Jump to content

boitsov

Пользователи
  • Content Count

    11,521
  • Joined

  • Last visited

About boitsov

  • Rank
    Персона
  • Birthday 03/07/1985

Информация

  • Пол
    Мужчина
  • Проживает
    Россия. Орск.

Recent Profile Visitors

46,572 profile views
  1. Ну как что, вместо тайги поедут лично душить главного врага Путина. Фамилию вставьте по вкусу, их у него, судя по газетам, тьма тьмущая и все главные.
  2. Как знать, может вы, как потомственный барон, стреляете исключительно вишневыми косточками. Тогда на один шаг меньше.
  3. Я так понимаю, теперь можно считать доказанным, что он агент трех разведок?
  4. Думаю, следующим номером просто обязаны быть скачки на боевых хряках.
  5. Провести страну через гражданскую войну без чрезмерных потерь. Вернуть негров туда откуда взяли (в принудительном порядке). Повесить каждого второго экономиста и юриста. Помочь местному производителю (спеть заупокойную международным корпорациям). И т.д. Короче, это из разряда фантастики.
  6. Прозвище сменить довольно сложно. Ну звали бы белой головой нигера или нигер башка в пудре.
  7. Ну так отвечать за кого-то по разному можно, например так:
  8. Это другое. На тех, кто на момент прививки был обрезан побочки не действуют.
  9. The National Interest, США Дэн Гуре (Dan Goure) © AP Photo, Mindaugas Kulbis Саммит НАТО 2021 года в Брюсселе прошел и прошел без особой шумихи и во многом отошел на второй план из-за встречи Байдена и Путина, последовавшей сразу же за ним. Однако были предприняты значительные шаги в отношении укрепления безопасности альянса. Главным из них было четкое заявление администрации Байдена о своей поддержке НАТО. Вашингтон также подтвердил важность предусмотренного Статьей V обязательства реагировать на нападение на одного члена Альянса как на нападение на всех его членов. В принятом по итогам саммита коммюнике говорится о готовности Североатлантического союза укреплять и модернизировать структуру сил НАТО «для удовлетворения текущих и будущих потребностей сдерживания и обороны». Кроме того, участники саммита официально заявили в коммюнике, что они намерены создать гибкую, маневренную и устойчивую архитектуру сил, предполагающую «присутствие нужных сил в нужном месте в нужное время». Но в расчете на какую особую обстановку? Хотя на саммите НАТО обсуждался целый ряд угроз безопасности союзников, на нем было ясно сказано, что основным направлением миссии НАТО по сдерживанию и обороне является Россия. В этом контексте в коммюнике отмечается значительный рост военной угрозы, которую представляет Москва для свободных и демократических стран Европы. «Мы вновь подтверждаем нашу приверженность взвешенному, сбалансированному, скоординированному и своевременному реагированию на растущий и развивающийся арсенал ракет России с обычной боевой частью и способных нести ядерные боеголовки, масштабы и сложность которого увеличиваются и который представляет собой существенный риск для безопасности и стабильности по всему евроатлантическому региону со всех стратегических направлений, — говорится в коммюнике. — Мы будем продолжать осуществление согласованного и сбалансированного пакета политических и военных мер для достижения целей Североатлантического союза, включая усиленную объединенную ПВО и ПРО; передовой наступательный и оборонительный обычный военный потенциал». Участники саммита 2021 года также подтвердили важность инициативы «НАТО 2030», плана союзников, направленный на то, чтобы в течение следующего десятилетия НАТО оставалась сильной в политическом, военном и технологическом отношении. Признавая, что необходимы не просто сильные слова, члены Совета поручили генеральному секретарю внести конкретные предложения по созданию более надежного потенциала для реагирования на целый ряд угроз. В ответ на эту директиву генеральный секретарь в 2019 году поручил аналитической группе предложить конкретные действия, которые Североатлантический союз мог бы предпринять для достижения целей, определенных в документе «НАТО 2030». Аналитическая группа призвала Альянс сосредоточить свои военные инвестиции на участках территории Альянса, находящихся под угрозой со стороны России. В частности, она пришла к выводу, что НАТО следует активизировать укрепление обороны на своем восточном фланге. В своем заключительном докладе Аналитическая группа дала рекомендации, согласно которым «НАТО следует поддерживать достаточный военный потенциал обычных и ядерных вооружений, обладать гибкостью и маневренностью для противодействия агрессии на всей территории альянса, в том числе на тех участках, где российские силы прямо или косвенно проявляют активность, особенно на восточном фланге НАТО. Неамериканским союзникам необходимо активизировать свои усилия для приведения их финансовых обязательств и военных вкладов в соответствие со стратегическими потребностями НАТО и могли обеспечить