак. Воздух закончится, они снимут шлемы, сами себя накажут. Кто решится раньше – значит судьба у него такая. Торопливая. Дальше пришлю автоматы биоочистки. Не твои заботы сейчас. Наслаждайся матчем, съешь вон винограда». Вот странно – голос перестает быть тупым и механическим, появились человеческие обороты, он окрашивается интонациями и обертонами, словно с Аресом разговаривает старый друг. На самом деле, почти так и есть. Мозг дружит со своими руками. Горячий цветок прожег остаток страниц и развернулся лепестками наружу. Арес вспомнил. И о себе, и все, что он делал на корабле. Как семьдесят лет назад подавлял восстание нерегистрантов. Как ликвидировал главаря секты Черного Гоба – сто сорок? Нет, сто сорок два года. И как… - А потом – обратно в криокамеру? «Конечно. Зачем ты спрашиваешь? Еще лететь и лететь, ты будешь нужен на планете-цели, куда же нам без командира разведки». Арес молчит. Вирус оставляет его тело. Теперь можно смотреть в окно, на полный стадион под Куполом, освещенный ярким солнцем. Он рад за них, за всех этих людей, но все-таки внутри сидит заноза. Он чувствует себя больше норной собакой, терьером, чем человеком. Выпустили, нашел, догнал, убил. Потом медаль на ошейник и обратно в псарню. Винить некого, он сам выбрал этот путь, но горечь все равно остается, хотя Миссия в любом случае важнее его рефлексий. Пока надо посмотреть финал по фриболлу, он всегда был слаб в правилах мирных игр. Обычно не до того.
  13. А оно нам надо? В прошлый раз ничего хорошего не вышло... Согласен, при условии геноссе КРОТ будет рулить берлинским районом Размечтались... В "берлинском районе" немцами и не пахнет. Так шо "рулите" сами.
×