фактический баланс между обязательствами США и НАТО и развитием потенциала других союзников». НАТО предприняла важные шаги по укреплению своих сил и средств на восточном фланге для сдерживания агрессии России. Присутствие сил НАТО в этом районе было усилено за счет развертывания многонациональных групп странах, расположенных на передовой линии. Примечательно, что истребители из разных стран НАТО осуществляют регулярное патрулирование воздушного пространства над странами Балтии. США значительно увеличили свое военное присутствие на восточном фланге, в том числе в районах, расположенных в районах Балтийского и Черного морей. В ноябре 2020 года Варшава и Вашингтон подписали Соглашение о расширенном сотрудничестве между США и Польшей в сфере обороны, которое предусматривает размещение американских войск и военной техники на территории Польши. Сюда относится ротационное присутствие бронетанковой бригадной боевой группы (ABCT), заблаговременно складированные запасы для обеспечения дополнительной группы ABCT, ключевые средства, такие как средства дальнего огневого воздействия и БПЛА, а также передовой командный пост недавно вновь сформированного V корпуса. Страны-члены НАТО, расположенные на линии соприкосновения с Россией — страны Балтии, Польша и Румыния — предприняли согласованные шаги по укреплению своих возможностей противостоять угрозе, возникающей в результате модернизации российских обычных вооруженных сил. Страны Балтии и Польша достигли целевого уровня НАТО по расходам на оборону в размере 2% своего ВВП или превысили этот уровень. Все они стремятся заменить свою устаревшую военную технику советских времен современными западными системами, которые к тому же обеспечивают повышенную оперативную совместимость. Польша, являющаяся основой обороны восточного фланга НАТО, начала реализацию долгосрочной многомиллиардной программы модернизации своих вооруженных сил. Польша приобрела системы противовоздушной и противоракетной обороны — зенитные ракетные комплексы «Пэтриот» (Patriot) и высокомобильную реактивную систему залпового огня «Хаймарс» (High Mobility Artillery Rocket System/HIMARS). Совсем недавно она подписала контракт на поставку истребителей пятого поколения F-35. Силы США и НАТО на восточном фланге являются эквивалентом резервных сил, которые командующий Дэвид Бергер (David Berger) наметил для корпуса морской пехоты США. Они будут действовать с самого начала конфликта в зонах действия российских систем ограничения/блокирования доступа (A2/AD). Они должны быть способны выдержать первый удар, замедлить продвижение российских войск и поразить важнейшие цели. Чтобы обеспечить сдерживание, которое удержало бы Россию от военного авантюризма, Польше необходимо завершить модернизацию оставшейся части своего танкового парка, прежде чем Россия сможет добиться подавляющего преимущества в обычных вооруженных силах. На вооружении польской армии все еще находятся около 500 устаревших танков советского образца, которым более 30 лет. Администрация Байдена должна поощрять и поддерживать действия Польши по приобретению танков M1 «Абрамс» (M1 Abrams). Это обеспечило бы ряд преимуществ. Во-первых, это существенно улучшило бы возможности Польши вести масштабные боевые действия с использованием тяжелой техники. Если говорить о войне с применением обычных вооружений, даже в XXI веке танки играют важную роль. Во-вторых, это послужило бы еще одним сигналом Москве о том, что свои слова в поддержку НАТО Вашингтон намерен подкреплять делами. В-третьих, это способствовало бы обеспечению оперативного взаимодействия между польскими и американскими войсками и улучшило бы обеспечение польских вооруженных сил. Помощь странам, расположенным на передней линии, таким как Польша, в приобретении средств для действий в качестве резервных сил имеет важнейшее значение для реализации задач НАТО по сдерживанию. Предоставление Польше одной из модификаций танка M1 «Абрамс» и привлечение ее промышленности к участию в техническом обеспечении американских и польских танков «Абрамс» стало бы убедительным свидетельством готовности НАТО защищать свой восточный фланг. Оригинал публикации: Providing Poland With the M1 Abrams Would Help Secure NATO’s Eastern Flank https://inosmi.ru/military/20210707/250059178.html
  10. Aftonbladet, Швеция Ханс Вольфганг Микаэль Ханссон (Hans Wolfgang Michael Hansson) © AP Photo, Ringo H.W. Chiu Многие мечтают переехать в Калифорнию или в другое место на западном побережье Северной Америки, где всегда солнечно. Но для тех, кто уже там живет, эти места превращаются в кошмар. Жара, засуха и пожары постепенно делают из рая ад. Я из числа тех работающих на удаленке жителей Стокгольма, кто в последнюю неделю целыми днями сидел дома, изнывая от 30-градусной жары и обливаясь потом. А каково было бы пытаться работать при 45-50 градусах, я даже представить себе не осмеливаюсь… Надеюсь, у меня никогда не будет такого опыта. При виде фотографий канадцев, распростершихся на матрасах в специальных стерильных «холодильных центрах», куда они сбежали от жары, меня охватывает ощущение нереальности. Но то, что происходит сейчас, — это наша новая нормальность. Последнее десятилетие стало самым жарким на нашей планете за всю историю измерений. На западном побережье Северной Америки, в первую очередь в Канаде, постоянно регистрируются новые рекорды жары — и это глобальная тенденция, которая затронула даже такие обычно холодные регионы, как Арктика и Сибирь. В этот раз все объясняется необычным блокирующим антициклоном, который, по словам экспертов, усугубился климатическими изменениями. Стало настолько жарко, что умирают люди. Еще один кризис здравоохранения наложился на бушующую пандемию. Это пугающая новость. Но за громкими заголовками скрывается реальность, которая уже давно готова окончательно выйти из-под контроля. Я читаю репортаж в The New York Times: из-за длительной засухи в Калифорнии начался дефицит воды. Долгое время не было дождя, и фермеры начали использовать для полива слишком много грунтовых вод, уровень которых вскоре упал тревожно низко. Фермерам пришлось оставить поля незасеянными — у них нет воды для полива. Один владелец рисовых полей рассказывает, что вместо земледелия он теперь занимается продажей своей воды. Прибыль одинаковая. Другой фермер сообщает, что срубил все свои миндальные деревья, которым нужен очень обильный полив. В ближайшие годы он, видимо, перестанет возделывать 30-40% своих земель. В Калифорнии выращивают две трети всех фруктов и орехов США, а также треть овощей. Но без воды возделывать их нельзя. Ограничения по потреблению воды коснулись и простых граждан. Поскольку люди больше не могут поливать свои газоны, в последние годы родилась новая бизнес-идея. Но фирмы, которые красят траву в зеленый цвет, лишь усиливают атмосферу антиутопии. 60 миллионов жителей западной части США сильно страдают от засухи. По информации американского Центра мониторинга засухи, почти половину этих территорий можно классифицировать как крайне или экстремально сухие, и ареал постоянно растет. Как будто этого недостаточно, есть еще и пожары. В прошлом году Калифорния установила рекорд: пожары выжгли более 4 миллионов акров земли. В этом году, как ожидается, будет еще хуже. Кое-где пожары уже начались. И сейчас они подползают все ближе к населенным районам. Многие наверняка помнят ужасные фотографии 2018 года из города Парадайз, где огонь пожирал все на своем пути. Он унес 85 человеческих жизней. К тем, кто ежегодно умирает непосредственно от огня, следует добавить и несколько тысяч преждевременно погибших из-за опасного дыма, которого они наглотались, спасаясь от пожара. Все очень боятся, что жара в Канаде приведет к лесным пожарам, которые будет трудно потушить. Но ведь и раньше порой бывало жарко, возражают некоторые. В том числе и в Канаде. Это верно. Многие рекорды, только что побитые в Канаде, были поставлены в 1930-х годах. Разница в том, что теперь периоды экстремальной жары случаются чаще. Именно это и предсказывали ученые, ссылаясь на климатические изменения, вызванные антропогенными выбросами углекислого газа. «Это начало непрекращающейся чрезвычайной ситуации, — говорит губернатор штата Вашингтон Джей Инсли (Jay Inslee). — Мы должны разобраться с источником проблемы, а это климатические изменения». Но тут возникает парадокс. Чем жарче становится, чем чаще людям приходится пользоваться кондиционерами. Международное энергетическое агентство рассчитывает, что спрос на них в ближайшие 30 лет вырастет с нынешних 1,6 миллиардов до 5,6 миллиардов единиц. А это в свою очередь увеличит объем вредных выбросов, ведь мы пока продолжаем получать электричество путем переработки ископаемого топлива. Западные США и Канада считаются самыми привлекательными для жизни регионами мира. Города вроде Сиэтла и Ванкувера постоянно возглавляют рейтинги, составленные по результатам исследований качества жизни. А Южная Калифорния с ее солнцем и теплом — просто легенда. Но сейчас этот рай сильно меняется. Есть риск, что скоро оттуда начнут массово уезжать. Вопрос только в том, куда, — ведь весь наш мир становится жарче. Оригинал публикации: Paradiset på väg att förvandlas till ett helvete https://inosmi.ru/social/20210705/250041340.html
  11. The Spectator, Великобритания Айаан Хирси Али (Ayaan Hirsi Ali) © РИА Новости, Юки Ивамура «Западная цивилизация была бы хорошей идеей», — пошутил Махатма Ганди, один из самых успешных её учеников. Мы привыкли слышать о проблемах западной цивилизации: расизме, сексизме, колониализме и (вздох) капитализме. Нам говорят, что, если бы мы смогли изгнать из нашего общества эти грехи, мир стал бы чем-то вроде утопии. Но если западная цивилизация — зло, какая есть альтернатива? Четыре других —изма борются за наше внимание. Во-первых, социализм. Среди его сторонников есть некоторое количество старомодных марксистов, верных старым эгалитарным приемам, но большинство из них псевдо- или неомарксисты. «Пробужденные» к расовой и гендерной борьбе активисты принципиально выступают против капитализма и агрессивно поддерживают теорию, по которой надо бороться со всякими дискриминациями: по полу, росту, возрасту; объявляют войну дискриминации против толстых и т.д. Все это звучит, но перспективы этой альтернативы туманны. Можно предположить, что кончим мы под их руководством отнюдь не утопией. Следующая альтернатива — исламизм. Иранский режим внедряет его с 1979 года. ИГИЛ* внедрял его же. (Так в тексте. Упомянув террористическую организацию, а именно запрещенную в РФ суннитскую группу, автор не удосуживается отметить, что эта же группа совершила множество терактов против Ирана и живущих в разных частях мира мусульман-шиитов, а также против несогласных с террористами мусульман-суннитов, прим. ред.) Боко Харам (еще одна террористическая организация, запрещена в РФ — прим. ред.) пытается внедрять его в некоторых частях Нигерии. Афганистан скоро может столкнуться с его возвращением, хотя в некоторых регионах он никуда и не уходил. Ни в одном из этих случаев результаты не пошли на пользу человеческому развитию, особенно для женщин, а также религиозных и сексуальных меньшинств. Третий вариант — авторитаризм. Самый впечатляющий пример здесь — Китай. Хотя Коммунистическая партия Китая допускает до определенной степени рыночные механизмы (которые помогли сотням миллионов людей выбраться из бедности), хватка центрального правительства остается крепкой, и даже стала ещё крепче в последнее время. Представления об индивидуальных правах человека чужды китайскому режиму. Типичные «полезные идиоты», помогающие коммунистам по глупости, возвращаются из поездок в Шанхай или Пекин, заявляя, что они «видели будущее, и оно работает». В реальности же авторитарная система такого типа не может предложить даже отдаленно приемлемую альтернативу достижениям западной цивилизации. Китайское правительство сегодня внедряет систему социального кредита, которая отслеживает каждое решение, покупку и физическое действие каждого гражданина. Граждане могут терять баллы за «плохое поведение», что влечет за собой реальные последствия, включая запрет на перелеты, исключение из системы высшего образования и даже потерю домашнего питомца. Всё это напоминает жизнь в стеклянном городе в антиутопии Евгения Замятина «Мы». Насилие, совершаемое в адрес уйгурского мусульманского населения Китая, включая принудительный труд и принудительные меры по стерилизации, демонстрирует готовность Коммунистической партии Китая прибегать к жестоким средствам. Другие свидетельства роста авторитаризма в Пекине можно найти в Гонконге, и ещё не нужно забывать о Тибете, хотя сегодня мало кто на Западе обращает внимание на его колонизацию. Попытки скрыть истинное происхождение covid-19 напоминают, что в авторитарной системе, проблемы, вызванные ограничением потока информации, могут нанести серьезный ущерб. Как недавно заметил Чарльз Мур (Charles Moore), «наиболее тесно связанные с этой темой ученые исчезли, то же произошло и с теми, кто выступал с осуждением случившегося». Если это не помогло вам избавиться от мысли, что авторитаризм — желанный путь, вспомните о России. Из множества источников можно узнать, что в России притеснять соседей, травить своих граждан и заключать в тюрьму политических оппонентов — обычное дело. Неудивительно, что Россия и Китай сближаются друг с другом, сопротивляясь оправданным антикитайским и антироссийским мерам США. И, наконец, есть ещё старый добрый трайбализм, предполагающий отказ от всех современных институтов и восстановление родственных связей. Трайбализм поглотил мою родную страну Сомали, которая скатилась в гражданскую войну и хаос почти три десятилетия назад. Посмотрите, куда привел Сомали трайбализм, с его жестокой системой, не допускающей компромисса между разными этническими группами. С моей точки зрения, все эти модели непривлекательны, деструктивны, ограничены и зловредны. Во всех из них человеческое достоинство приносится в жертву в обмен на какую-то разновидность жесткости. Если вы на самом деле предпочитаете какую-то из этих систем, вам никто не мешает жить под их руководством. Отважьтесь поехать в Венесуэлу или Северную Корею, чтобы испытать на себе разные версии социализма, исследуйте исламизм Ирана или Саудовской Аравии, поживите, дрожа, под властью авторитарных режимов Китая или России, испробуйте жизнь при трайбализме Сомали. Вам ничего их этих —измов не нравится? Тогда признайте, что, может быть, западная цивилизация в конце концов и не настолько плоха. Она неидеальна, но именно эта система, очевидно, обеспечивает максимальный уровень мира, процветания и свободы. Классическая либеральная система, основанная на ценностях эпохи Просвещения, принесла миру больше добра, чем любая другая система или цивилизация. Медицинские и научные достижения западной цивилизации искоренили оспу, вплотную приблизились к искоренению полиомиелита и кори, взяли под контроль целый ряд других инфекционных заболеваний, последним из них стал covid-19. Можно ли назвать совпадением тот факт, что самые эффективные вакцины были разработаны в США, Германии и Великобритании, а не в Китае или России? В разгар пандемии вы могли пропустить создание вакцины R21 против малярии Институтом Дженнера при Оксфордском Университете. Ранние исследования показали, что её эффективность составляет 77%. Это отличная новость для Африки, где в 2019 году было зарегистрировано 94% от всех смертей от малярии в мире (оборвалось около 385 тысяч жизней). У Коммунистической партии Китая любимый повод похвастаться заключается в том, что они вытащили из бедности сотни миллионов людей. Однако западные «капиталистические» цивилизации, будь то социал-демократические системы западной Европы или индивидуалистская система США, вытащили из бедности намного большую долю человечества. И занимались они этим намного дольше и, почти наверняка, получили более устойчивый результат. Благодаря западной цивилизации и наследию британской школьной системы я получила хорошее образование в Кении. То же самое можно сказать и об Индии и бесчисленных других бывших колониях, где миллионы людей, как и я, получили пользу от прочного школьного наследия западной экспансии. Принципиально важно, что западная цивилизация создала системы, где правительства сталкиваются с определенным уровнем подотчетности. Речь не просто о выборах и представительных институтах. Особенно важно, что приверженность верховенству закона, habeas corpus и соблюдению предусмотренных законом процедур защищает не только граждан по отдельности, но и социальные институты в более широком смысле. Это укрепляет уверенность в том, что на Западе упорно трудиться сейчас совсем не глупо. Только здесь вы можете быть уверены, что плоды вашего труда не подлежат конфискации или уничтожению по произволу властей. Я сбежала от трайбализма, оставила исламизм, так и не увидела авторитаризм Китая и России. И пока что я умудряюсь не попасть в объятия вокеизма (движения «пробудившихся» для борьбы со всякими дискриминациями). Западная цивилизация может быть неидеальна, мы не видели ничего подобного в истории человечества. Перед тем как её осуждать, предлагаю повнимательнее присмотреться к альтернативам. Как сказал Черчилль, «Демократия — худшая форма правления, если не считать все остальные». * — запрещенная в России террористическая организация. Оригинал публикации: Why the West is best https://inosmi.ru/social/20210705/250036605.html
  12. The American Conservative, США Новая книга Шона Мак-Микина «Война Сталина: новая история Второй мировой войны» увлекательна, оригинальна — и лжива Мэтью Гобриал Кокерилл (Matthew Ghobrial Cockerill) © РИА Новости, РИА Новости Народы Российской Федерации — несмотря на неискоренимый цинизм, который многие демонстрируют, когда речь заходит о политике, — все еще испытывают романическую гордость в связи с тем, какую роль их родные и их страна сыграли в уничтожении нацизма. Для большинства россиян Великая Отечественная война (1941-1945) — это не просто вопрос личной психологической вовлеченности (члены их семей воевали, страдали и гибли в той войне), но и невероятное нравственное достижение. Солдаты Красной армии не только сумели одолеть необычайно безнравственного врага, но и выдержали ради этого безмерные страдания (в войне погибло почти 30 миллионов советских граждан), тогда как их англо-американские союзники сыграли не слишком существенную роль в смысле борьбы и человеческих потерь. Этот нарратив занимает выдающееся место среди национальных мифов разных стран мира, и многие историки считают его по большей части правдивым. Однако историк-ревизионист Шон Мак-Микин (Sean McMeekin) стремится опровергнуть его. В своей бойко написанной и весьма дерзкой книге под названием «Война Сталина: новая история Второй мировой войны» (Stalin's War: A New History of WWII) он выдвигает три спорные гипотезы: Сталин несет как минимум такую же ответственность за начало той войны, как и Гитлер; относительное бремя, легшее на плечи Красной армии во время войны, было преувеличено историками, игнорирующими ту крайне важную жертву, которую Америка принесла в форме поставок продовольствия и вооружений в рамках ее программы ленд-лиза. И последнее: злодеяния Советского Союза были вполне сравнимы со злодеяниями нацистов. Те предпосылки, которые Мак-Микин использует для аргументации своих шокирующих выводов, довольно тривиальны. Признание того факта, что Сталин истребил и поработил миллионы людей по извращенным идеологическим причинам или для того, чтобы успокоить охватившую его паранойю, вряд ли можно назвать ревизионистской картиной. Кроме того, более или менее образованному читателю наверняка известно о вторжении советских войск в Финляндию (1939) и о секретном протоколе пакта Молотова-Риббентропа, поделившем Восточную Европу на советскую и нацистскую сферы влияния, которые можно было захватить в ходе агрессивных войн. Факт непрерывных поставок кавказской нефти из СССР в Германию в 1940-1941 годах, а также ее значение для испытывавшего нехватку нефти Вермахта признается многими поколениями военных историков. Опираясь на эти хорошо известные факты, Мак-Микин каким-то образом приходит к выводу о том, что именно Сталин несет ответственность за начало войны в 1939 году и что Сталин несет весомую долю ответственности за решение Гитлера вторгнуться в СССР в 1941 году. Более объективный и сдержанный анализ фактов привел бы нас к выводу о том, что Сталин был всего лишь «попутчиком», в чем-то облегчившим Гитлеру задачу, а вовсе не архитектором первых завоеваний Гитлера. Несомненно, Гитлер тоже «потакал» Сталину, чьи вторжения в европейские страны можно было провернуть лишь под прикрытием той войны, которую развязал Гитлер, и при наличии тех гарантий, которые предоставлял пакт Молотова-Риббентропа. Но было бы крайне предвзято, к примеру, приписывать Гитлеру основную ответственность за вторжение Сталина в Финляндию. Ранее ревизионисты (переписыватели истории) уже пытались продемонстрировать, что Вторая мировая война была войной Сталина, утверждая, что Советский Союз на самом деле планировал осуществить вторжение в Германию примерно в момент операции «Барбаросса», то есть выполнение плана «Барбаросса» якобы как раз и было той превентивной войной, посредством которой немцы себя защитили. Мак-Микин выступает против этой так называемой гипотезы «ледокола». Правда, он характеризует переброску советских войск на запад в июне 1941 года как «совершенно захватывающую», хотя и признает: доказательств того, что к тому моменту «Сталин уже принял решение о войне», нет. Он даже допускает, что эта переброска советских войск, вероятно, была реакцией на «лавину сообщений о надвигающемся вторжении немцев в европейскую часть России». (Все-таки симпатизируя гипотезе о том, что Сталин, вероятно, планировал атаковать Германию, Мак-Микин ссылается на два предполагаемых выступления советского диктатора. Как пишет профессор Марк Эдель (Mark Edele), одна из этих речей никогда не звучала и является очевидной подделкой, а вторую Мак-Микин явно неверно интерпретирует, проводя интерпретацию в выгодную для ревизионистов сторону.) Недоверие Мак-Микина к гипотезе о «ледоколе» вполне разумно, учитывая то, что в советских и германских архивах нет совершенно никаких данных, которые подтверждали бы, будто немцы рассматривали «Барбароссу» как превентивный удар. Но, если Мак-Микин не уверен в том, что Сталин планировал атаковать Германию, как он может возлагать на советского диктатора ответственность за решение Гитлера обострить Вторую мировую войну в июне 1941 года? Тем не менее он как раз это и делает. Мак-Микин пытается убедить своих читателей, что дипломатические споры по поводу масштабов советской и нацистской сфер влияния — нашедшие отражение в ходе переговоров по поводу возможного присоединения Советского Союза к гитлеровской коалиции, которые велись в конце 1940 года, — что именно эти споры и послужили причиной для начала Гитлером войны на уничтожение против Советского Союза. Но есть доказанный факт: Гитлер и его генералы составляли планы этой войны (под кодовым названием «Отто») с июля 1940 года, то есть они начали это делать задолго до возникновения спора со Сталиным по поводу права Советского Союза оккупировать Болгарию и взять под контроль проливы Босфор и Дарданеллы. Более того, в ходе своих переговоров с немцами Молотов никак не намекал на то, что эти территориальные претензии будут реализовываться без разрешения Гитлера — разрешения, которое ранее фюрер дал Сталину на аннексию Литвы и Северной Буковины. © РИА Новости, Анатолий Гаранин Колонны бойцов движутся на фронт Какими бы ни были их условия, секретные сферы влияния, прописанные в пакте Молотова-Риббентропа, были преступными по своей сути, и их «нарушение» или пересмотр не мог служить поводом для начала войны. Более того, Гитлер тоже посягнул на советскую сферу влияния посредством военной оккупации Финляндии, и этот факт заставляет относиться к аргументам Мак-Микина с иронией. Попытавшись доказать, что именно на Сталине лежит ответственность за начало войны, Мак-Микин вкладывает довольно много энергии в подробное описание англо-американских поставок вооружений, продовольствия и сырья в СССР, делая акцент на том, что та помощь оказалась чрезмерной и что СССР злоупотреблял щедростью Соединенных Штатов. В изображении Мак-Микина Франклин Рузвельт предстает невероятно наивным американцем, чье почтительное отношение к Сталину — принявшее форму неуклонной поддержки программы ленд-лиза и его льстивых и заискивающих писем, адресованных советскому диктатору, — объяснялось его странным восхищением той единственной в своем роде политической системой, которую Сталин выстроил. Но, с точки зрения Мак-Микина, главным злодеем был Гарри Хопкинс (Harry Hopkins), руководитель программы ленд-лиза и доверенное лицо Рузвельта, которого Мак-Микин представил практически как представителя «пятой колонны». То есть группы просоветских предателей, работавших в Вашингтоне от имени и по поручению Москвы. Хотя Мак-Микин утверждает, что ленд-лиз был неблагоразумным решением, он одновременно признает, что эта программы сыграла важную роль в победе Советского Союза. Он показывает, что Советский Союз находился на грани краха в 1941 и начале 1942 года, страдая от «острой экономической уязвимости, продовольственного кризиса (потому что он лишился своего плодородного черноземья, то есть Украины и юга России) и отчаянной потребности в большем количестве более совершенного оружия. Но ведь это самое утверждение — которое Мак-Микин убедительно аргументирует с помощью данных, свидетельствующих о том, что гитлеровская коалиция и Советский Союз были практически равны по количеству оружия и человеческих ресурсов после завоеваний немцев и поражений советских войск в 1941 году, — противоречит его же предыдущему тезису о том, что программа ленд-лиза была ненужной и необоснованно щедрой. Если помощь по ленд-лизу позволяла «восстановить мобильность и боевой дух сталинской армии, когда она больше всего в этом нуждалась», то эта политика, несомненно, казалась оправданной американскому президенту. Ведь он прежде всего хотел разгромить нацистов, минимизировав при этом потери среди американцев. Кроме того, Мак-Микин звучит не слишком убедительно, утверждая, что вклад Красной Армии в победу над нацистами оказался переоцененным. Действительно, ленд-лиз сыграл важную роль в военных усилиях Советского Союза. Однако Красная Армия заплатила за это оружие кровью, уничтожив гораздо больше немецких солдат и понеся гораздо более значительные людские потери, нежели британцы и американцы, вместе взятые. Страдания мирного населения Советского Союза тоже ужасают. Во время блокады Ленинграда — города, который Гитлер планировал сравнять с землей после захвата и мирное население которого группе армий «Север» было приказано уморить голодом, — там умерло около миллиона человек. В современной истории не было ни одного другого случая, когда людские потери внутри всего одного города были бы настолько большими. Предлагаемое Мак-Микином сравнение этих нечеловеческих страданий с жертвами сытых американцев — которым, как он нам рассказывает, во время войны часто приходилось героически есть маргарин, поскольку сливочное масло отправляли в Советский Союз, — это просто пародия на моральные выкладки. Наконец, Мак-Микин пытается приравнять злодеяния нацистов к злодеяниям советского коммунизма. В этой связи он напоминает нам об агрессии Сталина в отношении Польши, Финляндии, прибалтийских государств и Балкан в 1939-1941 годах. Он приводит подробный список массовых убийств, порабощения и этнических чисток, которые постигли множество жителей Восточной Европы после того, как советские силы отвоевали Европу у нацистов. Но Мак-Микин забывает сделать акцент на ключевом различии между нацистской и советской агрессией. В 1939-1941 годах сталинские имперские устремления носили в основном реваншистский характер, поскольку они были направлены на то, чтобы восстановить границы Российской империи, которые были у нее до начала Первой мировой войны. Этот мотив вовсе не умаляет порочность и неразумность тогдашних сталинских завоеваний. Однако он все равно имеет большое значение, поскольку, в сущности, советская агрессия ограничивалась более или менее четкими географическими линиями. (Кто-то может указать на аннексию Советским Союзом Северной Буковины, однако неясно, почему этот преимущественно украинский, а не румынский регион должен был остаться в составе Румынии, а не войти в состав Украинской ССР.) Таким же ограниченным было и послевоенное вторжение советского коммунизма в Европу. Освободив Восточную Европу от нацистской оккупации, Сталин воспользовался возможностью и установил советское господство не только над территориями бывшей Российской империи, но и над территориями союзников нацистской Германии — Болгарией, Венгрией и Румынией, — над оккупированными Германией Чехословакией и Албанией и, разумеется, над Восточной Германией. Таким образом, воспользовавшись тем, что нацистская Германия развязала захватническую войну, Сталин сумел замаскировать преступных характер своей собственной агрессии в Восточной Европе. Тем не менее, схема послевоенных границ устанавливала четкие ограничения на распространение коммунизма в Европе — ограничения, которые сохранялись на протяжении всей холодной войны. Они также нашли отражение в обретении Югославией независимости от советского влияния и успешный разрыв коммунистической Албании с Советским Союзом в 1960 году. Признание того, что советский империализм был ограничен упомянутыми выше рамками вовсе не стоит воспринимать как оправдание его деяний, однако необходимо понимать, что, согласно мнению большинства историков, советский коммунизм был меньшим злом по сравнению с нацизмом. Приравнивая сталинские завоевания к завоеваниям Гитлера, Мак-Микин игнорирует то, насколько диким и несдержанным был фюрер. В своих книгах «Mein Kampf» и «Zweites Buch» он отстаивал идею расового превосходства арийцев и оправдывал им завоевание и этнические чистки в Восточной Европе. Первое завоевание Гитлера — Чехословакия в 1938 году — можно рассматривать исключительно как проявление его расовой идеологии: Германия не имела никаких военных или этнических интересов в этой преимущественно славянской стране. И это произошло спустя всего несколько месяцев после печально известной Мюнхенской конференции, на которой Великобритания отдала Германии Судетскую область, услышав обещание Гитлера о том, что это станет его последней территориальной претензией. В этом и заключается основополагающее различие между Гитлером и Сталиным: первого не могли сдержать никакие соглашения и дипломатия. Захватнические амбиции Гитлера были гораздо более экстравагантными, нежели амбиции Сталина, и он был готов обрушить свою жестокость на головы народов Восточной Европы с такой же немыслимой яростью. Какой бы мрачной ни была жизнь в Советском Союзе и странах, входивших в его блок, она все же была гораздо более предпочтительной по сравнению с тем расистским геноцидом, с которым столкнулось бы большинство славянских народов, если бы нацисты одержали верх. Тем не менее, хотя в своей книге Мак-Микин подробно пишет об истреблении европейских евреев, он все же забывает упомянуть о том, как нацисты истребляли славян Восточной Европы. Описывая «План голода» и гибель миллионов русских военнопленных от истощения в немецких лагерях, Мак-Микин забывает сделать акцент на расисткой подоплеке этой геноцидальной политики: нацисты считали различные славянские народы, особенно русских и поляков, «недолюдьми». Игнорируя нацистскую расовую идеологию, Мак-Микин заходит настолько далеко, что заявляет, что причиной гибели 3 миллионов человек, то есть 58% военнопленных из рядов Красной армии, захваченных нацистами, могла быть просто «небрежность», а вовсе не «заранее обдуманное намерение». Материалы немецких архивов опровергают эту мысль. Архивные документы свидетельствуют о том, что военнопленных намеренно морили голодом до тех пор, пока немцы не решили — после провала операции «Барбаросса» по захвату Советского Союза в 1941 году, — использовать эти огромные человеческие ресурсы для выполнения различной работы и в боях. Когда немецкие политики решили, что военнопленные должны сыграть свою роль в военных кампаниях Германии, в январе 1942 года Гитлер приказал, чтобы военнопленных начали нормально кормить, и уровень смертности среди них резко упал. Вопрос военнопленных — это лишь один пример того, как Мак-Микин старается преуменьшить масштабы геноцидальной политики, которую нацисты развернули в отношении славянских народов. В своих преуменьшениях Мак-Микин заходит настолько далеко, что заявляет, что в Восточной Европе «германская агрессия оставила после себя меньше следов, нежели ее сталинский вариант». Таким образом, он игнорирует тот огромный ущерб, который нацисты нанесли народам и экономикам стран Восточной Европы. Рассмотрим Польшу в качестве примера. Посредством своей политики массовых убийств, порабощения, этнических чисток и систематических попыток истребить польскую национальную идентичность — в том числе подавляя образование, литературу, культурную жизнь и даже использование польского языка, — нацисты достигли значительных успехов в истреблении поляков как этнической группы. Во время правления правительства Ганса Франка нацисты убили около 2-3 миллионов этнических поляков (а также 90% польских евреев, то есть еще примерно 3 миллиона человек) и поработили бесчисленное множество людей. Книга «Война Сталина» может быть полезна в диалектических целях, как стимул для дальнейших исследований. И она удивительно хорошо читается благодаря живому стилю и множеству смелых ревизионистских утверждений. Однако сознательных читателей — будь то российские граждане, чья идентичность тесно связана с патриотической интерпретацией той войны, или западные историки, у которых нет душевной связи с этой темой, — провокации Мак-Микина вряд ли заставят усомниться в традиционной интерпретации истории Второй мировой войны. Оригинал публикации: The Second World War Was Not Stalin's War https://inosmi.ru/social/20210705/250021427.html
×